Четыре стороны Малайзии
Малайзия — это неповторимое смешение всего азиатского: национальностей, культур, гастрономии. Именно ради этого и стоит туда отправиться
Столпы столицы
Башни-близнецы «Петронас» видны из любой точки Куала-Лумпура. Они — часть привычного урбанистического ландшафта, ориентир, с которого начинается большое путешествие по столице. Пошутила бы, как Ги де Мопассан, что единственное место, откуда на глаза не попадаются знаменитые здания, — смотровая площадка в одной из башен на 86‑м этаже. Но и оттуда можно в деталях рассмотреть их конструкции: узор стальных каркасов, напоминающий арабески, и шпили, похожие на минареты. Если смотреть на КЛ (так называют малазийцы свой город) из-под облаков, то это классический азиатский мегаполис. Здесь любят высотки. Вот небеса подпирает угловатая Мердека 118 — второе по высоте здание мира после Бурдж-Халифы в Дубае.
Здесь любят огромные моллы, где спасаются от тропического зноя и влажности. Здесь любят дурианы, которые продавцы ловко разделывают большими ножами в лавочках, встречающихся буквально на каждом углу. Здесь любят стритфуд, и голодным в Куала-Лумпуре не останешься: наси лемак — курицу с рисом, сваренным в кокосовом молоке, с анчоусами, огурцом и соусом самбал готовят абсолютно везде. При наличии автомобиля за день вполне реально осмотреть все главное: подняться на прогулочный мостик башен-близнецов, отметиться на Площади Независимости от британского колониального правления, причем прямо на поле для крикета с аккуратно подстриженной травой. На месте слияния рек Кланг и Гомбак, где стоит мечеть Джамек, посмотреть, откуда все начиналось в городе, который первые поселенцы назвали Грязным устьем. Вытащить предсказание на палочке в главном китайском храме Тянь Хоу и улыбнуться Хотэю, поднося копеечные дары к его ногам и рассчитывая на благополучие в ближайшем будущем. Съесть морского гада, пожаренного на гриле, или попробовать кашу с лягушкой на Jalan Alor — улице, где с наступлением темноты по обе стороны променада что‑то жарят и варят, насаживают на шпажки и накладывают в боулы.
Но Куала-Лумпур может предложить прекрасные альтернативы на ближайшие пару дней. Вместо того чтобы толкаться среди развалов с дешевым китайским ширпотребом на Петалинг-стрит и разглядывать картинки на стенах Квай Чай Хонга (Маленького переулка призраков) в Чайнатауне, отправляйтесь в Национальную галерею искусства, где об истории города можно узнать через призму работ местных художников. Вместо того чтобы смотреть у подножия башен на танцующий фонтан, укройтесь от шума и суеты в ботаническом саду, открытом в 1888 году. Вместо того чтобы из-за забора разглядывать Национальный дворец Истана Негара (это, к слову, новодел), задайтесь целью найти десяток колониальных зданий, таких как старый железнодорожный вокзал, королевский клуб Селангора или театр Бандарая. Малайские метаморфозы случатся быстро: уже на третий день вы будете улыбаться всем и каждому в ответ, носить с собой стаканчик с каким‑то невообразимым напитком, как это делают все местные жители.
По карте с картинками
Туристы в Джорджтауне охотятся за cтрит-артом, шагают по карте, начиная прогулку от самого известного под названием «Маленькие дети на велосипеде» авторства Эрнеста Захаревича, и ищут новые картинки на стенах и инсталляции из стальных прутьев, рассказывающие о культуре Пенанга. За туристами охотятся велорикши, которые настойчиво предлагают сделать круг почета по старому центру.
Муралами местные образчики уличного искусства не назовешь. Это, как правило, небольшого размера коллажи с привычными предметами: навечно припаркованными к стене мотоциклами или ветвями деревьев — и почти всегда в ореоле черной плесени, которая вообще давно стала полноценной частью архитектурного кода Пенанга. Как ингредиенты в супе лакса, на острове Пенанг перемешались четыре культуры: малайская, китайская, индийская и британская. В старом портовом городе не найти ни одного коренного жителя, даже малайцев. Все население, включая этнос Баба-Ньоня, — потомки иммигрантов. Но все же доминирование китайской культуры очевидно: от домов, образующих целые кварталы, с аркадами и старинными дверьми, яркими ставнями на вторых этажах, с магазинами всякой всячины на первых (шопхаусами), клановых храмов с керамическими драконами на крышах до привычных китайских блюд в уличных забегаловках и обилия чайных заведений, куда приходят на дегустации.
Китайская община прибыла сюда в середине XIX века, обустроив себе жилища прямо на воде. Китайских кланов — кварталов деревянных домов на сваях — целых семь. В Chew среди лавок с ширпотребом и не разглядеть аутентичность места; в Lim Jetty туристов меньше, и здесь уже можно с интересом понаблюдать за экстерьерами, балансируя между праздным зевакой и любопытствующим исследователем культур. Самый оригинальный — клан Tan, уходящий мостками далеко в Малаккский залив.
Бесцельно прогуливаясь по старому центру, сворачивая в переулки с Армянской улицы, но все равно оказываясь каким‑то чудом на ней снова, периодически останавливаешься у повозок со стритфудом. То хочется на ход ноги где‑нибудь на перекрестке улиц Карнавон и Кэмпбелл попросить Char Koay Kak (рисовый пирог с редькой и креветками) у милой старушки, то решиться попробовать дуриан. Продавец выберет огромный колючий фрукт, постучит по нему ножом и ловко разделает. То тянет укрыться в прохладе кофейни Toon Leong или культовом заведении China House и отведать Kopi Peng — ледяной местный кофе, хотя более популярен White coffee — напиток со сливками. Остров Пенанг, внесенный в список ЮНЕСКО, славится своей кухней. Если в одном из книжных открыть кулинарную книгу, полистать картинки и бегло почитать рецепты, станет понятен гастрономический масштаб. Здесь вообще любят поесть, и от осмотра достопримечательностей легко отвлечься на очередной перекус. Впрочем, это и есть идеальный план прогулки по Джорджтауну: немного исторических фактов, почерпнутых в форте Корнуолис и Голубом особняке Cheong Fatt Tze, музее, посвященном наследию Пенанга (кстати, здесь снимали сцену с игрой в маджонг в фильме «Безумно богатые азиаты»), немного уличной сувенирной суеты в Чайнатауне или Маленькой Индии, немного веры в хорошее в самом большом в Малайзии буддистском