Резервуар
За спиной характерно затопали магнитные подковы. Ли поймал себя на том, что голова сама втянулась в плечи. Принес же черт кого-то. Для смены рано.
Гермодверь чмокнула, и грянуло жизнерадостное:
– Ну, че скукожился? Я ж не ефррейтор!
Ошарашенный Ли распрямился с такой энергией, что аж кресло развернулось к вошедшему. Сивые усы и бородка, общительно ссутулен к собеседнику, забрало скафандра диковинной конструкции. Со всех ориентировок эта физия пялится.
– Ст... той! – скорее промямлил, чем прокричал Ли.
– Жвачкой стрелять будешь? – и залп хохота.
Ли невольно подхватил, но блекло.
Потом выдавил:
– Ты... как... э-э...
– Да так. Ваши робостражи, ежели нету чип-ай-ди, ставят галку: беспилотный. И диспетчируют в сектор автоматики. Пилить оттуда, однако! Километров десять ехал.
– Т... ты... я ж обязан...
– Сдать властям? Что и требуется. Сдавай. Только самым верхним. Запроектная угроза, ясно? Запроектная. Планетарный уровень.
– П... пост сдать...
– Дык.
Прибывший уже манипулировал кнопками пультов под мониторами, занимавшими полукруглую стену бункера управления космопортом. Бурча под нос, обильно проросший рыжеватым волосом: «Они ж все на одну колодку…» Киберсменщик белозубо залыбился с экрана кругового обзора примерно через полторы минуты его усилий – Ли даже не знал, что в управлении есть такая опция. Присяга невооруженных космических сил порядка требовала строго блюсти секретность. И преподы начального космотрансучилища усердно внушали: заушный чип просто взорвет мозг, если поинтересуешься тайной любого уровня.
– Во, гля: эт-твоя подмена, передавай дежурство. – Бородач смотрел на него весело и даже подмигнул. – Передавай. Ну, личный код, журнал событий, как там…
Ли автоматически тыркал в клавиши. Часто промахиваясь. Прибывший деликатно отвернулся.
Наконец веселый виртуал отрапортовал синтетическим голосом:
– Смену принял, сдам штатно, свободен, товарищ.
Начальник космопорта тоже некоторое время корчился и ежился, с трудом осознавая свое странное положение: фигурант межгалактического розыска, а под конвоем всего лишь безоружного диспетчера. И вещает о планетарной угрозе. Впрочем, задержанный, которого правильнее было назвать сопровождаемым, вел себя миролюбиво.
Примерно та же сцена повторилась в штаб-квартире кондоминиума Восемь-Умиб.
– Да, знаю, договор о выдаче, – проартикулировало изображение представителя центровых.
Конференц-директор кондоминиума никогда не присутствовал на совещаниях лично: законы родины, находившейся в центре Галактики, предписывали ему уничтожать всякого, кто откажется произнести его звание полностью, а органы речи землян не были к этому приспособлены. Поэтому дела кондоминиума по эксплуатации ресурсов планеты решались онлайн.
– Но это полномочия конференц-директора от… – посыпались цифры, представляющие галактический код Земли, – в которые я не вмешиваюсь.
Изображение позеленело – стандартный жест вежливости центровых, знавших, что земное зрение лучше всего различает объекты именно на этой длине волны – и медленно потухло.
Два робоохранника во главе с капитаном императорской гвардии в отставке, – никого выше званием в космопорту Умиба не нашлось, – довезли так некстати сдавшегося галактического правонарушителя до Сити. Где размещались Решалы – представители Императора.
Сити выглядел так же, как и все остальное. Купола, параллелепипеды, полуцилиндры ходов сообщения. Большинство объектов вообще закопаны. А как еще, если атмосфера жиденькая и ядовитая.
– Тебя хоть звать как? – спросил капитан в отставке. Возраста его никто не знал, но бобрик, опушавший голову, был совершенно сед. – А то в ориентировке одни коды.
– Георгием записан. Можно Юркой, – усмехнулся правонарушитель, и сквозь сверкание стекла скафандра проблеснули лукавые огоньки карих глаз. – А тебя?
– Хорхе-Энрико-Эмилиано-де-ла-Дезуэсада, – даже в скафандре было видно, какой тощей тростью выпрямился капитан. – Тебе не понадобится.
– Хрен знает. Тезки, выходит.
– Без разговоров!
У наружного гермопоста капитан остановился за десять шагов по регламенту безопасности и поднял обе руки. Георгий замер, приотстав на два шага. Пошел стандартный инфообмен.
– Вход один живой, – раздался скрип робосинтезатора земной речи. Конвоир медлил.
– Ну, че? Дуй живо, – и Георгий толкнул капитана ногой: за руки держали роботы.
Тот выругался – «чупа что-то-там», снова засигналил поднятыми руками.
– Один живой два автомат один биологический груз.
Роботы оторвали Георгия от поверхности грунта и внесли за Дезуэсадой в открывшийся люк. Тот скомандовал что-то еще – снова поставили на ноги. Дезуэсада смотрел на него с тревогой.
– Ты хоть… бабосо… дубина такой, объясни, в чем угроза-то?
– Отшлюзовались? – вопросом на вопрос ответил Георгий. – Щиток можно поднять?
После кивка собеседника он поднял щиток шлема, высморкался и огладил бородку:
– Первое, это поглощение Восьмого Умиба солнцем. Этим, вашим, Бэкду. А дальше, как ты сказал, Решалы? С ними и поговорим.