Из «ударника» в космос

Шалва Бреус откровенно рассказал «Снобу» о жизни, искусстве и политике

СНОБКультура

Персона

Шалва Бреус

Из «ударника» в космос

Одна из самых влиятельных фигур российского арт-сообщества, основатель Премии Кандинского и владелец крупнейшей коллекции современного искусства Шалва Бреус откровенно рассказал «Снобу» о жизни, искусстве и политике.

Текст ~ Сергей Николаевич
Фотографии ~ Борис Захаров

Есть лица, которые, увидев раз, не забудешь никогда. более того, их хочется увидеть снова. Такое лицо у Шалвы Бреуса. Имя тоже запоминается с ходу, и даже не потребуется визитной карточки. Кстати, Шалва никогда ее мне не давал. Большим начальникам не полагается расшвыриваться ими направо и налево. Для этого существуют секретари, референты, помощники. Поддерживать контакты с прессой – их священная обязанность. Они свяжутся с вами, если возникнет необходимость. У Бреуса работает секретарь Настя, которая имеет привычку говорить о своем боссе в первом лице множественного числа: «мы опоздаем на полчаса» или «у нас сегодня совет директоров, и нам придется отменить фотосъемку». Имеется в виду, что опоздает и отменяет, разумеется, Бреус, но звучит это каждый раз так, будто речь идет об особе императорского дома.

У меня не было времени и возможности углубиться в его родословную, но в Грузии, откуда он родом, любят щеголять княжескими титулами и высокородным происхождением. Породу не скрыть. Не удивлюсь, если узнаю, что род Бреуса восходит к надменным грустноглазым горцам, скупым на слова, но щедрым на дружбу и красивые жесты. Про Шалву известно давно, что главная страсть его жизни – это изобразительное искусство. Задолго до того, как новые русские стали скупать оптом и в розницу разный соц-арт и московских концептуалистов, все главные отечественные художники 1960–1990-х годов уже наличествовали в его коллекции. Причем все как на подбор, только эталонного качества. Он не просто вкладывал в них деньги по подсказке штатных кураторов в расчете на будущие барыши, а системно и последовательно выстраивал новую художественную институцию, которую сегодня невозможно игнорировать ни искусствоведам, ни музейщикам, ни рядовым любителям прекрасного.

Коллекция Бреуса – это настоящий музей, спрятанный до поры до времени в запасники и хранилища. Никто целиком ее не видел, но все о ней знают. «Летучий Голландец», возникающий на горизонте всякий раз, как только звучат имена Гриши Брускина, или Эрика Булатова и Михаила Рогинского, или Комара с Меламидом. Перечислять можно долго. на мой вопрос, сколько у него картин, Шалва, поиграв желваками, нехотя назвал цифру «семьсот». и еще примерно столько же работ молодых художников круга Премии Кандинского.

– А графику собираете? – поинтересовался я.

– Нет, графику не собираю, – отрезал он.

Он вообще не любит вдаваться в малозначимые детали. Его подход к искусству – не мелочиться, не размениваться на второстепенное, а сразу брать большим куском все лучшее и самое важное. А дальше он выстраивает свой, только ему до конца понятный сюжет. Он и коллекцию свою показывает так, словно медленно разворачивает у нас перед глазами полотно своей жизни. Там много было всего разного: и профессиональное занятие спортом, и научная работа, и бизнес, и политика, и дружба с великими, и трое детей, и первая в российском арт-мире Премия имени Кандинского, которую в декабре 2016 года вручили уже в десятый раз. Специально для нас с арт-директором «Сноба» Борисом Захаровым Шалва разместил в бывшем фойе кинотеатра «Ударник» мини-экспозицию. У него с каждой из этих картин свои отношения. Тут и гордость собственника, и острый, придирчивый взгляд знатока, и какие-то почти чувственные переживания.

Временная выставка из полотен Эрика Булатова, Комара и Меламида, Рогинского и других художников в фойе бывшего кинотеатра «Ударник».

Мы стоим перед знаменитой картиной Эрика Булатова «наше время пришло». будничная толпа 1980-х годов торопливо стекает в подземный переход станции метро «Павелецкая». Очень подробная, основательная, реалистическая живопись, но, как всегда у Булатова, суровый реализм вдруг оборачивается трагической метафизикой: люди бодро спускаются в подземелье, во тьму, а кто-то выбирается по ступеням наверх, к свету и солнцу. Чье время пришло? тех, кто торопится вниз, или тех, кто идет наверх?

– А я знаю, почему он выбрал переход на «Павелецкой», – говорю я Шалве. – в двух шагах от него располагается театральный музей им. Бахрушина, где работала Наташа Годзина, его жена. мы вместе с ней там служили. Эрик часто заходил к нам в музей. И перехода этого ему было не миновать. От Булатова плавно переходим к раннему полотну Гриши Брускина «Памятники». На фоне лунного пейзажа белые фигуры. Одной ногой они стоят на своих пьедесталах, а другой – упираются в пустоту. Гипнотическое ощущение ирреальности, какой-то бесстрастной надмирности не покидает, пока глядишь на картину.

– Очень про нашу жизнь, – говорит Шалва.

Идем дальше. Эпохальный диптих «фундаментальный лексикон» все того же Гриши Брускина, вошедший в учебники и монографии по новейшему искусству ХХ века. кстати, часть этого монументального труда была в свое время куплена на аукционе Sotheby’s Милошем Форманом, знаменитым голливудским режиссером чешского происхождения, автором фильма «Пролетая над гнездом кукушки». Весь диптих поделен на клеточки, в каждой из которых стоит по белому гипсовому монументу как бы в память об исчезнувшей советской Атлантиде. Невольно какие-то образы всплывают из детства. например, женская фигура с цветным телевизором «Рубин», или пионер, трубящий в горн, или космонавт с советским гербом на палочке, или портрет маленького Ленина в кудряшках. Перед нами самый подробный советский иконостас, который можно разглядывать бесконечно. Но уверен, что уже очень скоро он потребует подробных комментариев. Иначе никто ничего не поймет. Что это за предметы? Кто эти люди? Что означает лозунг «свободу узникам империализма»? Все надо объяснять.

«Фундаментальный лексикон» Гриши Брускина – одна из ключевых работ в собрании Шалвы Бреуса.

Шалва это знает, поэтому начал готовиться заранее, создав собственное издательство Breus Publishing, специализирующееся на академическом искусствоведении. Уже вышло несколько прекрасно изданных томов, пополнивших полки книжных магазинов Tate Modern, Guggenheim Museum, «Гаража» и Эрмитажа. Это часть большого и сложного проекта, задуманного им в рамках деятельности музея современного искусства.

Парадоксально, что коллекция есть, книги регулярно выходят, Премия Кандинского ежегодно присуждается, а музея по-прежнему нет. Как так? Почему? Что происходит с помещением «ударника»? На мой вопрос Шалва отвечает коротко: «ничего». Известно, что был международный конкурс, в котором участвовали звезды мировой архитектуры. Его выиграло бельгийское архитектурное бюро Robbrecht en Daem. В финал также прошли проекты мировых звезд архитектуры Араты Исодзаки из Японии и Стефана Браунфельса из Германии, того самого, который проектировал здание Пинакотеки в Мюнхене. Все готово для того, чтобы приступать к строительству. за одним маленьким обстоятельством: «ударник» отдан в Аренду Бреусу всего на несколько лет.

– Мы приняли решение, что если до осени с городом не договоримся, то будем отсюда съезжать. тянуть больше нет смысла.

Обычная история. Начальство на словах «за», прогрессивная общественность ждет и жаждет, а ничего не происходит. Бессмысленно делать огромные вложения в реконструкцию «ударника», размещать коллекцию и содержать музей, не являясь собственником здания.

Какое-то время мы молча разглядываем полотна. Впрочем, пауза длится недолго.

– Нет, вы посмотрите на «рубашку» Рогинского, – властно требует Шалва. – видите, она здесь в раме. Она раньше висела у меня дома на стене. Но рядом с ней невозможно находиться никому и ничему. Она все рядом с собой убивает. Хочется смотреть только на нее. И этот красный цвет. совершенно убийственный! Чувствуете, да?

Под его напором трудно что-либо почувствовать, кроме легкого онемения, как при наркозе. Но «рубашка», издалека похожая на схему разделочной туши в мясном отделе советского гастронома, и впрямь бьет по глазам наотмашь. Так что волей-неволей все время к ней возвращаешься.

Мне интересно, с чего началось его увлечение искусством. Ведь, как известно, коллекционерами не рождаются, ими становятся.

– Интерес возник очень рано. Финансовые возможности у нашей семьи были весьма скромные. Я жил «в глухой провинции у моря», в Батуми. Это был еще Советский Союз. Дома имелась только одна книжка – «Пятьдесят западноевропейских художников» с черно-белыми картинками. я и сейчас могу с ходу назвать каждого из них. Вначале мама читала ее мне, потом я сам стал ее изучать. Именно тогда я узнал, что Джотто открыл перспективу, а среди немцев самым великим был Дюрер, ну и так далее. для меня это был другой мир. Ну а потом я серьезно занялся спортом…

Каким видом?

Водным поло. Начал выезжать за границу в очень юном возрасте. Там я, конечно, покупал книги по искусству.

Легко представить себе жизнь юных спортсменов за границей: это же бесконечные тренировки, соревнования. Сходить куда-то в музей, пойти на выставку – целое событие?

В музей – нет, на выставку – нет, таких возможностей не было. Конечно, были экскурсии. Например, в Риме мы видели основные достопримечательности – нас провозили по ним, – но на музеи ни времени, ни энергии уже не оставалось.

А сколько вам было лет?

Я начал выезжать со сборной в семнадцать лет. Для советского союза это была большая редкость. Представляете, что это такое – увидеть мир в этом возрасте! Я весь Рим исходил пешком. Тогда же состоялись первые встречи с кино. Однажды я опоздал на финальный матч международного турнира и купил билет на ближайший сеанс в соседнем кинотеатре, чтобы просто убить время. А потом вдруг понял, что не могу уйти, хотя меня уже наверняка ждут, ищут. Это был фильм «Пролетая над гнездом кукушки». Если бы мне кто-нибудь сказал, что спустя годы я познакомлюсь с его режиссером Милошем Форманом, никогда бы не поверил.

Спортивная карьера в какой-то момент закончилась. Что было после?

Еще активно занимаясь спортом, я поступил на экономический факультет МГУ. Отделение экономики зарубежных стран. Потом была аспирантура института востоковедения академии наук. Мне посоветовали обратить внимание на перспективную тему отношений США и стран Азии. Мой научный руководитель академик Алексей Арбатов работал в Институте мировой экономики и международных отношений, а сам я трудился в институте востоковедения. Специализация – американская внешняя политика, в том числе в Азии. Я успел защитить кандидатскую диссертацию и даже какое-то время поработать в том же институте, когда рухнул Советский Союз. Тогда я занялся переводами Набокова. Ушел, можно сказать, во внутреннюю эмиграцию. «Лихие девяностые» я просидел на даче наших друзей. Она принадлежала Евгению Максимовичу Примакову. Он хорошо знал меня и мою семью.

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Мета места Мета места

В этом году БДТ отмечает столетие, однако история здания началась гораздо раньше

СНОБ, март'19
Культура Культура

Самые интересные культурные события на этой неделе

Эксперт, сентябрь'19
#свадьбасостоялась #свадьбасостоялась

Праздник Резо Гигинеишвили и Надежды Оболенцевой в ресторане Buro TSUM

Tatler, октябрь'19
5 китайских секретов долголетия 5 китайских секретов долголетия

Китай на первом месте по численности населения. Не только из-за высокой рождаемости, как принято считать, но и из-за высокой продолжительности жизни. Специалист по традиционной китайской медицине профессор Ли Цзюньи раскрывает основные национальные принципы сохранения молодости и здоровья.

Psychologies, июль'17
Говорит и показывает кинокомпания Netflix Говорит и показывает кинокомпания Netflix

Телевидения и развлечений для гостиной компании Netflix уже недостаточно

CHIP, август'17
Везти себя прилично Везти себя прилично

В чем мужчине следует ехать в отпуск

GQ, август'17
Елизавета Арзамасова Елизавета Арзамасова

Актриса, которую мы любим не только за «Папиных дочек»

Домашний Очаг, август'17
История любви История любви

Интервью с американской певицей Александрой Сэвиор накануне ее концерта в Москве

Vogue, июль'17
Алена Владимирская: «Не надо тащить детей в уходящий мир!» Алена Владимирская: «Не надо тащить детей в уходящий мир!»

Куда пойти учиться – вопрос, который возникает чаще у родителей, чем у детей. Особенно, в последнее время. Современные дети выросли в достатке: ценность денег у них девальвирована. Поэтому и работать надо начинать раньше. Где найти работу, почему родителям не надо давить на детей, и как помочь им определиться с делом жизни, мы поговорили с основателем HR-сервиса «Антирабство» Аленой Владимирской.

Psychologies, июнь'17
Никогда не поздно Никогда не поздно

Новые отношения после 40

Домашний Очаг, июль'17
Мокбастеры. Как подделывают кино Мокбастеры. Как подделывают кино

«Трансморферы», «День независимых», «Эра хоббитов» и «Терминаторы»

Мир Фантастики, июль'17
Кузнецова своего счастья Кузнецова своего счастья

Знаменитая теннисистка — о конкуренции вне корта, допинг-контроле и мопеде

Русский репортер, июнь'17
Тиндер умер, да здравствует тиндер! Тиндер умер, да здравствует тиндер!

Пора признать: тиндер нас обманул

GQ, июль'17
Другой Кушнер Другой Кушнер

Брат Джареда Кушнера управляет фондом на миллиард долларов в эпоху Трампа

Forbes, июль'17
Кража с обломом Кража с обломом

Самые нелепые и смехотворные преступления последних лет

Maxim, июль'17
Иностранцы будут тянуть билет Иностранцы будут тянуть билет

Иностранцы без ВУ российского образца приравниваются к бесправным водителям

АвтоМир, июнь'17
«Говорить с детьми о войне можно и нужно уже с четырех лет» «Говорить с детьми о войне можно и нужно уже с четырех лет»

Сегодня, 22 июня, наша страна отмечает День памяти и скорби. В 1941 году в этот день началась Великая Отечественная война. Об этом еще помним мы, но для детей это всего лишь дата в учебнике. Нужно ли новому поколению напоминать о страшных страницах истории? Нужно, говорит детский психолог Юлия Кононова. Ведь смысл Дня скорби в том, чтобы история не повторилась, чтобы не было войны.

Psychologies, июнь'17
Ford Mondeo Ford Mondeo

Mondeo – автомобиль вполне перспективный даже в обилии различных его модификаций

АвтоМир, июнь'17
Как летал Леонов Как летал Леонов

Фильм «Время первых» и реальная история

Мир Фантастики, июль'17
Исихазм и Солярис Исихазм и Солярис

Почему фантастика — обычное дело. Если ты как ребенок

Русский репортер, июнь'17
Рожденные революцией Рожденные революцией

Суррогатное материнство выходит из тени

Tatler, июль'17
Coverstory: Сергей Шнуров Coverstory: Сергей Шнуров

Интервью с Сергеем Шнуровым

SNC, июль'17
Йога с партнером: 10 асан, чтобы наладить отношения и пробудить чувства Йога с партнером: 10 асан, чтобы наладить отношения и пробудить чувства

Контактная йога – одно из современных направлений древней практики. Она включает в себя элементы хатха-йоги, акробатики и тайского массажа. Инструктор Лилия Карцева о том, как контактная йога помогает настроиться друг на друга и внести в отношения свежесть и творчество.

Psychologies, июнь'17
Ад в небесах Ад в небесах

Ответы на самые волнующие вопросы о том, как устроено Солнце

GEO, июль'17
Число Пи-Ви Число Пи-Ви

Пи-Ви Герман не требует, чтобы его все любили, но разве может быть иначе?

The Rake, июнь'17
Следите за руками Следите за руками

Николь Кидман и ее способы выглядеть супер-секси в пятьдесят

Tatler, июль'17
Как обрести гармонию: 6 японских ритуалов Как обрести гармонию: 6 японских ритуалов

Хотите очистить разум, снизить уровень стресса и обрести состояние покоя? Присмотритесь к традиционным ритуалам японской культуры, которая превыше всего ставит внутреннюю гармонию.

Psychologies, июнь'17
Надежная крепость Надежная крепость

Насколько уязвима техника для систем умного дома и как ее защитить?

CHIP, июль'17
В погоне за миллиардом В погоне за миллиардом

Седьмой конкурс стартапов

Forbes, июль'17
Все будет ошибись Все будет ошибись

Шесть судьбоносных ошибок — именно столько нужно совершить,чтобы обрести счастье

GQ, июль'17