Образцовый самец: что такое луксмаксинг и как кино осмысливает опасный для мужчин тренд
Вы их знаете, вы их видите вокруг себя, они мелькают в ленте ваших соцсетей. Идеальные пропорции лица, острые скулы, ноль морщин и тела атлетов. Раньше их называли метросексуалами, сегодня они последователи субкультуры луксмаксинга — это те же идеи собственного улучшайзинга, но на максималках. Когда ради идеального лица крошатся челюсти, колются филлеры, а внешность становится культом. Но в луксмаксинге за идеей стать лучшей версией себя скрывается кое-что еще — опасная гонка за идеалом, мизогиния и пагубное влияние маносферы, перебросившей свои отравляющие идеи на самих мужчин. Кинокритик Елена Зархина разбирается в трендах и угрозах луксмаксинга, а еще в том, как эту тему отражает и осмысливает кино, всегда стремящееся быть в тренде.
Луксмаксинг: все очень хорошо, но надо переделать
Луксмаксинг с нами уже довольно давно (больше десяти лет), но по-настоящему серьезное внимание на себя обратил в начале 2026 года, когда это явление и стоящую за ним субкультуру бросились анализировать СМИ. Первые упоминания луксмаксинга возникли еще в середине десятых: идеи собственного улучшайзинга как непрекословной максимы возникли в небольших мужских форумах. Если раньше базовым минимумом для мужчин считался софтмаксинг — банальная гигиена и уход за собственной внешностью, — общество нового десятилетия усилило требования.
Отныне они варьируются от луксмаксинга до хардмаксинга: важно не просто пользоваться косметикой для ухода и делать укладку, желательно соответствовать канону. А он, как обычно бывает с трендами, для всех один. Луксмаксинг прославляет конкретные черты внешности, которые достигаются пластическими операциями и прочими манипуляциями с лицом и телом: атлетическая внешность, четкие черты (волевой подбородок), скулы, о которые можно пораниться, и несколько хищный взгляд с легким прищуром (он тоже достигается «пластикой», а не одним лишь усилием лицевых мышц).
В числе рекомендаций интернет-«экспертов» (тут мы должны вас предупредить: ни в коем случае так не делайте) — «бонсмешинг», подразумевающий серию ударов по скулам и челюстям, например, молотком. Этот вредный совет рожден в надежде, что после трещины костная структура заживет в более привлекательной форме. Данные рекомендации исходят от людей без медицинского образования и какой-либо экспертности в анатомии человека и его биологии.
Все это казалось бы причудой группы аутсайдеров, если бы не масштаб проблемы. То, что родилось десять лет назад в уголках маленьких онлайн-сообществ, с помощью соцсетей разрослось до необъятных величин, отравляющих идей в массовом порядке. И хотя описание тренда напоминает зачин для хоррора категории «Б», луксмаксинг больше, чем культ внешности. Это идеология, подпитанная женоненавистническим нарративом, прославляемым в маносфере (онлайн-сообщества, пропагандирующие мизогинию, токсичную маскулинность, агрессию к прочим субкультурам, нередко связаны с инцельством).
Прошлогодний сериальный хит «Переходный возраст» посвящен проблеме маносферы, токсично влияющей на подростков. В инцельстве кроется ключевой парадокс явления: последователи луксмаксинга истязают себя физически ради одобрения тех, кого они ненавидят, — женщин. Гонка за внешними идеалами рассчитана на женскую аудиторию, одобрение которой им важно получить. Даже идеалы у них с женской аудиторией схожие: Роберт Паттинсон, Мэтт Бомер, Крис Хемсворт и прочие.
Прекрасная половина человечества
Луксмаксинг не всегда напрямую связан с маносферой, но нередко является точкой входа в нее. Жажда запредельной внешней привлекательности идет рука об руку с радикальной субкультурой инцелов (вынужденное воздержание), выливающейся в глубокую обиду и ненависть к женщинам. Инцелы одновременно хотят близости с ними и презирают их, списывая собственную невостребованность на проблемы с внешностью. Глубинный ресентимент выражается в жажде стать лучше, довести себя до некоего эталона красоты. Не каждый инцел идет этим путем, но оба явления давно сплелись в единый крепкий узел, сдавливающий самих адептов двух субкультур.