Григорий Ревзин о Томасе Море и его «Утопии»

WeekendИстория

Как была придумана утопия

Проект Григория Ревзина «Оправдание утопии». Томас Мор: «Утопия»

Ганс Гольбейн Младший. «Портрет Томаса Мора», 1527. Источник: The Frick Collection

С позиций архитектуры это не самая интересная утопия. «Кто узнает хотя бы один город, тот узнает все города Утопии: до такой степени сильно похожи все они друг на друга»,— читаем мы в этой книге. То есть степень визуальной выразительности этой фантазии можно принять за точку ноль. Однако история утопии без Мора невозможна, он придумал это слово.

Человек этот выглядит неясным из-за чрезмерной определенности: две оптики, в которых мы его видим, трудно свести между собой. Его похожие как два склада контейнеров города, в которых живут люди, на всю жизнь одетые в одинаковую одежду,— не единственное предвидение будущего советского идеала. Мор предложил радикальную модель воспитания горожан в духе близости к крестьянству: любого городского жителя Утопии отправляют на два года в деревню на постоянное жительство — и после этого отправляют каждый год на помощь в сборе урожая. Этой идеей прониклись и Мао Цзэдун, отправлявший жертв «Культурной революции» в деревню на перевоспитание, и в менее радикальном виде Леонид Брежнев, придумавший отправлять студентов и интеллигенцию в колхозы и на овощебазы.

«Если у кого появится желание повидаться с друзьями, живущими в другом городе, или просто посмотреть на самую местность, то <…> они отправляются одновременно с письмом от князя, свидетельствующим о позволении, данном на путешествие, и предписывающим день возвращения. Если кто преступит свои пределы по собственному почину, то, пойманный без грамоты князя, он подвергается позорному обхождению: его возвращают как беглого и жестоко наказывают. Дерзнувший на то же вторично — обращается в рабство». Эта модель в СССР полностью применялась только к колхозникам. Городские жители могли передвигаться по советским городам без дозволения, тут вышло послабление. Но без командировочного удостоверения они испытывали сложности с поселением и питанием, так что лучше все же было его иметь.

Ну и ГУЛАГ. «Вся Воркута на зэках стоит! — писал Александр Солженицын в „Круге первом".— Весь Север! Да вся страна одним боком на них опирается. Ведь это, знаете, сбывшаяся мечта Томаса Мора. <…> Томаса Мора, дедушки, который „Утопию" написал. Он имел совесть признать, что при социализме неизбежно останутся разные унизительные и особо тяжелые работы. Никто не захочет их выполнять! Кому ж их поручить? Подумал Мор и догадался: да ведь и при социализме будут нарушители порядка. Вот им, мол, и поручим! Таким образом, современный ГУЛАГ придуман Томасом Мором, очень старая идея!»

Мыслитель, много подаривший потомкам. Вместе с тем это католический святой (канонизирован в 1935 году), мученик, казненный за отказ признать аннулирование брака короля Генриха VIII с Екатериной Арагонской и его брак с Анной Болейн, и в более общем виде — за то, что отказался выйти из католической церкви. Такое мученичество в разные века принимали многие христианские святые, но Мор единственный, кто повел себя как истинный христианин, находясь в должности лорд-канцлера королевства (это более или менее равно премьер-министру). Столь истовые страстотерпцы редко попадают в премьер-министры, должность эта предполагает большую склонность к компромиссу. Но никаких иных интересов, кроме нежелания предавать свои убеждения, ни его судьи, ни последующие историки у него не нашли.

Что касается одежды, то покрой ее остается одинаковым, неизменным и постоянным на все время. Томас Мор. «Утопия»

При этом облик Мора в частной жизни отчетливо не совпадает ни с идеологом модернизированного насилия во имя счастья, ни с религиозным страстотерпцем. Эразм Роттердамский, близкий друг Мора (на мой взгляд, Эразм — это самый симпатичный человек среди гуманистов Ренессанса, так что их дружба уже о многом говорит), так описывает его в письме Ульриху фон Гуттену: «Его лицо часто озаряется улыбкой, и вообще оно служит верным зеркалом его внутренних качеств, его веселого и любезного нрава. Действительно, Мор скорее веселый человек, чем серьезный степенно-важный муж». Представьте себе вот этого человека, кладущего голову на плаху за авторитет папы римского. Представьте себе вот этого человека, сочиняющего план ГУЛАГа.

«Утопия» Мора — хорошо прочитанное человечеством произведение, оттуда трудно вычитать что-то незамеченное. Тем не менее позволю себе начать с того, что задело при последнем перечитывании меня лично. Книга эта состоит из двух частей, рассказ об Утопии — это вторая, а первая — длинная беседа между Мором, их общим с Эразмом другом Петром Эгидием и придуманным Мором путешественником в Утопию Рафаилом Гитлодеем. «Нельзя навязывать необычные рассуждения людям, держащимся противоположных убеждений, так как эти рассуждения не будут иметь у них никакого веса; тебе же надо стремиться окольным путем к тому, чтобы по мере сил все выполнить удачно, а то, чего ты не можешь повернуть на хорошее, сделать, по крайней мере, возможно менее плохим»,— говорит Мор. «Из этого не может выйти ничего другого, как то, что, стремясь вылечить бешенство других, я сам с ними сойду с ума»,— парирует Рафаил. Из этого рождается, выражаясь в современных терминах, максима о консалтинге — ты можешь быть успешным только в том, что противоречит твоим убеждениям, и неизменно терпишь неудачу, пытаясь им следовать. Отсюда — философ не должен искать союза с политиком. Платон говорит: либо философы должны управлять, либо политики должны стать философами. Невозможно ни то, ни другое, отвечает Мор.

Отправившись на казнь, он доказал справедливость этой теории опытным путем, и его поведение перед казнью демонстрирует отстраненность экспериментатора. Генрих VIII послал на переговоры с Мором герцога Норфолкского. «Опасно воевать с государством,— сказал герцог,— и я хотел бы, чтобы вы уступили королю. Ведь, ей-богу, гнев короля — смерть». На что Мор ответил: «И все, милорд? Но тогда между нами лишь та разница, что я умру сегодня, а вы — завтра». Мне кажется, что эта стоическая позиция отстраненности характеризует Мора не только в последние дни его жизни. И в частности — в истории с «Утопией».

Карта острова Утопия из первого издания «Утопии», 1516. Источник: Alamy / ТАСС

Текст написан на латыни, в 1516 году Мор переслал рукопись Эразму, который отредактировал ее и издал в Лёвене, в Бельгии. На английском книга появилась в 1551 году, через 16 лет после казни Мора, сам он не планировал английского варианта, не делал перевода и, занимая различные государственные посты, в целом способствующие повышению интереса к творчеству их занимающего, никак не пропагандировал свои идеи в Англии. То есть это сочинение для себя и для узкого круга читателей, число которых автор не стремился увеличить.

Каутский назвал Мора первым коммунистом, для следующих поколений коммунистов это яснее ясного — отказ от собственности, понимание ее как источника всех бед человечества. Мор действительно описывает общество без частной собственности, но если рассматривать текст не как агитацию, а как философское исследование, непонятно, что здесь может быть интересно ему и его друзьям. В его время идея такого отказа не была оригинальной. Я даже скажу, что после 500 лет монастырской жизни это была банальность — собственность порицала более или менее вся средневековая христианская философия, не говоря уже о государстве Платона, к которому он несколько раз прямо апеллирует.

У Мора есть, конечно, отличия от Платона. В основе общества в Утопии — семья, «каждое семейство не должно заключать в себе меньше десяти и более шестнадцати взрослых», эти семьи занимаются определенным ремеслом, и если сын не хочет заниматься тем, чем и отец, то он должен переходить в другую семью. Как справедливо отметил Льюис Мамфорд, если Платон избрал в качестве идеальной модели общества казарму, то Мор — сельскую кровнородственную общину. Отсюда отличие от Платона в отношении общности жен и детей — при семейном построении общества это мало представимо. Напротив, у Мора дети воспитываются в семье, а прелюбодеяние карается обращением в рабство, а вторичное — смертной казнью, которую вообще-то в Утопии мало практикуют. Так же, как у Платона, управляют государством философы, но в отличие от Платона философами в Утопии не рождаются. У Платона люди, достойные управлять, имеют к тому природную предрасположенность мистического свойства, с этим даром нужно родиться. У Мора все учатся (под руководством священников в свободное от работы время), а проявившие наибольшие успехи рекрутируются в управленцы, при этом все государственные магистратуры выборные.

Это важные изменения, но вопрос в том, стоят ли они книжки. Они, как я понимаю, объясняются как коррекция Платона посредством римского наследия — роль pater familias, роль Сената, консула, годичные магистратуры идут оттуда. Соединение Платона с римской юридической мыслью — небезынтересная задача из области теории права. Но мне кажется, она не дотягивает до вызова, который мог бы увлечь Мора. У него в его тексте есть энтузиазм первооткрывателя, пафос новизны — так в чем же открытие?

Стоит обратить внимание на самый несерьезный момент книги Мора — его рассказ о том, что Рафаил попал в Утопию после четвертого путешествия, предпринятого им вместе с Америго Веспуччи. Это прием из эллинистической литературы, многие греческие авторы (больше всех известны Ямбул и Эвгемер) описывали воображаемые страны за границами обитаемой ойкумены, придавая им черты платоновского государства. Мор, несомненно, имеет в виду такие сочинения. Но он излишне конкретен в привязке воображаемого путешественника к реальной экспедиции, закончившейся только что. Если это чисто литературный ход, стоило бы рассказать о странствиях, подлинность которых никто не мог бы проверить. Вероятно, именно путешествие Веспуччи произвело на Мора большое впечатление.

Нет у них тканей ни из шерсти, ни изо льна, ни даже ситца, потому ни в чем из этого они не нуждаются. Америго Веспуччи. «Mundus Novo»

«Нет у них тканей ни из шерсти, ни изо льна, ни даже ситца, потому ни в чем из этого они не нуждаются. Нет у них также и собственного имущества, потому что все у них общее. Живут вместе без королей, без власти, и каждый из них — господин самого себя»,— пишет Веспуччи в «Mundus Novo». Это сообщение произвело большое впечатление на европейских гуманистов, к кругу которых принадлежал Мор. Один из них, Пьетро Мартире д’Ангьера, в сочинении «Декады о Новом Свете» (история путешествий в Америку от Колумба до Веспуччи) пишет: «живут в золотом веке, нагие, без мер и весов, без мертвящих денег, без законов, без продажных судей, без книг, довольствуясь природой», «считают истиной, что земля, так же как солнце и вода, являются общими, и что не должно быть ни „твоего", ни „моего", как зерна, из которого произрастает все зло». Мор мог знать это сочинение, оно было в библиотеке Екатерины Арагонской, интересы которой он так несчастливо принял близко к сердцу.

В крайне асексуальном мире Утопии есть один странный эпизод: перед заключением брака жених и его семья осматривают нагих кандидаток, после чего выбранная невеста и ее семья осматривают нагого жениха — полагаю, это прямое последствие чтения сообщений об обычаях Америки. Открытие Мора для него самого, возможно, заключалось не в том, что в совершенном обществе не должно быть частной собственности, а в том, что есть общество, которое без нее существует сегодня. Вот это было сногсшибательным известием. Гуманисты — тот же Эразм — вслед за схоластами, считали частную собственность следствием грехопадения, и тут уж действительно ничего не поделаешь. Но вдруг оказалось, что есть целые народы, которые живут как будто его не было. Отсюда впоследствии возникает мысль Руссо о естественном человеке как человеке безгрешном, но, вероятно, Мор как христианин не допускал абсурдного, хотя и напрашивающегося вывода о том, что аборигены Америки не переживали грехопадения. Но тогда вставал вопрос, как же это возможно, что они живут в «золотом веке».

Текст содержит ответ в следующем сообщении об истории Утопии. «Некогда, лет тысяча двести тому назад, один корабль, который занесла туда буря, погиб от крушения у острова Утопии; были выброшены на берег какие-то римляне и египтяне, которые никогда потом оттуда не вернулись». Я полагаю, что Мор мыслил свое сочинение не столько как описание идеального общества, сколько как историческую реконструкцию,— это история о попаданцах. В античности, в период где-то между Христом и Плотином, на далекие острова попали некие платоники, знаем мы из них только основателя государства, Утопа. Они основали идеальное государство, и люди Нового Света живут по его принципам. Это был утопический эксперимент, который удался.

Не во всем. Отклонения Мора от Платона можно объяснить задачей исторической реконструкции. Он, в отличие от своих итальянских друзей, и прежде всего Пико делла Мирандолы, которого он перевел на английский, скептически относился к мистическому знанию, астрологии, магии металлов, и платоновские рассуждения об изначальной предрасположенности человека к тому, чтобы быть философом и правителем из-за свойств крови, должны были ему казаться малоубедительными. Он попытался придумать, как бы платоновское государство могло существовать без этого. Поэтому он ввел электоральные институты, а из-за них распространил принцип отсутствия собственности на всех граждан. Я думаю, от известий об аборигенах он отталкивался и в том, что сделал основой общества кровнородственную семью. Есть, впрочем, новация и лично от себя, не продиктованная задачами реконструкции Платона. Мор долго был судьей и в соответствии с законами своего времени отправлял на казнь за множество преступлений, совершенно несоразмерных лишению жизни. Желая изменить эту практику, он придумал идею исправительных работ.

В истории утопий почти нет таких, которые не имели бы в виду покорить красотой замысла и искусством повествования как можно больше людей — за исключением первой из них. Мора понимали по-разному, но с чем, кажется, никто не спорил — эта книга вообще не для широкого читателя, это своего рода головоломка, разгаданная автором для узкого круга друзей. Иногда люди в высшей степени симпатичные, очень умные, образованные, идеально воспитанные, в разговоре, кажется, немного отсутствуют, думают что-то свое, чуть улыбаясь своим мыслям, и не отдают себе отчета, насколько странными последствиями это может отозваться. Мне кажется, Мор на портрете Ганса Гольбейна как раз такой.

Хочешь стать одним из более 100 000 пользователей, кто регулярно использует kiozk для получения новых знаний?
Не упусти главного с нашим telegram-каналом: https://kiozk.ru/s/voyrl

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Наше дело смертное Наше дело смертное

Игорь Гулин о книге «Новому человеку — новая смерть?»

Weekend

Истории, которые точно могли бы лечь в основу продолжения легендарного кино

Playboy
Венера Коломенская Венера Коломенская

Как участники добрососедства Коломны спасли местную достопримечательность

Собака.ru
Почему запрет рекламы молочных смесей не поможет сделать детей здоровыми Почему запрет рекламы молочных смесей не поможет сделать детей здоровыми

На какие аспекты материнства стоит обратить внимание депутатам?

Forbes
Кошки-мышки: как сотрудники обходят системы контроля компаний за рабочим временем Кошки-мышки: как сотрудники обходят системы контроля компаний за рабочим временем

Как сотрудники, обходя системы контроля, делают компании киберуязвимыми

Forbes
«Мемориал»* в цифрах и фактах «Мемориал»* в цифрах и фактах

История организации, исследовавшей политические репрессии в СССР

Дилетант
Право голоса Право голоса

Три героини молодого поколения — о том, из чего сделаны сегодняшние девочки

Vogue
Несломленная свобода Несломленная свобода

Как паркур в Газе нашел свой собственный мир среди войны

Men’s Health
Метод Тора: как тренируется Крис Хемсворт Метод Тора: как тренируется Крис Хемсворт

Делимся некоторыми несложными, но действенными упражнениями Криса Хемсворта

Esquire
История легендарной обложки альбома Queen II и фотографии, обложкой не ставшие История легендарной обложки альбома Queen II и фотографии, обложкой не ставшие

Как связана Марлен Дитрих с легендарной обложкой альбома Queen II

Maxim
Мода, наркотики, йога: как менялась внешность Кейт Мосс за последние 30 лет Мода, наркотики, йога: как менялась внешность Кейт Мосс за последние 30 лет

Как менялась внешность культовой модели Кейт Мосс 1990-х за последние 30 лет

Cosmopolitan
7 лучших выступлений на шоу 90-х MTV Unplugged 7 лучших выступлений на шоу 90-х MTV Unplugged

Как вдруг MTV Unplugged стала символом уходящего рока

Maxim
В храме богини Аллат нашли древнейшие изображения гибридных верблюдов В храме богини Аллат нашли древнейшие изображения гибридных верблюдов

Ученые из Италии и Ирака работали над консервацией храма богини Аллат

N+1
Под знаком весов Под знаком весов

Диляра Теляшева рассказывает, как семь лет сражалась с нервной анорексией

Tatler
Бюджетные правила: как грамотно экономить деньги Бюджетные правила: как грамотно экономить деньги

Правила экономии средств от инвестиционного советника

Forbes
Диоксид олова помог сделать эффективные перовскитные солнечные элементы Диоксид олова помог сделать эффективные перовскитные солнечные элементы

Скорость нежелательной безызлучательной рекомбинации снизилась на 80 процентов

N+1
История «Голубого огонька»: когда зажегся, как сиял и почему потух? История «Голубого огонька»: когда зажегся, как сиял и почему потух?

«Голубой огонёк»: от взлета в 60-х до кончины в 80-х и возрождения в конце 90-х

Esquire
Замужем за мафией: 6 жен самых опасных в истории гангстеров Замужем за мафией: 6 жен самых опасных в истории гангстеров

Чем жизнь жены преступника номер один отличается от судеб обычных людей?

The Voicemag
Пурпурноголовые малюры неожиданно для орнитологов вывели птенцов во время сухого сезона Пурпурноголовые малюры неожиданно для орнитологов вывели птенцов во время сухого сезона

Ранее считалось, что малюры размножаются почти исключительно в период дождей

N+1
10 культовых фильмов, которым в 2022-м году исполняется 20 лет 10 культовых фильмов, которым в 2022-м году исполняется 20 лет

В этой подборке мы вспомнили 10 культовых картин, которые празднуют юбилей

Cosmopolitan
10 вредных советов, как выглядеть умнее в Zoom на удаленке 10 вредных советов, как выглядеть умнее в Zoom на удаленке

Мы перевели на русский смешные и очень практичные советы художницы Сары Купер

Maxim
С кожей что-то не так: что такое атопический дерматит и как его лечить С кожей что-то не так: что такое атопический дерматит и как его лечить

О симптомах и способах лечения атопического дерматита

РБК
Гамбезон: легкий доспех Средневековья Гамбезон: легкий доспех Средневековья

Гамбезон — один из самых популярных доспехов средневекового воина

Популярная механика
10 продуктов, которые самые здоровые люди на планете едят каждый день 10 продуктов, которые самые здоровые люди на планете едят каждый день

Что такого бы съесть, чтобы оздоровиться и чувствовать себя на все сто?

Cosmopolitan
Что происходит в Бермудском треугольнике: странные случаи и причины Что происходит в Бермудском треугольнике: странные случаи и причины

Легенды о Бермудском треугольнике ходят еще со времен Колумба

Популярная механика
Чувство локтя Чувство локтя

Российские молодежные марки презирают правила модной индустрии

Vogue
ЗОЖ вам! ЗОЖ вам!

То, что здоровая еда нужна и интересна только женщинам, – это стереотип

Домашний Очаг
Что посмотреть на выходных: 5 лучших иностранных экранизаций русской классики Что посмотреть на выходных: 5 лучших иностранных экранизаций русской классики

Русская классика всегда вдохновляла и зарубежных режиссеров

Популярная механика
6 худших фраз после секса 6 худших фраз после секса

Вводим моду на постсексуальное молчание и запоминаем слова, которые стоит забыть

Maxim
Мотор, экшен! Мотор, экшен!

Фэшн-директор Лиля Симонян — о самых необычных моментах на модных съемках

Elle
Открыть в приложении