После Кремля
25 декабря 1991 года Михаил Сергеевич Горбачёв покинул Кремль. В этот день он дал интервью телекомпании CNN, которое я переводил, поговорил по телефону с президентом США Джорджем Бушем и выступил с обращением к гражданам страны. Горбачёву было суждено прожить после этого больше тридцати лет, и все эти годы я был рядом с ним.
Это был осознанный выбор. Михаилу Сергеевичу предстояло нести тяжёлый крест «бывшего», выдержать, особенно в первые месяцы и годы после отставки, потоки хулы и клеветы, защищать перестройку, а главное, найти своё место в жизни страны и мира. Были ли у него тогда иллюзии? Может быть, и были, но, думаю, гораздо менее наивные, чем у его противников, ожидавших, что в новой России всё пойдёт как по маслу.
Горбачёв-Фонд (официальное на звание Международный Фонд социально-экономических и политологических исследований) был задуман как центр анализа и осмысления тех тектонических сдвигов, которые пере стройка вызвала в стране и в мире. В последнем разговоре с президентом России в Кремле Горбачёв сказал, что не собирается превращать Фонд в очаг оппозиции, и это обещание он выполнил. Но это не означало, говорил Михаил Сергеевич, что он будет «прятаться в тайге». Он оставлял за собой право высказываться обо всём происходящем откровенно и без прикрас, и это нравилось далеко не всем, в том числе в руководстве страны.
Сейчас уже почти забыты перипетии «процесса над КПСС», который проходил в российском Конституционном суде в 1992 году. Организаторы этого дела, по сути, хотели превратить его в «процесс над Горбачёвым», который был вызван в суд в качестве свидетеля. Горбачёв отказался. В этой абсурдной затее, сказал он, я участвовать не буду.
Это решение Михаила Сергеевича не все тогда поняли. Самыми близ кими ему в политическом отношении людьми были тогда Александр Николаевич Яковлев, Анатолий Сергеевич Черняев, Вадим Андреевич Медведев, Георгий Хосроевич Шахназаров. Двое из них тоже были вызваны в суд и явились на его заседание. Твёрдый отказ Горбачёва однозначно поддержал лишь Черня ев. Хорошо помню, как накалялась атмосфера вокруг этого дела. Председатель Конституционного суда Валерий Зорькин заявил по телевидению, что «своей неявкой в суд Михаил Сергеевич подписал себе приговор» и тем самым он «практически делается ненужным России».
Я считал тогда и уверен сейчас, что своим отказом Горбачёв не только предотвратил превращение этого процесса в глумливое шоу, но и способствовал тому, что «дело КПСС» закончилось большим пшиком. И обстановка вокруг Горбачёва и его Фонда постепенно стала более или менее нормальной.
Для Михаила Сергеевича важно было самоопределиться. Кто он в новой России? С кем он? Что предлагает? Это было непросто. Политические позиции в обществе становились всё более непримиримыми, полярными. Российская компартия во главе с Геннадием Зюгановым быстро дрейфовала в сторону сталинизма, а наиболее радикальная часть демократического движения требовала ускорения реформ, которые и без того ложились тяжёлым бременем на плечи людей. Реакция Горбачёва на нараставшую напряжённость и противоречия в обществе была органичной для него: необходим диалог и поиск компромисса. Но приходится признать: это не находило достаточного отклика в российском обществе того времени. Обстановка в стране накалялась, и многие поддавались соблазну «свалить всё на Горбачёва» (совет члена ГКЧП Александра Тизякова своим подельникам).
«Дело КПСС» — рассмотрение в Конституционном суде РФ в 1991-1992 годах вопроса о конституционности указов Бориса Ельцина о приостановке деятельности КПСС и КП РСФСР, их имуществе и роспуске. Суд признал неконституционным роспуск первичных парторганизаций, но оставил в силе решение о роспуске руководящих структур компартии. По вопросу о проверке конституционности КПСС производство было прекращено в связи с тем, что в августе-сентябре 1991 года КПСС фактически распалась.
