Статья о чешском писателе, участнике «Пражской весны» Павле Когоуте

ДилетантЗнаменитости

Павел Когоут

1.

Сближения бывают не просто странные, а мистические, на грани двойничества: например, два самых популярных драматурга шестидесятых на советской сцене, чех Павел Когоут (которому 20 июля этого года — 92) и москвич Эдвард Радзинский (он на восемь лет младше). Оба прославились изображением послесталинской молодёжи, пьесами, которые впервые подняли немыслимые для социалистической фарисейской сцены проблемы любви и смерти; оба были детьми эпохи — и, когда эпоха стала перерождаться, резко с ней порвали; оба перешли с драматургии на прозу — и прозу не простую, а довольно жестокую, садического толка. Когоут написал «Палачку» — самый патологичный европейский роман конца ХХ века; Радзинский — «Прогулки с палачом». Именно этот излом долгой и богатой литературной биографии Павла Когоута меня здесь интересует: написал он в самом деле очень много, значительная часть его сочинений по-русски не выходила, и занимает меня главным образом, как из молодёжного драматурга, автора знаменитой, все сцены обошедшей надрывно-мелодраматической пьесы «Такая любовь», получился автор кровавого гротеска, шокировавшего всех без исключения современников. И поскольку до известной степени этот излом повторился в судьбе Радзинского, драматурга куда более талантливого, а прозаика вовсе не столь радикального, — мне представляется очень важным, особенно сегодня, понять: почему надежды вырождаются в такой кошмар? Почему несостоявшиеся реформы оборачиваются террором, а утраченные иллюзии — патологией? Это проблема актуальная и важная в том числе для нашего будущего, а не только для истории литературы обломков социалистической системы.

Когоут совершенно прав, когда говорит, что был преданным сталинистом, потом сторонником оттепели (и одним из её символов), потом адептом Пражской весны, а потом типичной её жертвой; у него в самом деле чрезвычайно показательная судьба. Он не колебался вместе с линией партии, нет, — он просто, как положено театральному писателю, первым реагировал на перемены в воздухе времени и эти перемены отражал. «Такая любовь» — одна из самых репертуарных пьес всей Восточной Европы — на самом деле далеко не шедевр, она вот именно что чрезвычайно показательна для 1957 года, в ней есть решительно всё, что входило тогда в драматургическую моду. Есть любовная история, есть преступная связь, о которой говорят в открытую и даже не особенно стыдясь, есть бесчеловечные мещане, апеллирующие к начальству… Есть суд на сцене, действие в форме суда, — в этом жанре написано несчитаное количество пьес, от нескольких шедевров Дюрренматта до драмы Игнатия Дворецкого «Ковалёва из провинции». Предполагается не уголовное расследование, а суд совести — не зря Человек в мантии становится у Когоута в последней реплике Человеком без мантии, а на вопрос главного обвиняемого «Так кто же нас будет судить?!» следует жест в зал и реплика: «Они, если смогут». Сюжет у Когоута очень простой: расследуется самоубийство (либо гибель в результате несчастного случая) молодой пражанки Лиды Матисовой. История простая: когда ей было что-то лет 16, она влюбилась в Петра, но потом от него сбежала, решив, что слишком молода. Теперь прошло пять лет, она собирается замуж, то есть свадьба завтра, жениха зовут Милан, но тут она встретила Петра. В них всё взыграло. Она не пришла на свадьбу (именно мать Петра и будет бегать к факультетскому начальству). Но Пётр не сказал ей, что женат, причём женат без особенной любви, на женщине старше себя.

Сегодняшний зритель скажет: да что такого? Но для зрителя соцреалистического, воспитанного в пуританских установках, тут сенсация. И тут сразу две проблемы: лицемерие и фарисейство окружающих — и, вот это уже интересней, слабость и некоторая душевная примитивность самих главных героев, которые к такому накалу страстей не готовы. Они не умеют решать, не могут брать на себя ответственность, вообще годы социализма отучили их выбирать даже между блюдами в меню (некоторые сцены происходят в кафе), а тут жизнь, понимае те? И Когоут — возможно, сам того не желая, — попал в нерв, попал на ту тему, о которой говорил Чернышевский в очень умной статье «Русский человек на rendez-vous»: как вы хотите, чтобы человек, в чьей общественной жизни нет ни малейшей свободы и ответственности, демонстрировал эти качества в жизни личной? Следовали отсюда и более глубокие выводы, а именно: если — прежде всего за счёт сложной любви — начнут умнеть и усложняться граждане стран соцреализма (назовём их так, ибо речь об их психологии), им станет тесно в соцлагере, они его постепенно разнесут. Положим, в плоском мире, где не приходится выбирать, где выхолощена сама процедура выборов и упразднено понятие ответственности, — до какого-то момента можно существовать, как существует вся нынешняя Россия; но когда плоские люди попадают в объёмную, сложную коллизию, когда в их жизни происходит сложная любовь, у них поневоле начинает отрастать какой-то объём; и тогда выясняется, что работник отдела кадров не может решать вопросы любви и брака (в пьесе такая сцена есть), а соцреалистический человек не умеет элементарно защитить своё чувство. Личное, то есть самое интимное, и общественное — парадоксальным образом связаны, и Когоут на эту тему вдруг попал; и странные девушки, подобные его Лиде Матисовой, шагнули на советские экраны, и простые советские парни вроде героев «Заставы Ильича» не знали, что с ними делать.

Тогда таких сочинений, в том числе драматических, — с острой постановкой моральных вопросов, как это официально называлось, — хватало. Во всех этих сочинениях был ровно один изъян: невозможно было ставить моральные проблемы внутри аморальной системы, во всех отношениях кривой. Нельзя заниматься жизнью души там, где душа теоретически отсутствует, нельзя решать религиозные дилеммы в безбожном обществе, не может быть этического конфликта там, где этика подчинена формально интересам класса, а в действительности конъюнктуре (то есть нравственно то, что сегодня предписано, а завтра велено забыть). Об этой глубокой нравственной кривизне, об уродстве самой системы координат и сигнализировало то чувство глубочайшего неблагополучия, с которым оставляла зрителя пьеса Когоута. Вот этот моральный дискомфорт и отсутствие любых возможных ответов и было самым ценным следствием когоутовского театрального прорыва; литературное качество продукта при этом вторично (оно так себе). «Невыносимая лёгкость бытия» — как назвал Кундера моральный климат шестидесятых в его родной Чехлословакии, — она ведь тем и определяется, что ни одно слово, ни один принцип ничего не весят. Мало на свете тяжестей более невыносимых, чем невыносимая лёгкость бытия.

И мораль его пьесы была не в том, что из-за духовной слепоты окружающих погибла хорошая девушка (она, может, и случайно погибла). Мораль была в том, что социалистический строй породил двухмерных людей, но стоит им стать трёхмерными, как они снесут этот строй к чёртовой бабушке. Стоит им начать видеть не два, а хотя бы три цвета, выбирать в кафе не из двух, а хотя бы из трёх блюд, — рухнет весь их социализм; иными словами, если у него заведётся человеческое лицо — оно постепенно деформиру ет под себя и все остальные их органы. Многих, кстати, шокировало, что чешский социализм был не только с человеческим лицом, но и с другими человеческими органами, и многие решения принимались именно этими органами, а не мозгом. Мозг, как показал Оруэлл, уговорить гораздо проще.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Симеон Богоприимец Симеон Богоприимец

Симеон Богоприимец — фигура загадочная и мистическая

Дилетант
Почему кошки «дружат» с человеком лишь наполовину? Почему кошки «дружат» с человеком лишь наполовину?

Почему кошки никогда не были и не будут полностью домашними

National Geographic
Гаврило Принцип: террорист или борец за свободу? Гаврило Принцип: террорист или борец за свободу?

Убийство эрцгерцога Фердинанда послужило спусковым крючком Первой мировой войны

Дилетант
10 советов для интенсивного и яркого оргазма 10 советов для интенсивного и яркого оргазма

Оргазм кажется нам обязательным завершением любого сексуального акта

Psychologies
Месть Чингисхана Месть Чингисхана

Вторжение монголов положило конец господству половцев в Великой степи

Дилетант
Аппетиты человека ставят рыб на грань уничтожения Аппетиты человека ставят рыб на грань уничтожения

Одной из важнейших проблем мирового океана является чрезмерный вылов рыбы

National Geographic
Месть хазарам Месть хазарам

Многим нравится именовать себя потомками строителей могучих империй

Дилетант
10 отличных боевиков с единоборствами, которые ты мог пропустить 10 отличных боевиков с единоборствами, которые ты мог пропустить

Непризнанные жанры карата-кунг-фу фильмов

Maxim
Противная рыжая немка Противная рыжая немка

Принцесса, которой пришлось выйти замуж за самого уродливого человека её времени

Дилетант
«Если памятники убрать, возникнет ощущение, что мы падаем» «Если памятники убрать, возникнет ощущение, что мы падаем»

Ербосын Мельдибеков о проекте «Трансформер» и превращении реальности в эпос

Weekend
Эпоха тюрок. Печенеги Эпоха тюрок. Печенеги

С IX века хозяевами Великой степи становятся тюркоязычные народы

Дилетант
Виртуальная нереальность Виртуальная нереальность

Все оттенки VR-индустрии

Популярная механика
Художники-отравители Художники-отравители

Не судите об иглобрюхах по внешности

Вокруг света
Здоровый минимализм: как избавиться от лишних вещей и ни о чем не пожалеть Здоровый минимализм: как избавиться от лишних вещей и ни о чем не пожалеть

Поможет ли метод Мари Кондо сделать ваш дом счастливым и свободным?

Forbes
Дела литовские Дела литовские

Явление Литвы для «нынешнего поколения советских людей» было внезапным

Дилетант
«Как-то всё чудесно совпало» «Как-то всё чудесно совпало»

Александра Ребенок — о том, что всё в этой жизни случается вовремя

OK!
20 инноваций, которые спасут нашу планету 20 инноваций, которые спасут нашу планету

Топ-20 проектов, которые позволят сделать наш мир лучше

Naked Science
Освещение мегаполисов почти лишило голубей сна Освещение мегаполисов почти лишило голубей сна

Искусственное освещение в городах значительно нарушило структуру сна у голубей

Популярная механика
Разброд и влияние Разброд и влияние

Партия «Слуга народа» как коалиция

Огонёк
«Идеальный фаундер — абсолютная утопия». Как строить отношения, когда в компании много партнёров «Идеальный фаундер — абсолютная утопия». Как строить отношения, когда в компании много партнёров

Сооснователь Skillbox о том, как добиться коллективного соглашения в компании

Inc.
Хочу собаку! Хочу собаку!

Что делать, если ребенок хочет завести домашнего питомца

Лиза
«Лолита» предвосхитила #metoo более чем на полвека» «Лолита» предвосхитила #metoo более чем на полвека»

Брайан Бойд — о том как «Лолита» соотносится с «новой этикой»

Полка
Настоящая «Лолита» — совратитель притворялся ее отцом и жил с ней 2 года Настоящая «Лолита» — совратитель притворялся ее отцом и жил с ней 2 года

Что же делал пятидесятилетний Ласалле с одиннадцатилетней Салли?

Cosmopolitan
Гигантский изопод, похожий на Дарта Вейдера, найден в Яванском море Гигантский изопод, похожий на Дарта Вейдера, найден в Яванском море

Найден второй по величине вид среди всех гигантских изопод

National Geographic
Побег из Москвы Побег из Москвы

Андрей Рывкин написал рассказ о том, как рассыпаются иллюзорные ценности

Esquire
В Австралии создали настолько маленький эндоскоп, что он может сканировать кровеносные сосуды мышей В Австралии создали настолько маленький эндоскоп, что он может сканировать кровеносные сосуды мышей

По толщине этот эндоскоп соизмерим с человеческим волосом

National Geographic
Из элитной стюардессы в суперзвезду: как Юлии Зиверт удалось покорить шоу-бизнес Из элитной стюардессы в суперзвезду: как Юлии Зиверт удалось покорить шоу-бизнес

Как бывшая стюардесса добилась невероятного успеха?

Cosmopolitan
Спад эпидемии тифа в варшавском гетто объяснили социальным дистанцированием Спад эпидемии тифа в варшавском гетто объяснили социальным дистанцированием

Официальная статистика смертности в варшавском гетто, похоже, была занижена

N+1
Вечно молодой. Тест-драйв Skoda Rapid Вечно молодой. Тест-драйв Skoda Rapid

Как и почему новый Skoda Rapid пытается угодить молодежи?

РБК
Наши ребята! Харди, Лоу, Шварценеггер, Кейдж и другие актеры в роли русских Наши ребята! Харди, Лоу, Шварценеггер, Кейдж и другие актеры в роли русских

Кто из знаменитых иностранцев играл русских - и как это у них получилось

Cosmopolitan
Открыть в приложении