Стены не греют
Большинство домов в Москве пропускают тепло в полтора-два раза быстрее, чем заложено в документации. Это не только заставляет жителей платить больше, но и создает критическую нагрузку на энергосистему, угрожая дефицитом мощностей в столице уже в ближайшие годы
Национальный институт МЭИ при участии профильных ассоциаций РАПЭКС и РАПЭТ провели масштабное исследование реальной тепловой эффективности московских домов, которое показало, что фактическое сопротивление теплопередаче в 76,7% зданий ниже проектного. Сопротивлением теплопередаче (обозначается R) называется способность стены не пропускать тепло наружу. Согласно действующим строительным нормам для Москвы и области сопротивление теплопередаче стен многоэтажных жилых домов (МКД) должно быть не менее 3,13 м² °С/Вт. Однако проведенный МЭИ перекрестный анализ проектных параметров, показаний приборов учета и результатов энергетических обследований 1156 зданий показал, что в большинстве из них показатель R был значительно ниже — 1,1–1,9 м² С/Вт.
Москва при этом продолжает застраиваться рекордными темпами: к 2035 году в городе планируется ввести до 180 млн квадратных метров новой недвижимости. Но дальнейшее развитие столицы упирается в пропускную способность теплосетей и мощность источников. Исследование МЭИ показывает, что сегодня сдерживающим фактором для строительства является не отсутствие земли, а банальная нехватка тепла, которая, в свою очередь, связана с низким качеством самих зданий.
Но если довести теплозащиту всего существующего жилого фонда Москвы до уровня 2,2–2,5 м² °С/Вт, годовое потребление тепла снизится на 15–25%, а пиковая нагрузка сократится на 25–35%. Для города это колоссальный объем высвобождаемой тепловой мощности, который позволит подключить новые микрорайоны без строительства дополнительных ТЭЦ.
Несоответствие классу
«Многие думают, что в России сегодня строятся высокоэнергоэффективные здания, потому что на бумаге оно так и есть, но на самом деле это не так», — заявил на конференции «Иннопром» руководитель по отраслевым решениям дивизиона «Строительство» «Сибура» Александр Калюжный.
Будучи производителем теплоизоляционных материалов, «Сибур» последовательно изучает тему энергоэффективности в сотрудничестве с ведущими вузами. Исследование, проведенное в 2023 году Финансовым университетом, показало, что средний класс энергоэффективности жилого фонда в России — D (а местами и E). Есть разница между заявляемыми высокими классами (B, C) и реальным положением дел, рассказал Калюжный. Напомним, что D- и E-классы означают «нормальный» с отклонением от норматива от −15 до +10% и «пониженный» с перерасходом до 50% соответственно. В свою очередь, В (высокий класс) и С (повышенный) предполагают отклонение от норматива от −30 до −40% и от −15 до −30%.
Разрыв между проектной энергоэффективностью здания и его реальной работой в эксплуатации — одна из старых проблем российского строительства, подтверждает Дмитрий Березуцкий, основатель ассоциации «GreenСтрой» и президент Совета по экологическому строительству в России. «Класс, присвоенный при сдаче дома, со временем может стать формальностью. Дом стареет, инженерные системы разлаживаются, автоматика выходит из строя или работает в ручном режиме, управляющая компания экономит на наладке, жильцы меняют окна, закрывают вентиляционные каналы, утепляют лоджии как придется. Через несколько лет фактическое здание может заметно отличаться от того объекта, которому присваивали класс при вводе», — пояснил он «Моноклю».
Президент Национального объединения строителей (НОСТРОЙ) Антон Глушков тоже признает, что проблема существует, поскольку класс дома определяется на начальном этапе. «Но деградация материалов, износ инженерных систем, изменение микроклимата и человеческий фактор напрямую влияют на изменение показателей энергетической эффективности», — говорит он.
Утверждение, что «все дома России в среднем класса D», требует большой сопоставимой базы по регионам. Но для большой части российского жилищного фонда фактическая энергоэффективность действительно находится на среднем или низком уровне, добавляет Дмитрий Березуцкий.
Причины, по его мнению, лежат сразу в нескольких плоскостях. Первая — проектные допущения и расчетные методики, которые работают с идеализированной конструкцией. Вторая — качество строительства: монтаж утеплителя, швы, примыкания, мостики холода, фактическая влажность материалов, защита от продувания. Третья — эксплуатация: как работает тепловой пункт, есть ли погодное регулирование, насколько сбалансирована система отопления, что происходит с вентиляцией.
«Главный разрыв я вижу в слабом контроле фактических показателей после ввода здания. Мы проверяем проект, бумаги, принимаем объект. Затем дом начинает жить, и его реальное потребление часто остается делом управляющей компании, жильцов и счетов за тепло. Для энергоэффективности этого мало», — считает эксперт.
Как закручивали гайки
Однако ведущий инженер Научно-исследовательского института строительной физики Российской академии архитектуры и строительных наук (НИИСФ РААСН) Иван Курилюк считает, что корень проблем лежит еще в 1990-х, когда в строительстве началась программа повышения энергоэффективности.
Тогда было принято решение резко повысить энергосбережение путем обширного применения теплоизоляционных материалов. Дело в том, что традиционные ограждающие конструкции — кирпичная кладка, панели, блочные стены — имели сопротивление теплопередаче около единицы. Считалось, что использование минеральной ваты и других эффективных теплоизоляционных материалов способно кардинально увеличить этот показатель, рассказал Курилюк.
«Новые нормы 1995 года потребовали буквально за год увеличить сопротивление теплопередаче стен в два раза, а через три года вообще в три. Это невыполнимые на практике цифры, такого в технике просто не бывает. Однако нормы были приняты, они стали существовать на бумаге. Проектировщики закладывали в документацию требуемые показатели, но на практике их никто не мог и не хотел проверять, и они массово не соблюдались», — уверен эксперт.