Новая эра ресурсов: как нацпроект по биоэкономике изменит промышленность и науку
В России 1 января 2026 года стартовал национальный проект «Технологическое обеспечение биоэкономики». Разрабатывается Стратегия долгосрочного развития на период до 2036 года, которая определит конкретные шаги для роста в этом сегменте. Сейчас его объем в стране незначительный — около 2 млрд долларов. Но успешные кейсы показывают интерес частного бизнеса, который поможет раскрыть потенциал в данной сфере. Как увеличится доля биотехнологичной продукции в производстве и потреблении, какие меры поддержки уже действуют и как избежать барьеров для частных инвестиций? «ФедералПресс» изучил тему.
Биотехнологии как драйвер
Согласно докладу ВЦИОМ, сегодня мировой рынок биоэкономики, по разным оценкам, составляет от 2 трлн до 4 трлн долларов, а к 2050 году может достичь 30 трлн долларов. Данные Precedence research свидетельствуют о том, что наибольшая доля здесь принадлежит Северной Америке во главе с США (38%). Далее идут Европа (29%), преимущественно представленная Великобританией, Швейцарией, Германией, Швецией и Данией, и Азиатско-Тихоокеанский регион (24%) — это Япония, Китай, Республика Корея, Австралия и Индия. На страны Латинской Америки, Ближнего Востока и Африки, такие как Бразилия, Израиль, ЮАР и Аргентина, приходится только 9%. При этом самый высокий среднегодовой темп роста фиксируется в АТР (почти 15%).
Реализованные в этих странах проекты уже стали прорывными в науке и промышленности, перевернув представление о привычных источниках сырья для производства. Среди них — созданные в США биопластик из отходов кукурузы, а в Китае — биопластик на основе бамбука, который полностью разлагается в почве за 50 дней; полученный в Великобритании абсорбирующий полимер для подгузников и других средств гигиены; выведенный в Германии новый штамм бактерий для изготовления биопластика; применение зарубежными модными домами и брендами растительных волокон и других биоразлагаемых материалов как экологичной альтернативы привычному сырью и многие другие.
На фоне этих стран Россия пока выглядит еще довольно слабо. По словам министра промышленности и торговли РФ Антона Алиханова, объем российского рынка биотехнологий в 2025 году оценивался приблизительно в 440–450 млрд рублей — это 0,4–0,5% доли мирового рынка. Но стартовавший в 2026 году профильный нацпроект должен вывести данный показатель на уровень 700 млрд рублей к 2030 и 1 трлн рублей к 2036 году. Он объединяет три базовых федеральных проекта — «Организация производства и стимулирование сбыта продуктов биоэкономики», «Научно-технологическая поддержка развития биоэкономики» и «Аналитическое, методическое и кадровое обеспечение биоэкономики» — и предполагает комплексный подход к развитию сектора.
По мнению экспертов ВЦИОМ, сильными конкурентными предпосылками для развития биоэкономики в стране являются колоссальный объем возобновляемых биоресурсов, наличие мощной научной школы биотехнологий и инженерные компетенции, запрос государства на суверенитет по критическим биопродуктам, необходимая инфраструктура; слабыми сторонами — дефицит финансирования и промышленных площадок, зависимость от импортного оборудования, реактивов и компонентов, регуляторная модель, не адаптированная под новые технологии, кадровые разрывы, «инерционные» маркетинговые стратегии многих производителей. При продвижении проектов в отрасли нужно учесть все моменты.
Комментируя по просьбе «ФедералПресс» сильные и слабые стороны для развития биоэкономики в России, старший научный сотрудник лаборатории структурных исследований Института прикладных экономических исследований (ИПЭИ) РАНХиГС Владимир Еремкин отметил:
«Основное конкурентное преимущество России — это масштабная ресурсная база (например, сельхозсырье, водные и лесные ресурсы) для развития биоэкономики, которая может быть успешно использована благодаря имеющемуся научно-технологическому заделу, сильным научным школам и развивающейся промышленности. Государство видит развитие биоэкономики как одну из приоритетных задач, поэтому был разработан и уже реализуется нацпроект «Технологическое обеспечение биоэкономики», ориентированный на консолидацию ресурсов государства, бизнеса и науки для внедрения комплекса инновационных решений в сфере биотехнологий. Вместе с тем развитие биоэкономики в России находится на начальном этапе, и сегодня на ее долю приходится менее 1% ВВП страны. Одним из основных препятствий являются регуляторные и институциональные барьеры, когда отсутствуют единые стандарты, а инфраструктура масштабирования технологий только создается. Сложные и часто изменяющиеся нормативные акты также затрудняют развитие биотехнологических компаний, а в законодательстве есть еще много пробелов».
В Российском биотехнологическом университете (Росбиотех), куда «ФедералПресс» также обратился за комментарием, отметили, что принятие профильного нацпроекта, ставшего «дорожной картой», снимающей неопределенность для производителей, которые долгие годы работали преимущественно на импортных ингредиентах и технологиях, а также глубокая научная база являются сильными сторонами для развития биоэкономики в стране.
«Теперь бизнесу четко понятно, какие направления будут приоритетными, где государство окажет поддержку и к каким целевым показателям необходимо стремиться. Бизнес получил четкий горизонт планирования. Если нацпроект предусматривает локализацию производства определенных ферментов или стабилизаторов к 2030 году, предприятия могут смело вкладывать средства в строительство заводов, опираясь на будущие государственные субсидии и гарантированный спрос. Нацпроект направлен на создание замкнутого цикла внутри страны. Вместо закупки дорогостоящих загустителей, ароматизаторов и заквасок у зарубежных поставщиков пищевая промышленность переходит на собственные биотехнологические платформы. Это касается как мясной промышленности (где важны безопасные стартерные культуры), так и молочной (где фокус смещается на пробиотики нового поколения)», — рассказали в пресс-службе.
Однако, несмотря на огромный потенциал, развитию биоэкономики в России препятствует ряд системных барьеров, добавили там.
«Ключевой проблемой остается отсутствие единого подхода к фундаментальным и поисковым исследованиям: научные проекты разрозненны, наблюдается слабая координация между академическими институтами, вузами и индустрией, а механизмы поддержки высокорисковых разработок на ранних стадиях практически отсутствуют. Это создает ситуацию, при которой возможности научного и бизнес-секторов остаются ограниченными. Предприятия сталкиваются с дефицитом высококвалифицированных инженеров, которые смогли бы выполнять задачи технологического лидерства. Выпускникам инженерных программ не хватает практики на предприятиях и понимания того, как в современных условиях будет выглядеть их работа», — поделились в Росбиотехе.
От биопластика до генной инженерии: успешные кейсы в России
По информации главы Минпромторга РФ Антона Алиханова, в настоящее время в сфере биотехнологий в России работают порядка 230 компаний и около 50 научных институтов, проводящих соответствующие исследования. Некоторые из них уже имеют в портфеле вполне успешные кейсы.
Например, Научно-технологический центр биоэкономики и биотехнологий, созданный в августе 2024 года распоряжением правительства РФ как консорциум из восьми ведущих научных учреждений во главе с НИЦ «Курчатовский институт», масштабирует генетические исследования и разрабатывает новые биоматериалы, продукты и компоненты — крахмалы и сахара, аминокислоты и ферменты, стартовые культуры, животные и растительные белки, органические кислоты и многие другие — для использования в самых разных отраслях промышленности. Росбиотех в 2022–2025 годах осуществил более 60 разработок для зарождающегося рынка биоэкономики, 80 стартаппроектов (из них 8 спин-офф компаний), 15 патентов на уникальные продукты.
В регионах реализуются проекты по синтезированию нового биопластика, выпуску современных лекарственных препаратов, ферментных препаратов, заквасок, белковых концентратов, биосовместимых материалов для протезов, биоразлагаемой упаковки, биотоплива из отработанных растительных масел. Используемые вместо химреагентов естественные микроорганизмы и другие живые системы служат катализаторами сложных технологических процессов, запускают замкнутые циклы, когда отходы одного производства становятся сырьем для другого.