Нет в товарищах согласья
Участники рынка электроэнергии никак не могут договориться о будущем отрасли и ответить на вопрос, должна ли электроэнергетика регулироваться рынком или ее надо отнести к инфраструктуре под государственным контролем
Ассоциация «Сообщество потребителей электроэнергии» (АСПЭ) на прошлой неделе собрала на одной площадке производителей электроэнергии, ее потребителей и регуляторов. Цель — обсудить ситуацию в отрасли и понять, как действовать дальше с учетом интересов всех игроков рынка. Однако к согласию участники IV ежегодной конференции АСПЭ «Энергия для потребителей» так и не пришли.
«Мы видим лебедя, рака и щуку. Все ищут крайнего: кто должен поработать и вывезти всю энергосистему. Нужна какая-то новая архитектура взаимоотношений», — обрисовал ситуацию в ходе конференции генеральный директор «Транснефтьэнерго» Сергей Емельянов.
Потребители сетовали, что постоянно растущие цены на электроэнергию не способствуют развитию производства, настаивали на предсказуемости тарифной политики и понятных правилах игры. Генераторы уверяли, что цены на электроэнергию ниже быть уже не могут. А регуляторы и вовсе не могли разобраться с ролью энергетики в российской экономике.
«Правительство должно определиться: энергетика — это инфраструктура или бизнес? Если инфраструктура — ее субсидирует государство. Если бизнес — тогда извините, рынок при дефиците приводит к высокой цене», — заявил замминистра энергетики Евгений Грабчак.
Настораживает, что такой вопрос возник именно сейчас — спустя четверть века после реформы РАО «ЕЭС России», целью которой и было создание конкурентного рынка электроэнергии.
А есть ли рынок?
Впрочем, Евгений Грабчак считает, что после реформы «энергетика пошла не туда». Напомним, что в ходе начатой в начале 2000-х реформы единый энергохолдинг РАО «ЕЭС России» был разделен на два основных сегмента: потенциально конкурентный (генерация и сбыт электроэнергии) и монопольный (сети и диспетчеризация). Первый передали частным инвесторам, второй остался под контролем государства. Впоследствии реформа пошла в обратную сторону. Государство продолжало контролировать цены, а конкуренция на рынке мощности была заменена на регулируемые договоры и ручной отбор проектов. По первой же программе ДПМ (договор о предоставлении мощности), которая была принята ради привлечения инвестиций и обновления электростанций, в страну было массово завезено импортное генерирующее оборудование — производства Siemens, General Electric, Mitsubishi Power. При этом фактически был остановлен процесс разработки и производства российских турбин. Реформаторы во главе с Анатолием Чубайсом так спешили, что не дали отечественным производителям возможности «довести до ума» собственные агрегаты. Их выпуск был поставлен на паузу из-за отсутствия заказа, так как генерацию строили на импортных турбинах, обслуживать которые сейчас трудно. Свои же турбины только начинают выпускаться.
Рынка в России так и не случилось, и сегодня, как выяснилось, в него не верит никто. «Мы же автомобильные и железные дороги не строим за счет рыночных механизмов. Государство берет и субсидирует строительство. И на каждый вложенный рубль получает 10 рублей от развития экономики на этой территории», — заявил Евгений Грабчак. Энергетика, по его словам, тоже должна стать инфраструктурой, а не рынком.
Потребители, очевидно, в общий рынок тоже не верят и активно запускают собственную генерацию. Например, НЛМК после запуска новой электростанции на газе доменного и конвертерного производств планирует выйти на 90–95% самообеспеченности электроэнергией. И в ходе проведенного АСПЭ интерактивного опроса на вопрос «Что вы будете делать в случае, если цена на электроэнергию вырастет на 20%?», подавляющее большинство участников конференции заявило о намерении развивать собственную генерацию. А на вопрос «Считаете ли себя клиентами электроэнергетики?» большая часть промышленников ответили отрицательно.
Но нужно учитывать, что, когда крупные потребители уходят в свою генерацию, единая система распадается. Встает вопрос, кто будет платить за ее надежность. «Сейчас каждый работает, чтобы система стала хуже. Мы настроим собственную генерацию — плюсы будут, минусы тоже», — предупредил Сергей Емельянов.
«Сегодня наша энергоинфраструктура — это риск, а не стимул к тому, чтобы мы развивали свое производство. Электроэнергетика — это инфраструктурная отрасль, она должна способствовать развитию базовых отраслей промышленности. А у нас все наоборот: мы в зоне риска», — сетует директор по работе с естественными монополиями компании «Русал Менеджмент» Максим Балашов.
Между себестоимостью и выживанием
Среднегодовой темп роста цены на электроэнергию для «Русала» к 2035 году составит 4,9%, это выше, чем у основных конкурентов. В Китае ее стоимость будет расти на 3,2% в год. В абсолютных величинах цена на электроэнергию в России к 2035 году, по подсчетам алюминиевой корпорации, составит 7,5–8 центов за киловатт-час против 3,5 цента, например, на Ближнем Востоке.