Андрей Логинов: Имитация преподавания разрушает смысл образования
Российская система высшего образования перестраивается под потребности экономики. Власти делают ставку на подготовку инженеров, IT-специалистов и кадров для других высокотехнологичных отраслей. Одновременно Минобрнауки сокращает на 13% число платных мест по 40 специальностям. В основном это социогуманитарные направления.
О том, почему не стоит ограничивать платный набор на гуманитарные направления, а также о планах вуза превратить основные направления госполитики в сфере сохранения и укрепления традиционных ценностей в отдельные области научного знания в интервью «Ведомостям» рассказал ректор Российского государственного гуманитарного университета (РГГУ) Андрей Логинов.
– Вы возглавляете университет уже почти два года. Когда начинали работу, как формулировали свою миссию и задачи?
– Задача, как я ее сформулировал, безусловно, была связана с вопросами идеологии. Не в смысле государственной идеологии – ее формально не может быть, – а в смысле некой доминирующей повестки. Еще до прихода в вуз я достаточно четко понимал приоритеты развития гуманитаристики. И коллегам в университете говорил: есть запрос на несколько направлений, по которым сегодня разворачивается государственная повестка. Я для себя выделял пять таких направлений. Шестого пока нет, хотя, возможно, появится. Речь идет о защите исторической правды, укреплении общероссийской идентичности, сохранении духовно-нравственных ценностей, поддержке русского мира и раскрытии потенциала России как цивилизации.
Я исходил из того, что университет может себя проявить, если возьмется за научно-теоретическую разработку этих направлений – переведет их из деклараций в полноценные исследовательские темы. И честно скажу, РГГУ со своими интеллектуальными ресурсами готов это делать – превращать эти направления в серьезные области научного знания, потому что под каждое из них должна быть выстроена своя теоретическая база.
Сейчас мы уже получили проекты по социокультурной идентичности, духовно-нравственным ценностям. По теме цивилизационного развития у нас работает Александр Дугин, который возглавляет Высшую политическую школу им. Ивана Ильина. Все эти темы требуют не фрагментарного, а комплексного изучения – как части нашей истории, культуры, идентичности, и РГГУ готов этим заниматься. При этом нельзя просто административно перераспределить научные интересы. Научная работа – это индивидуальный процесс. Исследователь сам выбирает тему, и ее невозможно задать директивно. Но потенциал у нас есть, и мы можем постепенно усиливать работу в этих направлениях.
РГГУ отличается от многих современных вузов: у нас сформированы устойчивые научные школы – порядка двух десятков – и это серьезный ресурс развития гуманитарного знания. Поэтому одной из своих задач я видел поддержку этих школ – их укрепление, восстановление там, где это необходимо, и создание условий для появления новых. И кстати, за последние два года мы уже видим заделы для новых направлений, которые даже условно называют «молодежными» научными школами. Ведь, как известно, гуманитарное знание передается через личный пример и образ ученого.
– Вы упомянули пять направлений и сказали, что шестое пока не появилось. А каким оно могло бы быть, на ваш взгляд?
– Честно говоря, я пока даже не могу его сформулировать. Это примерно, как с идеей «Москва – Третий Рим, а четвертому не бывать», о чем писал старец Филофей. Темы возникают, какое-то время усиливаются, а затем могут ослабевать, трансформироваться и переходить в другие формы. Но любая новая тема, по сути, уже так или иначе содержится в этих пяти. Вот, например, патриотическое воспитание – очевидно, что это важнейшая тема. Но она уже присутствует во всех направлениях.
Когда мы говорим о защите исторической правды – это разве не про патриотизм? Когда говорим о социокультурной идентичности – это тоже про патриотизм, общий для людей разных регионов и культур. Духовно-нравственные ценности – это тоже про патриотизм. Русский мир – это еще одна грань патриотизма. Эти пять направлений выглядят достаточно целостными, и, возможно, добавление шестого элемента даже нарушило бы эту структуру. Но есть и другой аспект. Сейчас говорят о многополярном мире, но при этом почти не сформулированы критерии, по которым тот или иной геополитический субъект можно считать самостоятельным «полюсом». И мне кажется, что одним из таких критериев как раз может быть наличие подобного набора – способности защищать свою историю, поддерживать идентичность, формулировать собственные ценности, которые при этом созвучны универсальным.
– Как бы вы сформулировали роль гуманитарных специалистов сегодня – на фоне усиленного внимания к естественно-научным и техническим направлениям?
– Здесь есть очень важный нюанс. Очень часто происходит подмена понятий: под гуманитариями понимают представителей любых «не-точных» наук и «не-естественных» дисциплин. На самом деле гуманитарные науки – это лишь одно из направлений. Социогуманитарный блок, как обобщающее название, включает четыре крупные области знания: науки об обществе и человеке, образовательные и педагогические науки, а также культуру и искусство. В рамках этих областей существует большое количество специальностей и направлений подготовки, которые, в свою очередь, могут делиться на профили. В нашем вузе мы преподаем социальные и гуманитарные науки, а также дисциплины в области культуры и искусства. Образовательные и педагогические науки у нас не представлены, но при этом мы частично заходим в естественно-научный блок – преподаем информатику и высшую математику.
Статистика не вполне подтверждает тезис о том, что все молодые люди устремились поступать в технические вузы. Число студентов, которые выбирают обучение в социогуманитарном блоке, по-прежнему превышает половину от общего числа обучающихся. Их больше, чем тех, кто поступает на инженерные направления и IT либо выбирает специальности, связанные с математикой, химией или медициной. Сейчас активно обсуждается идея, что число студентов на социогуманитарных направлениях нужно сокращать и увеличивать набор на инженерные и IT-специальности, а также готовить кадры в области искусственного интеллекта (ИИ), биологии и медицины, при этом желательно со знанием китайского языка. Такие тезисы часто звучат от руководителей разных уровней, но людей невозможно заставить – они сами выбирают образовательные программы.
– Есть ли спрос на специалистов социогуманитарного блока со стороны государства и общества?
– Запрос на специалистов формируется не столько государственными установками, сколько реальными потребностями экономики: декларируемый спрос не всегда отражает ситуацию на рынке труда. Во многом спрос формируется родителями, средой, в которой вырос абитуриент, и, конечно, им самим. Если человек видит себя в гуманитарной сфере – а там, повторюсь, огромное количество специальностей, – он выбирает это направление. Общая картина такова: значительная часть выпускников не выбирает инженерные, технические, IT, медицинские, естественно-научные или аграрные направления. Это же касается строительных, транспортных и военных специальностей. В итоге более половины абитуриентов не ассоциируют себя с этими направлениями. С учетом педагогических специальностей эта доля становится еще выше.