Очеловечивание расчеловеченных

Корреспондент «РР» отправилась в Екатеринбург, чтобы во врагах увидеть людей

Русский репортерОбщество

Очеловечивание расчеловеченных

Корреспондент «РР» отправилась в Екатеринбург, чтобы во врагах увидеть людей

Текст: Марина Ахмедова

Две недели подряд главные новости страны приходили не из первой, а из третьей столицы. В Екатеринбурге вспыхнуло противостояние вокруг строительства собора Святой Екатерины. Протестующие утверждают, что таким образом они защищают «любимый сквер». Сторонники храма возражают, что протест похож на гонения, поскольку за девять лет активисты блокируют уже третий проект строительства. Событие очень быстро получило политическое звучание, а видеоролики из Екатеринбурга многим напомнили картинки с киевского майдана. После вмешательства президента конфликт перешел в тлеющую фазу, готовится опрос жителей города, чтобы выбрать под храм новую площадку. Но в любой момент противостояние может разгореться с новой силой. Корреспондент «РР» отправилась в столицу Урала, чтобы выполнить элементарную журналистскую работу, которую пока почему-то никто не сделал, — просто внимательно выслушать и тех и других.

Мэрия. После драки

Максим Миняйло, настоятель Храма на Крови, большой, добродушный, но вечно печальный человек — чем-то похож на медведя Балу из советского мультфильма про Маугли. Сейчас он заперт журналистами в углу зала городской администрации.

— Если мы поймем, что может пролиться кровь, тогда вообще все надо отменять, — говорит отец Максим журналистам.

Через десять минут начнется встреча мэра со сторонниками строительства храма Святой Екатерины. Все места за длинным столом уже заняты, на стульях вдоль стен сидят вплотную люди в галстуках и без. Микрофоны телеканалов и интернет-порталов нацелены на бордовую спинку стула — там должен сесть градоначальник. Общий гул голосов временами выбрасывает отчетливые слова: «Что будет дальше?», «Это ведь уже в третий раз…», «Только законными методами…»

Входит мэр Александр Высокинский.

Мэр Александр Высокинский

— Давайте наметим вопросы для обсуждения выбора площадки под строительство храма, — начинает он.

— А как же решение губернатора вчерашнее по поводу исключения сквера из перечня площадок для строительства?! — вскрикивает худой зрелый мужчина в костюме.

22-го мая губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев сообщил, что власти отказались от идеи строительства храма Святой Екатерины в сквере после того, как ВЦИОМ провел очередной опрос. На этот раз 74% горожан, участвовавших в опросе, посчитали, что место для храма выбрано неудачно. Мужчина, завладевший сейчас вниманием, стоит в толпе журналистов. Его худая спина мелко подрагивает, словно ему под пиджак пускают разряды электричества.

— Вопрос храма на сквере закрыт раз и навсегда! — выкрикивает он. — Зачем к этому возвращаться?

— Не закрыт! — кричат из-за стола.

— Закрыт!

— А мы не согласны!

— А вы кого представляете? — спрашивает мэр, с самого начала встречи попытавшийся взять тон непоколебимой беспристрастности.

— Сторонников сквера.

— В субботу мы встречались со сторонниками сквера и дали им высказаться, — говорит мэр. — Сегодня мы встречаемся со сторонниками храма.

— Нечего обсуждать то, что закрыто раз и навсегда!

— мужчина покидает зал.

— Скажите, пожалуйста, — из-за стола раздается мужской голос, исполненный глубокой обиды, — как вы считаете, какова роль храма в духовном состоянии города?

— Основная, — это слово мэр бросает как бы мимоходом, словно не хочет, чтобы оно выделилось и привлекло внимание, но в то же время какой-то железной ноткой в голосе дает понять: это вопрос его собственной религиозной стойкости, и он тоже закрыт. — Давайте двигаться дальше. На сайте городской администрации мы дали возможность всем желающим внести свои идеи, заявок уже поступило шесть тысяч. В течение 10 дней мы их рассмотрим, отберем площадки в центре города в шорт-лист, обсудим их с градостроителями. Далее. Мы сделаем три точки в каждом районе города для проведения опроса, обеспечим их видеонаблюдением. Почему опрос, а не референдум? Референдум — это процедура, которая длится от полугода до восьми месяцев. Референдум — это 120 миллионов из городского бюджета. Референдум — это участие 50 процентов жителей города, не менее. А у нас с вами в прошедших выборах Городской думы участвовало всего 30 процентов горожан. Если мы не обеспечим явку, референдум может быть признан несостоявшимся. У меня цель — как можно быстрее достигнуть консенсуса с горожанами. Сегодня стоит вопрос доверия городского сообщества даже не к власти, а друг к другу.

— С какого возраста люди могут участвовать в опросе?! — спрашивают из зала.

— Обладающий избирательным правом, — отвечает мэр. Раздаются бурные аплодисменты.

— Рано им еще… — говорит добродушный голос из-за стола, видимо намекая на многочисленных несовершеннолетних, принимавших участие в протесте.

— Мы не обсудили главного, — встает интеллигентного образа мужчина. — Законная площадка в сквере будет включена в шорт-лист или нет? Если нет, то мы создаем серьезный прецедент — когда люди проходят законным путем все согласования, а меньшинство нам практически навязывает свою точку зрения.

— Браво! — звучит зал. — Чему нас научили наши оппоненты, так это тому, что на закон они смотрят, мягко говоря, по-своему.

— Мы должны их по-христиански простить!

— Мы 10 лет так и поступали!

— «Русская Медная Компания», — представляется мужчина делового вида. — В 2016-м году было выбрано место на пруду, утвержден эскизный проект. А в конце 17-го года нам сказали: «Есть недовольство населения, мы рекомендуем отказаться от этой идеи. Вам предоставляется площадка возле Театра драмы». Ну хорошо, мы разработали очередную дорожную карту по подготовке строительства. Городская администрация снова все одобрила. У нас теперь есть все необходимые разрешения. В общественных слушаниях приняли участие больше людей, чем в опросе ВЦИОМ. Большинство проголосовало за храм. Фонд Святой Екатерины принял на себя обязательства по благоустройству набережной, примерная смета превышает миллиард рублей. Нам казалось, что мы со своей стороны сделали все и город получит хороший подарок. И вот теперь у нас снова идет дискуссия о том, участвует эта площадка в опросе или нет. А каковы дальнейшие гарантии? Ну хорошо, мы проведем опрос. А дальше что?

— Ну… Вы все правильно говорите, — отвечает мэр.

— С точки зрения гарантий моя позиция следующая: мы проведем опрос, и дальше место меняться не должно. Я понимаю, что теперь миллиард на набережную нужно искать из бюджета, — в его голосе слышится отчетливая грусть.

— А я хочу сказать от лица православной молодежи, — поднимается другой молодой человек. — Мы не против того, чтобы выбирать новые площадки. Но мы не должны постоянно смиряться с незаконными действиями организаторов протеста. Один проект был отвергнут в 2010 году, тогда мы хотели восстановить на прежнем месте в прежнем виде. Хорошо, мы смирились. Представили второй — храм на воде. Очень красивый. И этот проект активисты тоже отвергли. Теперь они блокируют третий, — студент рассказывает собравшимся то, что им и без него хорошо известно, но в его голосе звучит такое молодое возмущение, и это возмущение вступает в такой контраст с насильно-смиренными голосами собравшихся, что зал разражается бурными аплодисментами. — Мы не хотим воевать, мы — честные граждане, но хотим, чтобы и наши права соблюдались!

— Давайте я тогда озвучу свою позицию… — говорит мэр, когда очередные аплодисменты стихают. Мэр держит и мнет, как разгоряченный металл, паузу. — Я… на сегодня… не готов… вычеркивать сквер… из шорт-листа для голосования!

Зал с ослепительно-белой лепниной и кровавобордовыми занавесками выдает самые продолжительные за все время встречи аплодисменты.

— Тарантуев Александр, православный человек, предприниматель, — на площадку рядом с мэром вырывается худощавый мужчина. — Господа и дамы, все, кто здесь находятся, — возбужденно тараторит он, — хочу задать вам простой вопрос. Почему рухнула Российская империя? — мужчина прислушивается к веселому гулу, который вызвал его вопрос. — Совпало! — вдруг выпаливает он. — Вы понимаете, просто совпало! Внешний враг, внутренний — совпало! И сегодня на драме то же самое — совпало! Люди не против храма. Я там ходил, разговаривал. Там большинство — православные! Но совпало — силы, которые против России, и богоборцы, они всегда будут собираться вместе и всегда будут против нас совпадать!

— Мы возмущены работой СМИ и ложью в СМИ! — кричат из зала.

— Я — не СМИ, — парирует мэр. — Великую страну разрушили ради того, чтобы мы не могли влиять на СМИ. Но мы готовим иски к распространителям ложной информации.

— Совпало, совпало, просто совпало… — приговаривает возбужденный бизнесмен за моей спиной.

Парламентеры. Интересное предложение

В темной, прохладной переговорной офиса «Русской Медной Компании» — два разгоряченных молодых человека из числа сторонников сквера. Они пришли, чтобы предложить Игорю Алтушкину профинансировать какой-то их проект, сейчас расскажут, какой именно. Один — блондин, другой — брюнет. Брюнет постоянно подносит руку к модной квадратной оправе своих очков, придающих его тонкому продолговатому лицу больше весомости. Перед ними — ноутбук. За их спинами — экран, на который выведена заставка — вид Екатеринбурга сверху. За тем же столом сидит Игорь Алтушкин — один из меценатов, вкладывающих деньги в строительство собора Святой Екатерины. Рядом с ним — его жена Татьяна. И хотя они сидят с гостями за одним круглым столом, их разделяет пространство всей комнаты.

Предприниматель и меценат Игорь Алтушкин

— Мы пришли предложить вам построить парки по нашему проекту. Но, кажется, сейчас мы просто не попали в ваше настроение, — говорит брюнет. — Мы тогда пойдем… — добавляет он с грустью в голосе, свидетельствующей о том, что уходить ему никак не хочется.

— Да нет, — отвечает Алтушкин. — Мне интересно с вами общаться. Мы работаем с молодежью и поддерживаем стартапы. Я же сам начинал с нуля. Ко мне много молодых обращается, и я помогаю, если вижу, что человек идейный, упертый, настойчивый. Вот вы меня сейчас поймали, когда я шел в свой кабинет, и я подумал — настойчивые ребята.

— А зря вы не даете интервью, — говорит молодой человек в очках.

— Почему зря? — спрашивает Алтушкин.

— Потому что вы — крутой, — говорят оба хором.

— Я абсолютно доступный человек. Хорошо, давайте я вам этот кейс, как сейчас принято говорить, по храму расскажу, как я его вижу, — продолжает Алтушкин.

— В нулевые годы многие священники обращались к нам с просьбой: «Вот мы переименовали город в Екатеринбург, а собор его покровительницы так и не восстановили». Мы тогда делом занимались, заводы строили, а церковь реально была поругана, храмы были разрушены. В 2009-м мы начали заниматься этим проектом. Наша попытка восстановить собор на историческом месте вызвала протесты, и город пошел на попятную. Прошло года четыре, все успокоилось. Появилась идея построить храм на пруду, чтобы никому не мешать. Но снова от оппонентов последовала реакция: «Вы изгадите весь пруд». А мы с Андреем (Андрей Козицын, владелец УГМК, сооснователь Фонда Святой Екатерины — «РР»), наоборот, собирались его привести в порядок. Поговорили с областью: «Давайте скинемся — 50 процентов — мы, 50 — вы, и хоть раз в 300 лет пруд очистим». И только мы договорились, как наши оппоненты побежали демонстративно чистить водоем сами, собирать там бутылки.

— Я сам тогда в этом участвовал! — с поспешной гордостью перебивает парень в очках.

— Вопросов нет, молодцы, — мягко отвечает Алтушкин. — А почему сейчас вы там не убираете? Почему сейчас вам пруд не нужен? Я вчера ходил, смотрел — там столько мусора. В общем, нам снова сказали: «Выбирайте любое другое место, а пруд не трогайте». Мы ответили: «Ну хорошо. Тогда предложите место». Епархия обратилась к городу, и так появилась идея со сквером. Я сам в нем с детьми всегда гулял, мне нравится, что молодежь там на великах, на роликах гоняет. Поэтому сразу сказал: надо это все учесть, чтобы и храм построить, и сквер сохранить.

— Мы всего этого не знали! — с чувством отзываются гости.

— Это — наша недоработка, — соглашается Алтушкин. — Мы не донесли информацию. Я за это себя очень критикую.

— Нет, я тебя перебью на секунду, — вступает Татьяна. — Меня уже заклевали со всех сторон: «Вы не донесли! Вы не донесли!» А какие у нас средства коммуникации? На всех городских порталах ролик с проектом храма вышел, любой мог увидеть. Но людям больше нравится находиться в своем информационном потоке и слушать красивые фейки, а не объективную информацию.

— Мы сегодня как раз и пришли с тем, чтобы снизить негатив по отношению к вам, — говорит брюнет. — Постройте эти два парка, и город вас полюбит.

— Вы — реально великие люди, — вторит блондин и, видимо, от избытка чувств прикладывает руки к груди. — Вы создаете крутейшие проекты. Вы… вы… Большая беда для города — что у вас теперь нет желания идти навстречу людям.

— Это такая потеря, — грустно подытоживает брюнет в очках.

— Люди нашего формата, которые выходили на протест, они хотели проявить таким образом любовь к городу! — продолжает блондин, поминутно прикладывая руки к груди, словно пытается удержать в нем и не дать выпорхнуть какому-то светлому, но очень легковесному чувству. — Они говорили: «Мы до конца еще сами не поняли, что тут происходит. Но нам кажется, что у нас эту территорию заберут». И наша логика была не негативная, а позитивная. Мы любим город! Да, мы поступили, может, некрасиво по отношению к вам… но мы этого не понимали, а вы этого не донесли. Сейчас мы к вам пришли, чтобы у вас закралось понимание — люди теперь настроены суперпозитивно.

— Подожди… — растерянно произносит Алтушкин, с недоумением глядя на молодого человека. — Суперпозитивно настроены к чему?

— Нет, ребят, — вступает Татьяна. — Посыл теперь идет совсем другой: мы — крутые, мы победили всех — олигархов, власть, силовиков. Вот такой, ребят, идет посыл. На нас за эти дни вылилось столько негатива, а сейчас вы рассказываете, что вы просто за все хорошее против всего плохого.

— Тогда мы уйдем от вас ни с чем, — грустно отвечает парень в очках. — В большой печали уйдем мы от вас. С нерадостным настроением.

— Мы просто такие смельчаки, которые отважились прийти в стан врага, — снова взмахивает руками блондин. — И мы — суперталантливые люди. С нашими идеями, нашим видением, со всем нашим жизненным путем мы можем для вас все на 180 градусов сейчас перевернуть. Вы себе не представляете, сколько у нас сейчас любви! Мы совсем по-другому представляли вас — жестокими, с более сильной позицией. И я вас очень-очень-очень прошу — давайте выиграем эту игру.

— А зачем? — тихим голосом спрашивает Алтушкин. — И в чем игра — в том, чтобы мы сделали для вас то-то и то-то? А я не хочу. Я не могу сейчас открыть свое сердце и закричать: «Мы снова будем для вас все делать!» Мы ведь тоже люди, тоже имеем право переживать. Вот вы вышли против храма, а я как будто заболел. Потом начнется реабилитация. И когда город выберет новое место, я снова скажу: «Обращайтесь». Я не космонавт, я очень доступный, мое сердце связано с Уралом. Но сейчас, когда мою семью травят…

Повисает пауза. На экране светится заставка презентации. Если приглядеться к ней внимательно, то можно разглядеть сквер. Пугливый маленький островок зелени жмется к реке Исеть в окружении наступающего высотного бетона. Слева от сквера — коробка «Ельцин Центра», в котором, по словам прогрессивных горожан, проводятся сильнейшие образовательные программы. А когда-то на его месте стояли купеческие кварталы и был разбит сад. Исторические кварталы снесли, сад срубили. Екатеринбуржцы уже не помнят, почему тогда они против вырубки сада не протестовали.

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Неучтенный ресурс Неучтенный ресурс

С начала этого года государство объявило настоящую охоту на самозанятых

Огонёк, сентябрь'19
5 ошибок во время собеседования по Скайпу, которые необходимо избегать 5 ошибок во время собеседования по Скайпу, которые необходимо избегать

Никто не любит видеособеседования, но иногда другого выхода нет

Playboy, июнь'19
Ветер с востока Ветер с востока

Взрывной рост китайского влияния в последнее время фиксируется в геополитике

Огонёк, октябрь'19
Самые жуткие места на планете, где ты не захочешь оказаться ночью Самые жуткие места на планете, где ты не захочешь оказаться ночью

Добраться до этих мест нелегко, но зато пугающие пейзажи запомнятся навсегда

Cosmopolitan, июнь'19
«Это можно считать пытками». Как Басманный суд арестовывал Бойко-Великого «Это можно считать пытками». Как Басманный суд арестовывал Бойко-Великого

Василий Бойко-Великий отправился в СИЗО на два месяца, несмотря на болезни

Forbes, июнь'19
Что значит «одеваться не по возрасту»: мнение стилиста Что значит «одеваться не по возрасту»: мнение стилиста

Что думают стилисты о фразе «Не по возрасту оделся!»

Psychologies, июнь'19
Везде успела Везде успела

Телеведущая Регина Тодоренко – о том, почему не нужно быть идеальными родителями

Домашний Очаг, июль'19
Лучшие роли Бена Кингсли Лучшие роли Бена Кингсли

От Махатмы Ганди до мексиканского пастора-убийцы

GQ, июнь'19
Таня Терешина после скандального заявления о 100 тысячах рублей показала дочь Таня Терешина после скандального заявления о 100 тысячах рублей показала дочь

Бывшая солистка группы «Hi-Fi» поделилась с поклонниками фотографиями Арис

Cosmopolitan, июнь'19
«Слуга народа» собрал компанию «Слуга народа» собрал компанию

Украинские партии начали борьбу за места в Верховной раде

РБК, июнь'19
Крылья космической бабочки Крылья космической бабочки

О звёздах, галактиках, «эффекте бабочки» и огромном космосе

Наука и жизнь, июнь'19
Навальный узнал о квартирах на сотни миллионов рублей у семьи сотрудника ФСБ из статьи Голунова Навальный узнал о квартирах на сотни миллионов рублей у семьи сотрудника ФСБ из статьи Голунова

Фонд борьбы с коррупцией Алексея Навального опубликовал новое расследование

Forbes, июнь'19
24 часа с Айзой Анохиной 24 часа с Айзой Анохиной

Сутки с Айзой Анохиной, рэп-исполнительницей, ведущей шоу VBATTLE

Cosmopolitan, июль'19
Машина для любви, а не для войны: история легендарного «хиппи-буса» от VW Машина для любви, а не для войны: история легендарного «хиппи-буса» от VW

Как бюргеры сделали американцев бродягами, беспаспортными и безработными

Maxim, июнь'19
Царь в ударе Царь в ударе

Кит Харингтон отправился в реабилитационный центр

StarHit, июнь'19
Объявлена дата боя Нурмагомедова. И вот что известно о его сопернике Объявлена дата боя Нурмагомедова. И вот что известно о его сопернике

Пляши! Хабиб Нурмагомедов подписал новый контракт с UFC на несколько боев

Maxim, июнь'19
«Ужас без конца». Что будет с ценами на бензин после 1 июля «Ужас без конца». Что будет с ценами на бензин после 1 июля

Ожидается подорожания топлива даже в случае продления соглашения о заморозке цен

РБК, июнь'19
Поцелуи продлевают жизнь? Поцелуи продлевают жизнь?

Что психологи могли бы прописать паре, страсть в которой порядком угасла?

Psychologies, июнь'19
Корпоративный дракон. Может ли у компании быть сразу три гендиректора Корпоративный дракон. Может ли у компании быть сразу три гендиректора

У крупного американского производителя муки King Arthur Flour сразу три CEO

Forbes, июнь'19
Осмий: тяжёлый, дорогой и совсем не пчела Осмий: тяжёлый, дорогой и совсем не пчела

Элемент с самой высокой плотностью

Наука и жизнь, май'19
«Один раз превысил — мы позвоним». Почему каршеринг стал опасным «Один раз превысил — мы позвоним». Почему каршеринг стал опасным

Как в ГИБДД намерены бороться с неадекватами за рулем каршеринговых автомобилей

РБК, июнь'19
«Пойти туда, где твой страх» «Пойти туда, где твой страх»

О силе характера, съемках в условиях выживания и откровениях для нового опыта

OK!, июнь'19
Как текстильный магнат Сергей Щукин собрал лучшую в мире коллекцию импрессионистов и модернистов Как текстильный магнат Сергей Щукин собрал лучшую в мире коллекцию импрессионистов и модернистов

Коллекция, созданная Сергеем Щукиным за 20 лет, сегодня оценивается от $5 млрд

Forbes, июнь'19
Родительское фиаско. Обращаем ошибки в опыт Родительское фиаско. Обращаем ошибки в опыт

Как преодолеть стыд и страх показаться плохим родителем

Psychologies, июнь'19
Три показателя молодости, о которых важно позаботиться заранее Три показателя молодости, о которых важно позаботиться заранее

Как выглядеть молодой и сильной вне зависимости от возраста

Psychologies, июнь'19
В ожидании налоговых каникул В ожидании налоговых каникул

Хозяйство приносит государству все больше доходов, однако само хозяйство беднеет

Эксперт, июнь'19
Стимуляция бедности. Почему увеличение детского пособия никому не принесет пользы Стимуляция бедности. Почему увеличение детского пособия никому не принесет пользы

Увеличивая размер пособия, правительство оказывает медвежью услугу матерям

Forbes, июнь'19
Как поставить на место зазнайку Как поставить на место зазнайку

Эффективные методы борьбы с зазнайками

Psychologies, июнь'19
Жестокий партнер вдруг перестал вас мучить. В чем причина? Жестокий партнер вдруг перестал вас мучить. В чем причина?

Партнер всегда относился к вам жестоко, и вдруг его словно подменили. Почему?

Psychologies, июнь'19
Пещерное сознание Пещерное сознание

Что хорошего в жизни под туфовыми сводами пещер

Вокруг света, июль'19