Сергей Гилев: «Я широко известен в узких кругах»
«В 40 лет я бросил все остальные работы, и меня начали звать в кино гораздо чаще. Но актером-то я был уже давно — мы играли в театре, ездили по фестивалям. Так что это не история про поздний старт. Просто в какой-то момент это стало моей основной жизнью»
Сергей, мне кажется, что за последние несколько лет вас вдруг стало очень много на экране: «Хирург», «Гостья», «Пророк. История Александра Пушкина», «Жемчуг», «Дети перемен», «Тоннель», в мае — «Шурале». У вас самого такое же ощущение? Или со стороны все выглядит масштабнее, чем есть?
— Нет такого на самом деле.
— То есть вы не ощущаете это как какой-то резкий всплеск? Со стороны и правда кажется, будто открываешь один проект, другой, третий — и вы там.
— Это странное ощущение, потому что, если открыть новости кино и сериалов, окажется, что меня в очень многих фильмах и сериалах просто нет. Так что это скорее не потому, что меня действительно слишком много, а потому, что я, видимо, попадаю в какой-то определенный круг проектов и зрительского внимания. То есть получается, что широко известен в узких кругах. Потому что сейчас поеду домой на метро, и ни один человек там не подойдет ко мне и не скажет: «Здравствуйте, как ваши дела?»
— Но вас ведь уже узнают на улице?
— Нет, только люди, которые приходят на премьеру фильма со мной. Там есть конкретно толпа зрителей, которые пришли, чтобы повидаться, потому что знают, кто я такой.
Ну, может быть, и узнают, бывает такое, что узнают. Например, начальник нашего участка «Жилищника», человек, который отвечает за уборку территории в моем доме, Егор. Вот мы с ним встретились вчера, и он говорит:
— А я-то думаю, где мог тебя видеть, почему лицо знакомое. А ты, оказывается, в сериале «Дети перемен». Будет третий сезон или нет? Жена спрашивает.
Я отвечаю:
— Нет, третьего сезона не планировали. Хотя кто его знает, может, и будет.
— Давай, — говорит, — для жены сфотографируемся, а то она мне не поверит! — И мы сделали фото с Егором. А до этого с ним просто общались.
Сосед как-то раз увидел меня где-то и через год знакомства спросил мою жену: «А это не ваш муж там снимался? Знакомое лицо». Вот те на! И он теперь знает, что я актер.
— Но при этом у вас нет ощущения, что вы стараетесь еще сильнее нарастить эту узнаваемость — через интервью, постоянное присутствие, лишнюю публичность? И вообще, ходят разговоры, что вы, Сергей, неохотно даете интервью и в целом достаточно закрытый человек.
— У меня их миллиард. Есть ощущение, что, кроме меня, вообще никто интервью не дает.
— Тогда откуда взялось это ощущение, что вы на интервью соглашаетесь выборочно?
— Просто кажется, что не очень здорово, когда роль в фильме, например, на пять минут по хронометражу, а интервью ты дал три или четыре. То есть это как-то должно соответствовать. Если в «Детях перемен» я в каждой серии появляюсь на три минуты и в общей сложности занимаю экранного времени пять процентов от этого фильма, соответственно, наверное, прилично дать два интервью или одно. Я ни в чем не принимал участия, ничего не предлагал: появился на две-три смены, сыграл свою небольшую роль, ушел. Как я могу говорить об этом фильме в целом? Тем более что часто в таких случаях я вообще специально не читаю сценарий, чтобы мне было интересно смотреть фильм вместе со всеми. То есть я играю что-то свое в уголке и только про это знаю что-то в подробностях, а все остальное не читаю, чтобы потом на премьере смотреть и удивляться.
— У многих актеров история почти одинаковая: с детства мечтали, поступали в театральный, годами пробивались, начинали с совсем маленьких ролей. А у вас все сложилось совсем не по этой схеме — в профессию вы пришли уже после сорока...
— У меня тоже ведь не пум-пум-пум и не главные роли, а какие-то роли около, поблизости.
— Как вообще возникло желание выучиться, уже будучи взрослым человеком? Вы мечтали?
— Да, я хотел, просто не знал, куда мне пойти. Потом мой друг Саша Амиров отправил меня в актерско-режиссерскую школу, сказал: «Иди уже наконец-то поучись». И я пошел, учился.
Но до этого один раз пытался звонить во ВГИК в 26 лет, мне сказали, что я уже старый и можно не приходить. Я и не пошел. Хотя на самом деле сейчас пошел бы в любом возрасте. А тогда просто не было интернета, только телефон, я в каком-то справочнике нашел номер ВГИКа. Кто мне ответил, что это за женщина была, почему она сказала, что не надо приходить, я не знаю. А так, может быть, пошел бы ногами — и не во ВГИК, а куда-нибудь в другое место, и поступил бы.
— А сразу после школы такой мысли не было?
— После школы просто не было денег, никто бы меня не отправил. Нужны были деньги на поезд, на проживание в Москве, а никто их не имел, это было слишком богато. Так что после школы я даже не думал об этом.
Уже позже, в 2012 году, когда я жил в Москве и работал эсэмэмщиком в одной компании, решил: ну поучусь еще и этому, интересно же, вдруг куда-нибудь попаду, кем-то стану. Сразу не очень вышло, а потом постепенно, когда со всеми подружился, вдруг что-то стало получаться немножечко.
Я не бросал свою старую работу, поэтому мне было не так горестно, если меня куда-то не брали. А так брали куда-то — ну раз в год, может быть, в какой-то проект попадал. Тоже хорошо: взяли — разнообразие, что-то новенькое и какие-то деньги дополнительные платят. То есть не просто зарплата пришла, а еще и от кино, думаешь: «Вот как здорово, какой я богатый. Я баснословно богат, могу поехать кататься на машине по Европе!»
— Не возникало внутреннего чувства, что вы как будто стартуете позже остальных?
— Нет. Все знают, как устроен этот путь, поэтому никто не расстраивается. Ты точно знаешь, как все будет, с чего надо начать и через что ты пройдешь, чтобы у тебя что-то получилось или не получилось. Но ты все равно думаешь: когда-то, вскоре, вот наконец-то, стоит мне сюда попасть, тогда точно начну где-нибудь сниматься...
— А потом случились «Чики»...
— Про «Чики» мы, наоборот, все думали: ну хоть кто-нибудь посмотрел бы! Не представляли, выйдет ли, когда, где покажут. И почему-то всё равно все его посмотрели, и это было, конечно, невероятно и очень хорошо. Появилось достаточное количество проб, чтобы каждую неделю один или два раза куда-то ходить, ну или хотя бы один или два раза в месяц куда-то ходить, на что-то надеяться. Появились и утверждения, и после этого я бросил все свои работы.