Злые профессора и «голодные игры»: как Влад Голдин стал социологом и пробился в НБА
Растешь в Воронеже и не думаешь о профессиональном спорте, а потом всего за три года жизнь меняется настолько круто, что ты вдруг оказываешься один в тысячах километров от дома и перед тобой маячит шанс заиграть в лучшей лиге мира. Forbes Sport поговорил с центровым «Майами Хит» Владиславом Голдиным о том, как в восемнадцать оказаться в чужой стране без знания языка, пять лет не видеть родителей, сменить три университета и пройти через преддрафтовую мясорубку, чтобы ухватить свой шанс.
«Бояться было уже поздно»
Российская школа устроена так, что к 15 годам ребенок просто обязан представлять себе свое будущее и делать выбор в пользу того или иного пути. Раннее профилирование классов, давление из-за будущей сдачи ЕГЭ — уже к окончанию начальной школы, по-хорошему, ты должен знать, физик ты или лирик, и по каким предметам надо нанимать репетиторов. Влад Голдин до 15 лет свой путь не выбирал. Занимался себе в удовольствие всеми возможными видами спорта, на которые отдавал его отец — бегал, плавал, боролся, играл в баскетбол с третьего класса. Но никогда не думал о профессиональной карьере, пока не появился интерес со стороны баскетбольного ЦСКА.
«Когда ЦСКА заинтересовался и пригласил, в тот момент что-то щелкнуло в голове: что нужно делать выбор, играть ли профессионально, и если играть, то нужно действительно вкладываться и прилагать максимальные усилия. Скажем так, только в 15 лет я начал относиться к баскетболу серьезно».
Оканчивая школу, Влад играл за молодежную команду ЦСКА и сборные России U-18 и U-19, сдавал ЕГЭ и думал, что, как и большинство спортсменов, будет поступать на тренерский факультет (потому и выбрал сдавать ЕГЭ по биологии) либо в Воронежскую государственную академию спорта, либо в МГАФК (Московскую государственную академию физической культуры).
«Когда мой агент предложил уехать и попробовать поиграть за океаном, для меня это было из разряда фантастики. Я не понимал, как это будет выглядеть, где я буду учиться, и, если бы успел всерьез подумать, то, наверное, испугался. Но переезд произошел настолько быстро, что осознание пришло только когда уже оказался там. Бояться было уже поздно».
Так Голдин оказался в Коннектикуте, в школе Putnam Science Academy, по-английски зная разве что баскетбольные термины. «При знакомстве в школе спросили, какой у меня рост. Я ответил: Влад. Ну они поняли, что дальнейшие разговоры бессмысленны и мы общались через онлайн-переводчик».
Незнание языка как раз и повлияло на то, что Влад на год еще остался в школе, пусть и американской. Там играл в баскетбол, учил язык и снова сдавал экзамены, чтобы поступить в институт. И все это время оставался один.
«Родителей увидел только через пять лет — они приехали ко мне лишь в марте прошлого года. На самом деле, не видел трагедии в том, чтобы самому заботиться о себе. Когда я переехал в интернат ЦСКА в 15 лет, тоже жил без родителей. Да, было тяжело, пришлось учиться решать собственные проблемы, бытовые задачи. Мы сами отвечали за порядок в своих комнатах, хотя воспитатели вставляли нам за бардак. Тем не менее именно там я понял, что такое самодисциплина. Рядом нет мамы с папой, которые бы заставляли тебя учиться, готовиться к экзаменам, а заставлять себя самому очень сложно. Тем не менее я сдавал и ОГЭ, и ЕГЭ. Так что, когда переехал в США, поменялся только язык. Все остальное я умел делать. Возможно, окажись я там без опыта в ЦСКА, где-нибудь да сломался бы. А так тебе все равно помогают, объясняют, где будешь жить, как будешь жить, кормят. Да и одиноко мне не было — повезло, что в школе, кроме меня, были еще русские парень и девочка».
Влад признается, что, переезжая, не думал, что строит свое спортивное будущее, что нужно перетерпеть трудности ради чего-то большего, что ждет впереди. Но говорит, что очень благодарен за то, что жизнь его постоянно чему-то учила и сумела подготовить ко всем испытаниям.
«Однажды, еще в Воронеже, я проспал тренировку, на которую надо было вставать в пять утра. После этого отец купил мне огромный будильник. Насколько громко он будет звонить, мы заранее не проверили, а на следующее утро в пять утра… Признаюсь, что никогда так не пугался. Даже моя собака обделалась, а все члены семьи вскочили, готовые выходить со мной на тренировку. Вот из таких моментов и строится самодисциплина. Ты один раз ошибаешься — тебе прилетает, и потом уже понимаешь, что не хочешь подставлять себя, родных, товарищей по команде».
Не был Влад Голдин ребенком, который сам все раскладывает по полочкам, сознательно живет строго по режиму и расписанию: «Я был обычным воронежским разгильдяем, иногда не хотел тренироваться, мог проспать, прогулять. Но у меня всегда были рядом люди, которые помогали и подталкивали».
Сам Голдин говорит, что почувствовал себя взрослым лет в 20 — он как раз перешел в Атлантический университет Флориды (Florida Atlantic University), сам занимался переездом, искал жилье и решал множество организационных вопросов. Но, кажется, Влад слишком строг к себе — принимать взрослые решения он начал значительно раньше.
«Вообще, у меня всегда было ощущение, что в каждый момент жизни я нахожусь там, где и должен быть именно в это время. Так что я очень благодарен судьбе за это».
«Так один предмет и завалил»
Университет во Флориде был уже вторым колледжем для нашего баскетболиста в Америке. Первый курс, как и первый свой сезон в NCAA (Национальной ассоциации студенческого спорта), Голдин провел в команде Техасского технологического университета. Туда как раз после годичной российской командировки в клуб Единой лиги ВТБ «Локомотив-Кубань» пришел работать Боб Доневальд. Он-то и приметил талантливого парня с ростом 216 см в школе Патнэма.
«При выборе места учебы, как и любой спортсмен, я учитывал существующую там баскетбольную команду и тренера. Потому что все остальное достаточно легко подстраивается под баскетбол».
Сделать выбор ему помог интерес тренера, а также российский игрок Андрей Саврасов, который как раз в том сезоне играл в команде Техасского технологического, а сейчас выступает в Единой лиге ВТБ за «Самару». «Мне было проще выбрать эту команду и этот университет, потому что была возможность увидеть, как там все выглядит изнутри, легче было сделать некий анализ».
Несмотря на успешно сданный экзамен по английскому, язык все еще являлся значительным препятствием для Влада. В итоге за весь сезон он сыграл только 10 матчей, набирая в среднем по 1,9 очка за игру, в конце сезона подал заявку на переход в другую команду через трансферный портал NCAA.
«Раньше правила были такие, что при смене вуза и команды ты целый год не имел права играть в баскетбол — мог тренироваться, но не участвовать в матчах. Но за год до моего перехода правила изменили и разрешили делать неограниченное количество переходов без обременений».