Космический Ямал XXI века
Почему на Земле станет тесно и зачем нам строить заводы на Луне
Мы привыкли смотреть на космос через призму героического прошлого: Гагарин, «Аполлоны», состязание сверхдержав, романтика далеких звезд. Но пока мы ностальгировали, правила игры изменились. Космос перестал быть местом для флагов – теперь это место для денег, ресурсов и выживания. Футуролог Евгений Кузнецов объясняет, почему экономика орбиты скоро обгонит земную, зачем ИИ нужны собственные спутники и почему Россия рискует превратиться в «космическую Португалию» на обочине истории.
Когда мы смотрим на ночное небо, мы обычно вспоминаем либо черно-белую хронику геополитического соперничества из 1960-х, где самым важным было, чья нога первой оставит след в пыли, либо кадры из научно-фантастических фильмов, с бластерами и гиперпрыжками. Между этими двумя полюсами – прошлым и фантазией – теряется настоящее. А в настоящем происходит то, что Илон Маск называет становлением человечества как «космического вида».
Об этом мало кто задумывается всерьез, но биология неумолима: смысл жизни любого успешного вида – в экспансии. Человечество возникло в узкой экологической нише африканской саванны, но за тысячелетия заселило всю планету. И теперь нам здесь становится тесно.
Есть поразительный факт, который звучит как приговор: искусственные объекты, созданные человеком (здания, дороги, машины, пластик), суммарно уже обладают большей массой, чем биосфера Земли (все растения, животные и бактерии, вместе взятые). Мы стали планетарным фактором. Если посмотреть на Землю из космоса взглядом не туриста, а инженера, планета кажется захваченной враждебной расой, которая методично выкачивает ее ресурсы. Шрамы карьеров и убитые ландшафты видны даже с орбиты.
У нас нет вариантов на долгосрочную перспективу – в масштабе столетий – кроме как выйти за пределы колыбели. Сначала освоить Солнечную систему, потом двигаться дальше. И это уже не фантастика, а бизнес-план.
Частная революция и закон Райта
Еще 20 лет назад разговоры о колонизации других планет были уделом гиков. Но потом случилась частная космическая революция. Ее знаменосцем стал Илон Маск, но он не одинок. Джефф Безос, Билл Гейтс и десятки других бизнесменов смотрят на космос не как на лабораторию, а как на пространство для экономического развития.
За последнее десятилетие SpaceX вывела на орбиту больше полезной нагрузки, чем Америка за всю свою космическую историю, включая программу «Аполлон». Рост идет по экспоненте: 80% этого объема поднято в небо в последние два года. От космоса сегодня зависит примерно 20% экономики США: навигация, транзакции, связь, логистика. Если завтра солнечная буря «выключит» орбиту, ущерб для мировой экономики будет страшнее, чем от крупной войны. Именно поэтому США объявили космос зоной стратегической безопасности.
Государство как главный игрок уходит в прошлое. Оно остается заказчиком и донором, но драйвером становится частный капитал. Сейчас объем космической экономики составляет около 0,5 трлн долл. с ростом 10% в год. По прогнозам, к 2035 году космос догонит фармацевтическую промышленность (около 1,77 трлн долл.), а к 2050-му достигнет отметки в 10 трлн.
Здесь работает главный козырь современной экономики – масштабирование. Закон Райта гласит: чем больше ты производишь, тем дешевле единица продукции. В космосе это правило работает изумительно. Маск не просто запускает ракеты – он поставил их сборку на конвейер. В итоге стоимость вывода грузов упала в 10 раз, а в перспективе снизится еще сильнее.