Обэриулица
Собрали бесценный гайд по обэриутскому Петербургу (в формате «Что? Где? Когда?») с главным экспертом по чинарям — писателем и поэтом Валерием Шубинским. Все знают дом Хармса на улице Маяковского, 11, дом Введенского на Съезжинской, где открыли Музей ОБЭРИУ, Шуваловский дворец на Фонтанке, где происходил 24 января 1928 года знаменитый вечер «Три левых часа», Дом книги на Невском, где находилась детская редакция «Госиздата». А мы составили маршрут юник с неканоничными, но стратегически важными для любого обэриутофила геотегами! В программе: конюхи, локаворы и хамбо-лама.
(1)Младенец в убежище для тюремщиц
Почему, оказавшись у Боткинской больницы, стоит совершить терапевтическую прогулку до НПО им. Ползунова, где проектируют турбины атомных реакторов, — там родился Хармс!
Начнем наш путь в таком уголке Петербурга, куда ступает редко чья нога — разве что тех, кому не повезло оказаться в Боткинской больнице, и тех, кому еще больше не повезло оказаться в тюремной больнице имени Ф. П. Гааза на улице Хохрякова. Рядом с ней — стена НПО имени Ползунова. А за стеной — красное кирпичное здание. Там, на ныне не существующей Глинской улице, находилось Убежище для женщин, выходящих из мест заключения. Несчастных женщин здесь кормили, учили грамоте, давали возможность заработать немного денег и подыскивали постоянную работу и жилье. Заведовала им в начале XX века Надежда Ивановна Колюбакина — молодая женщина из бедных дворян Саратовской губернии, сама перенесшая в отрочестве и юности много тяжелых испытаний. К счастью, ей повезло: в Благотворительном тюремном комитете она познакомилась с Иваном Павловичем Ювачевым, религиозным писателем, ветераном «Народной воли», бывшим политкаторжанином. В 1903 году она вышла за него замуж, а 30 декабря 1905 года в служебной квартире в убежище родился их сын Даниил. Мир знает его как Даниила Хармса.
(2)На улице Бассейной
На что обратить внимание за щучьей котлетой с бермонте и, конечно, грибами в локаворском Animals? На здание ресторана — ведь это дом Бассейного товарищества (первый ЖК!), где жили обэриуты Игорь Бахтерев и Дойвбер Левин (место притяжения городских обэриутоведов!)
Двигаемся в сторону центра. Один из вариантов маршрута пройдет по улице Некрасова, бывшей Бассейной — той самой, где жил маршаковский человек рассеянный. Между прочим, тут находится и Некрасовский (Мальцевский) рынок, где «одному слепому подарили вязаную шаль». А знаменитый дом Бассейного товарищества (ныне улица Некрасова, 58–60) — один из первых петербургских кооперативных домов, построенный в 1912–1914 годах архитекторами Виррихом и Зазерским. Наряду со многими заметными людьми (например, политиком Павлом Милюковым или издателем Зиновием Гржебиным) здесь жила семья Бахтеревых. Владимир Иванович — инженер, жена его, Анна Ивановна, — одна из первых в России женщин-юристов. А сын их, Игорь Бахтерев, стал активным обэриутом. Он был моложе всех в группе — и дольше всех прожил (умер в 1996 году). Одно время у Игоря обитал и его друг, тоже обэриут, Дойвбер (по паспорту Борис Михайлович) Левин. Квартира Бахтеревых в 1920-е годы, как многие старые ленинградские квартиры, стала коммунальной. Среди соседей был чекист по фамилии Божечко, который познакомил Бахтерева со своим сослуживцем Евгением Евгеньевичем Сно, выходцем из литературной семьи (его отца, мелкого литератора Евгения Эдуардовича Сно, хорошо знал Хармс). Судя по всему, семейство Сно имело прямое или косвенное отношение и к аресту Хармса, Введенского и Бахтерева в декабре 1931 года, и к аресту Хармса в августе 1941-го. Сам Евгений Евгеньевич Сно, «маленький подслеповатый человек с лицом возмущенного орангутанга», тоже, впрочем, сгинул в 1938 году.
(3)Писательская надстройка
Почему, выйдя из корпуса Бенуа, преисполненные Куинджи, мы должны посмотреть строго напротив — на канале Грибоедова стоит писательский небоскреб, и это домовое гнездо обэриутов!