Гигант с характером
Как в Индонезии проходило развитие по приглашению
В ближайшие пять лет Индонезия будет самой быстрорастущей среди двадцатки крупнейших экономик и может обогнать Японию и Германию, следует из прогнозов МВФ. За 15 лет она уже поднялась с 12‑й на 7‑ю строчку в мире по паритетному ВВП, а к 2045‑му планирует стать 4‑й в мире. Планирует в прямом смысле слова: в Индонезии уже 80 лет функционирует Министерство национального планирования развития, которое координирует выполнение амбициозных целей. Страна с большим растущим рынком и молодым населением стала стратегическим партнером России. Разбираемся, чем может быть полезен такой партнер.
Зависимое развитие
«СССР был и остается для меня первой страной в мире», — приводил слова лидера независимой Индонезии Ахмеда Сукарно переводчик Игорь Кашмадзе. В 1963‑м глава республики принимал советскую делегацию с первой женщиной-космонавтом Валентиной Терешковой. И рассказал, как интересовался у студентов родного Бандунгского технологического института, кем бы они хотели стать. Девять из десяти сказали, что директорами рынков. «Разве это мечта?» — посетовал Сукарно, выразив уверенность, что в будущем индонезийские юноши и девушки смогут стать космонавтами.
Через два года Сукарно свергнут, а американский ставленник генерал Хаджи Сухарто устроит массовые репрессии. «От 500 000 до одного миллиона приконченных коммунистов», — подвел их итоги австралийский премьер-министр Гарольд Холт. Отношения Индонезии и СССР ожидаемо резко испортились.
Американский философ Иммануил Валлерстайн показал, что послевоенный рост Японии и так называемых азиатских тигров был «развитием по приглашению» (development by invitation). Делясь своим рынком и предоставляя инвестиции, США решали геополитическую задачу сдержать распространение коммунизма в Азии.
К этому процессу присоединилась и Индонезия при Сухарто в качестве объекта эксплуатации не только корпораций мирового гегемона, но и его региональных сателлитов. Если с 1967 по 1997 год душевой ВВП Индонезии рос по 4,4% в год, то в Сингапуре — 6,5%, а в Корее — 8,1%. Китай рос в этот период по 7,1% в год.
Примечательно, что, несмотря на свой антикоммунизм, Сухарто не стал отказываться от госпланирования, хотя его значение сильно ослабло. Но до сих пор пятерка крупнейших корпораций — государственные. Когда в 2009‑м мировая экономика упала на 1,3%, экономика Индонезии выросла на 4,6%.
Золотая стратегия
Министерство национального планирования развития разработало концепцию «Золотая Индонезия 2045», которую представил на инаугурации в 2019 году президент Джоко Видодо. Цель — стать четвертой экономикой мира.
В Индонезии половина населения моложе 31 года. Темпы его роста замедляются, но душевой ВВП стабильно прибавляет по 4% в год. Страна в ближайшие пять лет будет иметь одни из самых быстрых темпов роста, оценивает МВФ. А при их сохранении в дальнейшем сможет стать четвертой в мире уже к 2035 году.
Бо́льшая часть ВВП создается в производстве (19%), преимущественно изготовлении продуктов питания (7%), торговле (13%), сельском хозяйстве (13%), строительстве (10%), добыче (9%). Быстрее всего за последние десять лет росли металлургия, транспорт, сфера услуг и IT.
Инфляция в Индонезии — одна из самых низких в мире и в 2025 году составила 1,9%. Налогообложение щадящее — нагрузка около 12% ВВП. В стране развит фондовый рынок, капитализация которого — 55% ВВП. По Индексу инновационного развития страна поднялась до 55‑го из 139 мест и отнесена Всемирной организацией интеллектуальной собственности к быстрорастущим (fastest climbers). Высокотехнологичный экспорт вырос с 2017 года на 70%. Уровень жизни в Индонезии улучшился за последние десять лет в полтора раза, повысив внутренний спрос. Безработица снизилась до 3,3%. За чертой бедности живет уже меньше 8,3% населения. Но в стране сильное неравенство, в том числе региональное. Индонезия раскинулась более чем на 6 тыс. обитаемых островов, и, хотя 90% рынка покрывают три крупнейших (Ява, Суматра и Калимантан), логистика непростая. А 150 действующих вулканов нередко провоцируют бедствия.