Террор в нашей памяти: что российское общество хочет помнить о своих травмах

Как российское общество намерено обращаться с собственным тяжелым прошлым?

СНОБИстория

Террор в нашей памяти: что российское общество хочет помнить о своих травмах

«Сноб» побеседовал с одним из авторов исследования «Преодоление трудного прошлого: сценарий для России», научным сотрудником Центра исследований современной культуры Института гуманитарных историко-теоретических исследований ВШЭ Дарьей Хлевнюк о том, что делать с «трудной памятью»

0:00 /
976.849
65a18323dbe111a48940aad0b3f19056ee2f35fa28a912bb701744b29cb7ec05.jpg
Фото: Кирилл Зыков/Агентство городских новостей «Москва»

Что российское общество думает по поводу трагедий, случившихся с ним в XX веке, и как намерено обращаться с собственным тяжелым прошлым? Ответы на эти вопросы часто предлагают политики, публицисты и общественные деятели. Таблички «Последнего адреса» и открывающиеся в некоторых городах по инициативе общественников бюсты Сталина — это полюса возможных ответов. Но существует ли «глас народа» по поводу исторических травм России? Выяснить это попробовали авторы исследования: «Преодоление трудного прошлого: сценарий для России». 

Предметом исследования, проведенного по инициативе Форума национального покаяния и возрождения «Имеющие надежду», было отношение россиян к наследию террора сталинской эпохи. Организаторы постарались проанализировать отношение к историческим травмам в разных странах на протяжении XX века — от постнацистской Германии до современных ЮАР или бывших югославских республик. При помощи непрямых вопросов у респондентов выясняли, к какому из уже реализованных в мире сценариев склоняются жители России: хотят они максимальной гласности или забвения совершенных преступлений, требуют ли осуждения организаторов и исполнителей или считают это ненужным, а также доверяют ли государству задачу выработки необходимой политики по отношению к прошлому. Оказалось, что у нашего общества нет единого ответа, сторонники разных подходов распределились практически поровну (подробности можно посмотреть здесь).

Факты имеют к коллективной памяти опосредованное отношение

Ɔ. Прежде чем начинать наш разговор, видимо, нужно определиться с понятием «трудная память», которым вы оперируете в исследовании применительно к прошлому страны или народа. Ведь само это понятие при желании можно довести до абсурда при помощи различных манипуляций.

Да, разумеется, при желании можно сказать, что любая память трудная. И разумеется, это будет лукавством. И мы в России, кажется, понимаем это особенно хорошо. Это видно на примере памяти о Великой Отечественной войне, где государство хочет поддерживать традицию, когда память о национальной истории так или иначе должна быть триумфальной. Все в этой логике сводится к сюжету о героическом преодолении страшной угрозы, нависшей над народом и страной. А говорить о голоде, о бессмысленных жертвах или даже о пакте Молотова — Риббентропа не принято или просто не получается.

Ɔ. Разве это так? В традиционном изложении истории обычно находится место не только национальным триумфам, но и горьким поражениями и страданиям. В конце концов, рассказывают ведь не только о Великой Отечественной войне, но, например, о Смутном времени или о татаро-монгольском иге.

Да, такие сюжеты тоже могут входить в национальный миф. В них рассказывают о проигрышах, но, как правило, проигрыши в этих рассказах случаются по чужой вине. Народ героичен, но силы были неравны или в ряды предводителей затесались предатели. А если мы жертвы, то жертвы высокоморальные, которых не в чем обвинить. Трудная память начинается с другого взгляда на собственное прошлое, когда оно выглядит не как череда славных достижений и побед или поражений, в которых нет нашей вины, но как трагические события, в которых далеко не все очевидно. Там можно говорить и о нашей собственной вине. Такая культура памяти появляется во второй половине XX века. В ней впервые предоставляется слово жертвам и начинается разговор на темы, на которые прежде говорить не умели или просто не понимали, зачем это нужно. Начинается разговор о геноцидах, гражданских войнах, государственном терроре, вырабатывается сам язык разговора и воспоминаний об этих процессах.

Ɔ. Однако в этом случае вы объединяете под понятием «трудная память» довольно разные явления. Сталинский террор, память о котором вы сейчас исследовали, ставит иные вопросы, чем, скажем, память о Холокосте в Германии. Любой немец принадлежит к народу, от имени которого осуществлялся геноцид, но в случае Большого террора всегда можно сказать о преступной идеологии или даже о «перегибах», которые мы давно преодолели.

Да, разумеется, эти различия есть, и они важны. Но если посмотреть на сценарии того, как разные общества работают с такой трудной памятью, то мы увидим, что по большому счету их немного. Будь то террор, геноцид или гражданская война, общество задается одними и теми же вопросами: кого считать жертвой, а кого виновником; как поступать с виновниками и жертвами — судить ли одних и выплачивать ли компенсации другим; наконец, собираемся ли мы об этом помнить? То есть надо ли ставить памятники печальным событиям или лучше предать их забвению. Думаю, это особенности памяти как социального явления вообще.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Рейтинг самого мощного оружия вселенной Marvel (что круче молота Тора?) Рейтинг самого мощного оружия вселенной Marvel (что круче молота Тора?)

Эти орудия мощнее танков и ракет

Playboy
Неокупившиеся надежды: почему франчайзи Domino’s Pizza из регионов винят компанию в своих убытках Неокупившиеся надежды: почему франчайзи Domino’s Pizza из регионов винят компанию в своих убытках

Франчайзи Domino’s Pizza жалуются в головной офис на убыточность своих точек

Forbes
Shortparis Shortparis

Группа Shortparis в Ленинских Горках

Собака.ru
Мои университеты. Как женщины продвигали высшее образование в России Мои университеты. Как женщины продвигали высшее образование в России

Борьба за допуск женщин к высшему образованию началась в XIX веке

Forbes
Алиса Хазанова: Менять отношение к правам женщин нужно не в киноиндустрии, а в реальной жизни Алиса Хазанова: Менять отношение к правам женщин нужно не в киноиндустрии, а в реальной жизни

Алиса Хазанова рассказала об отношении к смерти и о правах женщин в России

СНОБ
Дэниел Крейг – специалист по бубликам без дырки (и с дыркой) Дэниел Крейг – специалист по бубликам без дырки (и с дыркой)

Детектив «Достать ножи» с Дэниелом Крейгом неожиданно оказался сложной сатирой

GQ
Работает за 11 человек и цитирует Айн Рэнд: чем известен глава «скучной» компании Илона Маска Работает за 11 человек и цитирует Айн Рэнд: чем известен глава «скучной» компании Илона Маска

Стив Дэвис — трудоголик и поклонник философии объективизма Айн Рэнд

Forbes
Кому от комбучи жить хорошо: как чайный гриб захватил мировой рынок Кому от комбучи жить хорошо: как чайный гриб захватил мировой рынок

Уродливый гриб в банке неожиданно захватил мир

Forbes
Скрабы и патчи могут старить? 7 ошибок в уходе за кожей Скрабы и патчи могут старить? 7 ошибок в уходе за кожей

Выясняем, какие привычки могут привести к быстрому старению

Cosmopolitan
Закрыть окно Закрыть окно

Что такое "углеводное окно" и как использовать его для похудения?

Худеем правильно
Chery Tiggo 7. Теперь совсем другое дело Chery Tiggo 7. Теперь совсем другое дело

Chery Tiggo 7 — один из автомобилей Поднебесной заслуживающий отдельной оценки

4x4 Club
Темная сторона самодисциплины Темная сторона самодисциплины

У самоконтроля и дисциплины есть и темная сторона

Psychologies
Победа на бумаге: почему планы России по захвату мирового угольного рынка имеют мало общего с реальностью Победа на бумаге: почему планы России по захвату мирового угольного рынка имеют мало общего с реальностью

В обновленной «Энергостратегии» Минэнерго закрепило цель довести до 25%

Forbes
Камерное исполнение Камерное исполнение

Выпускники операторского факультета ВГИКа рассуждают о профессии, учебе и кино

СНОБ

Какие мифы о мужчинах могут испортить женщинам жизнь

Cosmopolitan
Петр Авен и его каталоги Петр Авен и его каталоги

Интервью банкира и коллекционера

СНОБ
«Золотой Единорог»: как с нуля сделать международный кинофестиваль по принципу стартапа «Золотой Единорог»: как с нуля сделать международный кинофестиваль по принципу стартапа

Как меняется наша киноиндустрия прямо сейчас

Forbes
Основательница DressOne.ru — о том, как не купить кота в мешке Основательница DressOne.ru — о том, как не купить кота в мешке

Разговор о культуре виртуальных покупок и что лучше всего продается в интернете

РБК
Заплатите за нематериальное. Чем грозит бизнесу новая атака на офшоры Заплатите за нематериальное. Чем грозит бизнесу новая атака на офшоры

Тренд по борьбе с выводом нематериальных активов в офшоры набирает обороты

Forbes
Джерарду Батлеру - 50! Все «падения» и битвы бывшего алкоголика Джерарду Батлеру - 50! Все «падения» и битвы бывшего алкоголика

Самые интересные роли в кино шотландского актера Джерарда Батлера

Cosmopolitan
«Конкурс уклонения от налогов»: как благотворительность помогает скрывать скупость миллиардеров «Конкурс уклонения от налогов»: как благотворительность помогает скрывать скупость миллиардеров

Идея обложить богатейших бизнесменов большими налогами набирает сторонников

Forbes
Александр Мальцев Александр Мальцев

Первый мужчина России в синхронном плавании

Собака.ru
Слава пришла ко мне неожиданно, и я долго чувствовал себя не в своей тарелке Слава пришла ко мне неожиданно, и я долго чувствовал себя не в своей тарелке

В отличие от своих персонажей, в жизни Джон Гудман не очень-то разговорчив

Playboy
10 арктических машин 10 арктических машин

Десять достойных упоминания арктических вездеходов

Популярная механика
Зависимости сильных и независимых: 7 привычек, которые мешают добиться успеха Зависимости сильных и независимых: 7 привычек, которые мешают добиться успеха

Почему вы не можете шагнуть на ступеньку выше, как ни стараетесь

Psychologies
Одна заячья cила Одна заячья cила

Шик и роскошь авиалайнера Big Bunny подняли империю Playboy на новый уровень

Playboy
11 причин, почему тебе стало скучно в браке (и как это исправить) 11 причин, почему тебе стало скучно в браке (и как это исправить)

Скука может быть почти так же опасна для брака, как и измена

Playboy
7 культовых автомобилей в кино 7 культовых автомобилей в кино

В этих фильмах именно машины играют главные роли

GQ
Дольше живет тот, кто осознает свое счастье Дольше живет тот, кто осознает свое счастье

Научившись замечать хорошее в своей жизни, мы делаем ее гораздо более приятной

Psychologies
«Он меня не отпускает»: почему бывает так трудно выйти из отношений «Он меня не отпускает»: почему бывает так трудно выйти из отношений

Как уйти, если мужчина не отпускает вас после расставания

Psychologies
Открыть в приложении