Дизайн человека
POV: вот главные дизайн-бюро в Петербурге прямо сейчас. Сияют так, что в фэшн-бутики и рестораны теперь ходят «на интерьеры», а заказчики — фаундер Ushatava Нино Шаматава, коллекционер Сергей Лимонов, основатель проекта Masters Полина Бондарева, ресторатор Дмитрий Блинов — становятся друзьями.
Рил: а вот их главные премьеры — воссозданный по архивным фотографиям курзал в Сестрорецке, апартаменты в модном Hideout Residence, московский флагман IRNBY на Кузнецком Мосту с вайбом библиотеки, бутик-отель Almaz на Петровском острове с музейным фондом дизайн-объектов и сенсационный пятизвездочный House of Faith в историческом здании 1889 года — отель и штаб-квартира совриск-фонда Limonov Art Foundation.
Юнона Незванкина
Бохо-интерьеры с актуальным совриском от Юноны Незванкиной — это кутюр, а не прет-а-порте: в два супермодных бутика IRNBY в Петербурге и Москве и в магазины-инсталляции Predubezhdai (да, у Юноны с фитнес-дивой Анастасией Мироновой дизайн-броманс!) ходят как в музей.
ДНК вашего стиля?
Для меня дизайн должен быть не чистым и вылизанным, а приближенным к жизни, насколько это возможно. Он должен вбирать все изменения и естественный рост человека.
Мегатренды в дизайне?
Простота. Это не означает оставить стены голыми и кинуть матрас: это значит, что ты, не обманывая себя, создаешь пространство вне времени. Суперсконцентрированный подход: без лишнего, без суеты, четко, по факту и быстро. Сейчас много однотонных, светло-панельных, лаковых дизайнов — это стало модно. Застройщики делают квартиры уже с качественной отделкой white boх, чтобы человек мог сразу заселиться, не теряя времени на стройку. Отчасти теряется моя необходимость как специалиста, но я это одобряю, потому что время ценно. Если работаете с дизайнером, закладывайте минимум два года от начала проектирования до завершения строительства.
Над чем работаете прямо сейчас?
Делаем новый проект в петербургском пространстве Hideout Residence с девелопером Александром Бережненко и фитнес-гуру Анастасией Мироновой — большой и очень красивый спортивный зал.
Ваши самые интересные новые проекты?
Флагманский магазин IRNBY на Кузнецком Мосту в Москве: отправной точкой визуала стали старые библиотеки, ирландские пабы и гимназические раздевалки. Мне было интересно исследовать, как дерево — главный материал этих помещений — меняется со временем. Я использовала необработанную латунь, чтобы она естественно старилась от прикосновений, а всю мебель делала на заказ. Например, консоль стала оммажем мебели Поля Дюпре-Лафона, который в 1930‑х создавал объекты дизайна на стыке фунционализма и ар-деко. А еще я добавила в интерьер арт-объект моего авторства — «Сердце», вдохновленное сюрреалистическими работами Сальвадора Дали. В московском магазине Predubezhdai тоже есть мой арт-объект — «Ухо».
Дайте совет: в каких современных художников инвестировать?
Всегда полезно проконсультироваться с участниками арт-рынка, приглядеться к лучшим галереям — Алины Пинской, Марины Гисич, Анны Новы и Джессики. Я, например, очень благодарна советнику по искусству Николаю Короткову, который меня в совриск погрузил и провел. Мне нравятся петербургские авторы Константин фон Рибен, Петр Швецов, анонимный художник Грехт, участник арт-группы «Север‑7» Петр Дьяков, а еще живопись Вики Бегальской и Александра Вилкина.
Как дизайнеру совмещать творчество и бизнес?
Слушать заказчика, но не поддаваться на его сомнения и импульсивные желания. Моя задача как дизайнера — мягко отстоять профессиональную точку зрения не потому, что я так хочу, а потому, что так будет лучше для результата. Опорами для меня служат насмотренность, повышенная чувствительность, гибкость мышления и критерий уместности. Мой ключевой урок 2025 года — подключать сильную юридическую поддержку не на уровне бумажек, а реально: грамотно договариваться на старте проекта, знать свои права и обезопасить себя от рисков.
Детали, которые могут «сделать» интерьер?
Акцентом может стать что угодно. Для декорирования я люблю использовать ткани, за ними часто обращаюсь в Volokno Design Gallery, мои фавориты — итальянцы Dedar или французы Pierre Frey.
Studio APAA
Рестораны Closer, «Перемена» by Duo Band и «Библиотека» в Переделкино — в эти проекты не в последнюю, а то и в первую очередь ходят «на интерьер» от сооснователей архитектурного бюро APAA Алексея Пенюка и Анастасии Артемьевой. Вот список их ближайших премьер: Сестрорецкий курзал (восстановленное по архивным фотографиям здание 1900 года!), бутик-отель Almaz на Петровской косе (барельефы — ин!), грандиозный отель House of Faith с хайлайтами российского совриска из коллекции Сергея Лимонова.
Новые и знаковые проекты студии APAA в Петербурге?
Ресторан Closer на Таврической получился честный внутри и снаружи: он лишен декоративной обертки и наполнен культовыми предметами мебели от Карло Скарпа, Эйлин Грей и Антонио Читтерио. Самый редкий предмет — напольный светильник: про эту кинетическую скульптуру Valmassoi & Conti мы чаще всего отвечаем в директ на вопрос, что это и где такое взять.
Ресторан «Перемена» — восьмой проект Дмитрия Блинова в Петербурге. Думая о русской кухне, мы представляли дореволюционную трапезную: осевая планировка, деревянные буфеты, паркет, столы со скатертями и стулья Ton, созданные Отто Вагнером.
Совсем скоро откроется «Невский, 1» — проект московского ресторатора Александра Оганезова в бывшем здании Первого частного коммерческого банка. В роскошном атриуме — итальянский ресторан и винтовая лестница, которая ведет в сигарный клуб с видом на Зимний дворец, а еще огромное количество охранных обязательств и работа с КГИОП: многие элементы мы восстанавливали по архивным фотографиям. Проект уникальный по своему наполнению: винтажные кресла Joe Colombo и Carlo Scarpa, культовые барные столики Willy Rizzo, свет Viabizzuno. И сложнейшая отделка стен и потолков — великолепная работа мастерской Derevo Group.
Над чем работаете прямо сейчас?
Пока строили Closer, узнали, что в этом же доме продается мансарда с большой террасой в сторону Таврического сада. Ее никто не хотел брать: мансарда — это всегда проблемы, но мы знали, как их решить. Так что занимаемся стройкой и воодушевлены: это наша первая квартира. Любим мидсенчер и квартиру делаем, ссылаясь на бразильский модернизм.
В конце 2026‑го на Петровском острове откроется гостиница Almaz — бывшее здание судостроительного завода 1973 года реконструировано под пятизвездочный бутик-отель на 22 номера. Таких в России нет. Подход фаундеров Олега Ивонинского и Никиты Ван Леувена к проектированию сделает этот проект культовым. Из фотографий предметов коллекционного дизайна в этом отеле можно сделать целую книгу.
А в 2027-м ждите запуск House of Faith: пятизвездочный отель (146 номеров), ресторан, камерный бар, выставочное пространство Limonov Art Foundation коллекционера Сергея Лимонова, велнес, а еще наша студия и галерея винтажа. Мы давно мечтали построить отель, так что когда наши друзья Вера Баженова и Мераби Тодуа предложили вместе выкупить здание на аукционе, долго не думали. House of Faith находится в здании 1889 года: Александр III учредил там благотворительное заведение для вдов и сирот придворного духовенства. Так что по сути мы продолжаем идею гостеприимства и заботы. С точки зрения дизайна этому зданию очень подходит бельгийская эстетика, а мы те еще бельгийцы.
Tol'ko Interiors
Адепт овала, ленинградского авангарда и мастер тихой выразительности, сооснователь Tol'ko Interiors Николай Колосков умеет выбрать для своих интерьеров лучший каст предметов коллекционного дизайна (Пруве! Ле Корбюзье! Сааринен!). Даже свою студию в бывшем флигеле АТС на Петроградской стороне он превратил в галерею с винтажными имзами и соттсассом.
ДНК стиля Tol'ko Interiors?
Тихая выразительность: сложные нейтральные палитры, сочетание фактур, искусство или предметный дизайн как композиционный центр пространства. Интерьер не должен быть перегружен. Важно, чтобы он был цельным, а не набором декоративных решений. Один из заказчиков очень точно заметил, что в нашей работе чувствуется «дисциплина пространства».
Супертренды дизайна прямо сейчас?
После периода очень визуально насыщенных проектов появляется запрос на более спокойную эстетику — тактильный минимализм. Интерьер становится более чувственным, его хочется ощущать.
Самые интересные объекты Tol'ko Interiors в Петербурге?
Загородный дом в поселке Osko-Village: каждый объект в этом интерьере — икона дизайна. Мы кастомизировали классику: кресла LC Ле Корбюзье обтянули голубым текстилем, а стулья Tulip Ээро Сааринена — красно-оранжевыми пикселями ткани Kvadrat. Предполагалось, что это будет «бежевый» интерьер, но в процессе разработки проекта возник цвет, и это изменило всю концепцию. В панорамной квартире на Леонтьевском мысе мы учли виды, свет и пластику пространства. Сам дом напоминает корабль, поэтому мы решили это подчеркнуть металлическим стеллажом дизайна Дитера Рамса и дубовыми маятниковыми дверьми с круглыми стеклами-иллюминаторами, чем‑то напоминающими работы бруталиста Жана Пруве. И конечно, наша студия-галерея Tol'ko на Петроградской стороне в здании старого флигеля АТС, где я собрал коллекцию винтажных культовых предметов: 6‑метровый диван De Sede DS‑600, диван Maralunga по дизайну Вико Маджистретти для фабрики Cassina, торшер Этторе Соттсасса для Artemide, 13 массивных кресел Vitra Lobby Chair по дизайну Имзов.