Краткая история настоящего д’Артаньяна
А также Атоса, Портоса, Арамиса, их друзей, врагов и наследия
Совсем недавно информагентства сообщили, что во время реставрационных работ в церкви города Маастрихт в Нидерландах обнаружены останки, которые предварительно идентифицированы как принадлежащие прототипу главного героя романа «Три мушкетера» Александра Дюма — Шарлю Ожье де Батцу де Кастельмору, шевалье д’Артаньяну, мушкетеру Людовика XIV. Подтвердить или опровергнуть это предположение ученые рассчитывают с помощью анализа ДНК — пробы у потомков шевалье уже взяты. В ожидании развязки вспоминаем историю «Трех мушкетеров» — что в этой книге факты, а что — мифы и сплетни, которые сформировали один из самых известных сюжетов мировой литературы.
1
Чтобы написать «Трех мушкетеров», Дюма совершил кражу. И не одну. В предисловии к роману он писал, что основой для его книги послужили некие «Воспоминания г-на д’Артаньяна», которые он отыскал во Французской национальной библиотеке. Долгое время это считалось легендой, придуманной автором для привлечения читательского интереса. Однако после смерти Дюма выяснилось, что он не лукавил. В его бумагах было найдено множество писем из Марсельской библиотеки с требованием вернуть книгу Гасьена де Куртиля де Сандра «Воспоминания г-на д’Артаньяна, капитан-лейтенанта первой роты королевских мушкетеров» (1700). Все они остались без ответа, а книга так и не была возвращена.
Но украл Дюма не только саму книгу, но и часть ее содержания. У Гасьена де Куртиля в «Воспоминаниях» были и Атос, и Портос, и Арамис, и кардинал Ришелье, и королевские особы. Однако ни сквозного сюжета, ни Миледи с Констанцией, ни истории с подвесками королевы в них не обнаруживается. По сути, это был сборник разрозненных приключений мушкетера, основанный на слухах и придворных анекдотах XVII века. Дюма позаимствовал у де Куртиля героев, авантюрную атмосферу и превратил материал в остросюжетный приключенческий роман.
2
Настоящий д’Артаньян был в отличных отношениях с кардиналом. Книга Гасьена де Куртиля представляла собой фейковые мемуары вполне реального гасконского дворянина Шарля Ожье де Батса де Кастельмора, шевалье д’Артаньяна. Правда, эпоха, которую он застал, была несколько иной. Де Куртиль описывал события, происходившие в царствование Людовика XIII и Людовика XIV. Дюма сосредоточился на правлении Людовика XIII, представив кардинала и первого министра Франции Ришелье антагонистом д’Артаньяна и мушкетеров. Однако большая и наиболее активная часть жизни настоящего д’Артаньяна пришлась на царствование Людовика XIV. Королевским мушкетером он стал на второй год царствования «короля-солнца» и сделал карьеру — от простого мушкетера до полевого маршала — во многом благодаря протекции фактического правителя при малолетнем монархе (Людовик XIV взошел на престол в четыре года) кардинала Мазарини. Никакой вражды и неприязни между д’Артаньяном и Мазарини не было. Напротив, он был его доверенным лицом и осведомителем.
3
Жизнь настоящего Атоса была куда скучнее, чем в романе Дюма. Его прототипом считается друг настоящего д’Артаньяна — мушкетер Арман де Сийег д’Атос д’Отвиль. Однако никакой трагической истории любви и предательства, подобной той, что Дюма придумал для Атоса в линии с Миледи, за ним не зафиксировано. Мрачный аристократ, заливающий травмы и печали вином, но с нежной верностью относящийся к своим сослуживцам и друзьям,— целиком выдумка писателя.
4
Портос — это отец Александра Дюма. Был у него и буквальный прототип — мушкетер Исаак де Порто, выходец из протестантской семьи. От него Портосу в «Трех мушкетерах» досталось сочувствие к гугенотам, которых королевская гвардия осаждала в Ла-Рошели. Но его мощь, темперамент и почти гротескную телесность Дюма позаимствовал у своего отца. Тома-Александр Дюма был сыном французского плантатора на Гаити и его чернокожей рабыни. Он сделал очень успешную военную карьеру для человека его происхождения. Начал он ее рядовым в полку Марии Антуанетты и завершил дивизионным генералом в армии Наполеона. А его небывалая физическая мощь стала легендой. Рассказывали, что он был настолько силен, что мог подтянуться вместе с конем на потолочной балке.