Я был очень наглым. Когда учился на первом курсе ВГИКа, просочился в Дом кино...

Коллекция. Караван историйКультура

«Михалков покорил Мордюкову усами, одеколоном и «мерседесом», — рассказывал Виктор Мережко

Наталья Николайчик

Фото: Марк Штейнбок/7 Дней

«На съемках «Родни» Нонна в Михалкова влюбилась: «На «мерседесе» ездит, гад такой ползучий. Ой, Витька, я не могу, эти усы у него! А каким одеколоном пахнет, ой, Витька...» И вот она то плакала, то порывалась уехать. И я ее всякий раз ловил на вокзале и уговаривал вернуться. А там уж из-за угла выруливала машина, оттуда выходил Никита: «Ку-ку, Нонночка!» — рассказывал сценарист и режиссер Виктор Мережко.

Я был очень наглым. Когда учился на первом курсе ВГИКа, просочился в Дом кино на празднование Нового года. Для студента это было нереально, но я пристроился к какому-то актеру, и тот просто не смог меня отшить. И вот все сидят за столами, а я болтаюсь по залу. Беру с одного стола рюмку, наливаю: «С Новым годом!» Чокаюсь. С другого стола беру бутерброд, кусок мяса... И к следующему столу. Потом смотрю — в центре зала стоят великие: Герасимов, Чухрай, Шпаликов, кто-то еще. Над чем-то смеются, весело им. И вот я к ним подвалил, смотрю на них пристально. Чухрай спрашивает: «Чего тебе?» Я говорю, вернее, «ховорю» — у меня тогда еще был специфический южный говор: «Мужики... Вы тут самые знаменитые, хордость наша, хении кино. Но запомните! Меня зовут Виктор Мережко. Пройдет не так много лет, и я стану таким же знаменитым, как вы. — Они молчат. А я продолжаю: — Нет, вы запомнили, что я сказал?» Тогда Сергей Аполлинариевич Герасимов жестко меня взял за плечо, он же сильный был, отвел в сторонку и на ухо сказал: «Пошел на...»

Примирения Мордюковой с Михалковым были бурными

Прошло лет двенадцать, раздался звонок: «Виктор, здравствуйте, это Григорий Чухрай. Я хочу, чтобы вы написали для меня сценарий про войну. Приезжайте ко мне домой, поговорим». К этому времени по моим сценариям уже были поставлены и «Здравствуй и прощай», и «Одиножды один», и «Трын-трава». И вот теперь великий Чухрай хотел, чтобы я писал для него. Он дал прочитать статью в газете о том, как мать долгие годы прятала на чердаке сына-дезертира. Говорю: «На кого писать?» — «Для Мордюковой». Я сразу стал просить: «Григорий Наумович, мне бы с Мордюковой познакомиться. От ее сленга, от ее манер, от характера многое зависит». И вот мы встретились в Союзе кинематографистов. Чухрай говорит: «Познакомься, Нонна, это Витя Мережко, молодой автор, будет писать сценарий». — «Ой, Мережко! Ты откуда родом?» — «Из-под Ростова». — «Та мы ж земляки! А красивый ты, здоровый. Казак же?» — «Казак». Вот такой был смешной разговор.

Сценарий «Трясины» Нонне не то чтобы не понравился... Но она все жаловалась: «Ой, какой тяжелый». Хотя сниматься согласилась без колебаний. Я же не знал, что у нее в это время назревала драма с сыном Володей. Самой тяжелой была сцена, когда героиня вытаскивает сына из петли — тот пытался повеситься. И Нонна, отснявшись, забилась в истерике: «Идите на хрен все отсюда, видеть вас не могу! Этот написал, этот снимает! Пошли вы!..» Орала страшно. Ее успокоили, дали полчаса посидеть. А потом она мне говорит: «Витька, если ты после этого сценария не напишешь мне комедию, я тебя убью. Понял?» Пришлось обещать. А Нонна от меня все не отставала: «Витька, сценарий, комедия!» Я говорю: «Пишу». И не писал. Врал.

Потому что не знал, о чем писать. А тут случилась история с моей тещей. Она приезжала к нам в Москву и все мечтала встретиться со своим первым мужем Вадимом, летчиком, который ее бросил, женившись на дочери командира полка. И вдруг я понял: это же интересный сюжет, как деревенская мать приезжает к городской дочери. Дальше история сама написалась, всего за полтора месяца. И вот я позвонил Мордюковой: «Нонночка, ты знаешь, я написал. Где встретимся?» — «На «Киевской». — «Тебя ж там узнают». — «Да кто там узнает... Скажут, тетка с Киевского вокзала...»

Виктор Мережко, 1965 год. Фото: из архива В. Мережко

Прочтя сценарий «Родни», Нонна перезвонила мне ночью: «Витька, гадина такая, ты шо ж написал? Ты хоть сам понимаешь?» — «Что, плохо?» — «Да не плохо, это ж то, шо я хотела. Витька, надо, шобы это снималось уже завтра. И шобы был самый лучший режиссер». — «Кто?» — «Никита Михалков!» Тут надо сказать, что Никита популярен и сейчас, но тогда это было явление! Молодой, красивый, веселый, щедрый, на «мерседесе»... Причем талантлив до бесконечности. Еще не было вот этого количества общественных нагрузок, и он был просто кинематографист — актер и удивительный режиссер. Я говорю: «Нон, не возьмет, это сельская история». — «Не гавкай, возьмет». И вот она подсунула сценарий Никите на закрытии Московского кинофестиваля. И через пять-семь дней мне звонок: «Виктор, здравствуйте, это Никита Михалков...» Помню, я на метр подпрыгнул от счастья.

Запустились мы в 1980-м — в год Олимпиады. Снимали в Днепропетровске. Не все шло гладко. Нонна явилась на пробы на каблуках, в нарядной легкой кофточке. Никита сказал: «Нет! Так не пойдет!» И повел ее к костюмерам. Там майку на нее надели, на зубы — фольгу. «Шо ты делаешь со мной?!» — возмутилась Нонна. А он: «Образ делаем, Нонночка, образ. Спокойно». В ответ — мат-перемат. Никита говорит: «Ну, подожди, давай все обсудим...» — «Да пошел ты, барчук чертов! Снимай Римму Маркову!» Та была постоянной соперницей Мордюковой. Потом Нонна позвонила мне: «Витька, забирай сценарий, другому режиссеру дадим». Я говорю: «Невозможно. Уже запуск». Тогда она опять свое: не буду сниматься, пусть Маркова снимается. Вскоре звонит Никита: «Витя, давай так: день-два помолчим. А потом скажи ей, что я сделал пробы Риммы Марковой и очень ими доволен». Так и поступили. Через два дня я позвонил Нонне и все сказал. Она взвилась: «Чего он, охренел, что ли, совсем? Она же не потянет эту роль!» — «Ты же сама сказала: «Берите Маркову». И Никита уже настроился на нее. Нонночка, ну режиссер-то — он, он и хозяин». — «А ты шо, не имеешь значения там? Скажи, что я подумаю. Может, еще и сама буду сниматься». И я тут же перезваниваю Никите: «Все, мы победили». На следующий день Нонна приехала на студию, и они с Никитой стали целоваться, обниматься, плакать, просить друг у друга прощения. Потом они это проделывали еще несколько раз во время съемок в Днепропетровске — все это бурное примирение. Потому что Нонна чуть что — собирала чемоданы и ехала на вокзал. Никита сразу ко мне: «Вить, лови ее».

Ей не нравилось, что Никита делал образ более острым, чем в сценарии. При этом Нонна в него влюбилась: «На «мерседесе» ездит, гад такой ползучий. Ой, Витька, я не могу, эти усы у него. А каким одеколоном пахнет, ой, Витька...» И вот она то плакала, то порывалась уехать. И я ее всякий раз ловил перед посадкой в вагон, нагруженную каким-то немыслимым количеством вещей, которые ей дарили поклонники. И уговаривал вернуться. А там уж из-за угла вокзала выруливала машина, оттуда выходил Никита: «Ку-ку, Нонночка!» И все!

Обнимаются, целуются и загружают все эти чемоданы в специально вызванный автобус — ни в какую легковую машину такое количество не умещалось. Ей же дарили кухонные комбайны, галоши, сковородки, тарелки. У Мордюковой весь номер был заставлен коробками. Ее же любили безумно...

Первый показ «Родни» проходил в так называемом яичном зале «Мосфильма», который был оклеен картонными коробками из-под яиц для лучшей акустики. Волчек, Евтушенко — все собрались. А зал — сто мест всего. Это у Никиты был  фирменный ход — он устраивал показы так, что мест было гораздо меньше, чем приглашенных. И таким образом обеспечивал переаншлаг: у него знаменитости на ступеньках сидели.

Еще не закончились шумные премьерные мероприятия, когда Никита сказал: «Хочу познакомить тебя с одним армянином. Режиссер со студии Довженко — Роман Балаян. Самый у них талантливый». Никита вечно объявлял кого-то большим талантом и с ним носился... И вот он свел нас с Балаяном. Тот говорит: «Напиши для меня сценарий». — «О ком?» — «Обо мне. Я же как Нагорный Карабах. Стою на скале, и снится мне, что я лечу, а просыпаюсь — работы нет, двое детей, жена ругается». — «Не понимаю, как из твоей идеи можно сделать сценарий. Но я подумаю». А Никите говорю: «Никит, если я возьмусь за это, то главную роль напишу под тебя. Будешь сниматься?» — «О чем разговор, конечно буду».

Никита Михалков, 2015 год. Фото: Юрий Феклистов/7 Дней

И вот уже со студией Довженко договор подписали, и аванс мне заплатили — шесть тысяч рублей. А сценарий у меня все не вырисовывается. И тут поехал я в Черкассы к старшему брату — он тогда кризис переживал: из армии комиссовался, выпивать стал. Посмотрел я на брата, и понял, о чем надо писать. Так появился сценарий «Полетов во сне и наяву». Вот только Балаян прочел и сказал: «Я не то хотел. Какой-то дурак твой герой, чего ему неймется?» Тогда я, уже многому научившийся у Никиты, просто отдаю сценарий почитать на «Ленфильм». И мне оттуда звонят: «Мы вернем аванс на студию Довженко, давайте к нам». Балаян, конечно, узнал, сразу стал звонить: «Витя, дети кушать хотят! Ладно, сниму это говно, денег немножко заработаю. Никто этого фильма все равно не заметит». Я говорю: «Ром, с таким отношением нельзя начинать работу. С моей точки зрения, это один из лучших моих сценариев». — «А, вай, у тебя что ни сценарий — то лучший!» И вот он стал быстренько запускаться. Только вместо Михалкова на главную роль неожиданно для меня захотел Янковского. Тот сначала не соглашался: студия Довженко — репутация у нее не очень была, а тут еще и какой-то никому не известный Балаян... Но Рома уперся: нужен Янковский, и все тут! Пришлось мне самому Олегу позвонить: «Олежечка, мы с тобой приятели, ради меня почитай». А он: «Завези сценарий на служебную проходную «Ленкома». Я сегодня еду в Таллин на «Собаку Баскервилей», в поезде прочту». В поезде Олег оказался в одном купе с Никитой Михалковым, который тоже ехал на «Собаку Баскервилей». И вот Янковский стал читать сценарий и время от времени восклицал что-то одобрительное. Было у него любимое словечко: «гений». Кого он только гением ни называл... И вот он читает сценарий и вскрикивает: «Мережко, сволочь, гений!» Михалков, конечно, поинтересовался, в чем дело. И был очень удивлен, когда узнал: на роль, которую обещали ему, зазывают Янковского... Впрочем, Роман тут прав, его выбор безупречен: Никита слишком силен и самоуверен по своей натуре для такой роли, тут нужен кто-то более рефлексирующий. К счастью, Никита хоть и обиделся, но не сильно...

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Регина Тодоренко: «Чувствую себя под крылом большой птицы, которая летит вверх, покоряя новые высоты» Регина Тодоренко: «Чувствую себя под крылом большой птицы, которая летит вверх, покоряя новые высоты»

Регина Тодоренко — о съемках в «Орел и решка» и новых тревел-проектах

Караван историй
7 странных, но невероятно полезных способов применения кетчупа в быту 7 странных, но невероятно полезных способов применения кетчупа в быту

Как использовать кетчуп не по назначению с пользой для всего дома

ТехИнсайдер
Наталья Аросева: «Из-за пани Моники Эльдар Рязанов сомневался, стоит ли брать Аросеву в картину «Старики-разбойники» Наталья Аросева: «Из-за пани Моники Эльдар Рязанов сомневался, стоит ли брать Аросеву в картину «Старики-разбойники»

Судьба подарила Ольге Аросевой роль, которая сделала ее знаменитой на всю страну

Караван историй
Вырубка лесов на японском острове испортила зубы местным макакам Вырубка лесов на японском острове испортила зубы местным макакам

Сильный стресс вызвал у макак недоразвитие эмали

N+1
Издатель Михаил Лопатин — о гиде «Ресторанный навигатор», критике и пиаре Издатель Михаил Лопатин — о гиде «Ресторанный навигатор», критике и пиаре

Возмутитель спокойствия ресторанного мира выпустил «Ресторанный навигатор»

РБК
Бежевый — новый черный: что ждет сменившую имидж Элизабет Холмс в техасской тюрьме Бежевый — новый черный: что ждет сменившую имидж Элизабет Холмс в техасской тюрьме

Что ждет Элизабет Холмс в тюрьме для «белых воротничков»?

Forbes
Татьяна Шитова. Тысяча жизней Татьяна Шитова. Тысяча жизней

Татьяна Шитова успевает прожить тысячи жизней

Коллекция. Караван историй
Протесты в Польше после смерти беременной женщины. Как влияет запрет абортов на психику? Протесты в Польше после смерти беременной женщины. Как влияет запрет абортов на психику?

Как и почему запрет на аборты приводит к росту смертности?

Psychologies
Галина Киндинова: «Старики МХАТа не воспринимали нас как конкурентов» Галина Киндинова: «Старики МХАТа не воспринимали нас как конкурентов»

О своих педагогах актриса Галина Киндинова рассказала в нашем интервью

Коллекция. Караван историй
«Кто я на самом деле?»: как познать себя и обрести целостность — советы психологов «Кто я на самом деле?»: как познать себя и обрести целостность — советы психологов

Как добраться до своего истинного «Я»?

Psychologies
Проклятие «Чернокнижника»: трагическая судьба погибшего в горах актера Джулиана Сэндса Проклятие «Чернокнижника»: трагическая судьба погибшего в горах актера Джулиана Сэндса

Как любовь к природе стала роковой для звезды кино

VOICE
Великая пустота Великая пустота

Монголия – наименее населенная страна мира

Вокруг света
5 самых распространенных мифов о потере веса из социальных сетей 5 самых распространенных мифов о потере веса из социальных сетей

Какие мифы о диетах являются "красными флагами"?

ТехИнсайдер
Эротика в советской литературе Эротика в советской литературе

Хотите верьте, хотите нет, но в советской художественной литературе был секс

Maxim
Пророческий «Титан»: как роман, написанный за 14 лет до трагедии, предсказал крушение «Титаника» Пророческий «Титан»: как роман, написанный за 14 лет до трагедии, предсказал крушение «Титаника»

Неужели писателю удалось предсказать крушение «Титаника»?

ТехИнсайдер
Как выжить в вынужденной эмиграции и не потерять себя: 5 советов из личного опыта Как выжить в вынужденной эмиграции и не потерять себя: 5 советов из личного опыта

Как более менее пройти кризис миграции?

Psychologies
Как подобрать форму носа по типу лица: лучшая памятка от хирурга перед ринопластикой Как подобрать форму носа по типу лица: лучшая памятка от хирурга перед ринопластикой

Врач рассказал, как грамотно подготовиться к пластике носа

VOICE
Неприхотливый многолетник Неприхотливый многолетник

Перспективы выращивания мискантуса на российских полях

Агроинвестор
Предпоследний друг: как Берлускони пытался строить особые отношения с Россией Предпоследний друг: как Берлускони пытался строить особые отношения с Россией

Как европейские политики пытались интегрировать Россию и Запад

Forbes
Отец отказался от короны: кто такая Виттория ди Савойя, внезапно ставшая первой наследницей трона Италии за 1000 лет Отец отказался от короны: кто такая Виттория ди Савойя, внезапно ставшая первой наследницей трона Италии за 1000 лет

Кто такая Виттория ди Савойя, и в каком положении она оказалась?

VOICE
Каждый день или раз в месяц: как часто нужно заниматься сексом — мнение психологов Каждый день или раз в месяц: как часто нужно заниматься сексом — мнение психологов

Много, мало, достаточно — можно ли применять эти понятия к интимным отношениям?

Psychologies
«Релокация похожа на влюбленность»: как строить международную карьеру «Релокация похожа на влюбленность»: как строить международную карьеру

Как решиться и выйти на международный рынок труда, если кажется, что уже поздно

Forbes
Как вчерашние студенты построили сервис для подготовки к экзаменам и продали 25% VK Как вчерашние студенты построили сервис для подготовки к экзаменам и продали 25% VK

Стартап, запущенный Дмитрием Даниловым, кратно вырос за последние годы

Forbes
Самый громкий звук в истории человечества, который облетел Землю четыре раза Самый громкий звук в истории человечества, который облетел Землю четыре раза

Извержение Кракатау, концерт The Who и другие самые громкие звуки

ТехИнсайдер
Побег от реальности Побег от реальности

Как художники превратили старую ферму в арт-пространство и приют интеллектуалов

Seasons of life
Как Мэри-Кейт и Эшли Олсен ушли в бизнес, а их сестра Элизабет стала звездой кино Как Мэри-Кейт и Эшли Олсен ушли в бизнес, а их сестра Элизабет стала звездой кино

История карьеры и бизнеса сестёр Олсен

Forbes
На краю земли На краю земли

Дизайнер Seasons Дарья Уланова вместе с друзьями отправилась на Сахалин

Seasons of life
Из бункера к звездам Из бункера к звездам

«Укрытие»: детектив, вестерн и тоталитарная антиутопия в одном сериале

Weekend
Те самые легендарные коктейли по рецептам Венички Ерофеева Те самые легендарные коктейли по рецептам Венички Ерофеева

Принимать строго визуально и умозрительно! Болтать, но не смешивать!

Maxim
Датский кинорежиссер Мартин Сковбьерг: Если мы не переосмыслим суть привилегированности, то чувства многих останутся проигнорированы Датский кинорежиссер Мартин Сковбьерг: Если мы не переосмыслим суть привилегированности, то чувства многих останутся проигнорированы

Режиссер Мартин Сковбьерг — о губительных социальных нормах и Копенгагене

СНОБ
Открыть в приложении