13-я глава мемуаров Юджина Сернана

National GeographicНаука

Выхожу в открытый космос: мемуары Юджина Сернана

Он стал третьим человеком, который побывал в открытом космосе. Его воспоминания о 5 июня 1966 года вошли в книгу «Последний человек на Луне», которую перевело издательство «Бомбора». Публикуем 13-ю главу мемуаров.

Сернан на Луне во время миссии «Аполлон-17». Фото: NASA

...Мы [напарником Юджина был Томас Стаффорд – прим.ред.] помогли друг другу подстыковать шлемы, надеть поверх легких шелковых перчаток тяжелые герметичные и надуть скафандры, которые стали твердыми как камень. Когда я накачал свой скафандр до 0,25 атмосферы, он оказался настолько жестким, что не хотел гнуться вообще — ни в локте, ни в колене, ни в поясе, ни где-либо еще. Впечатление было такое, как будто мое снаряжение сделано из затвердевшего гипса – от кончиков пальцев на руках до пальцев ног.

Ведь там, куда я собирался, температура под свободно падающими солнечными лучами в несколько раз выше, чем в середине дня в любой пустыне на Земле, а ночной холод может заморозить сталь так, что она станет хрупкой как стекло. Без этих защитных слоев я бы в одно мгновенье вскипел или замерз.

ЦУП прогнал последний цикл проверок всех систем и дал мне разрешение открыть люк. На 31-м обороте вокруг Земли, утром в воскресенье 5 июня по хьюстонскому времени, но все еще ночью с моей точки зрения, я схватил большой штурвал над головой и повернул его. Перед стартом требовалось несколько человек, чтобы справиться с закрытым тяжелым люком, но в невесомости он отошел свободно.

Юджин Сернан в открытом космосе. Фото: NASA/Tom Stafford

«Говорит «Джемини-9». Мы выходим», — передал я всем.

Я оттолкнулся от пола кабины, схватился за края люка и стал вылезать, пока не встал ногами на кресло. Половина моего тела торчала теперь из «Джемини-9», и я ехал подобно праздному зеваке, ожидая, когда над Калифорнией взойдет Солнце.

Господи, вот это было зрелище! Ничто не подготовило меня к мощной перегрузке органов чувств. Впечатление было такое, будто я всунул голову в калейдоскоп, где формы и цвета меняются тысячу раз в секунду.

1.jpg
Одной из целей миссии была стыковка с кораблём ATDA. Этому помешал неотделившийся обтекатель – из-за него ADTA прозвали «Злым аллигатором».

«Аллилуйя! — это всё, что я смог изречь. — Ребята, как же тут красиво!» Космос был мертвым и пустым, и одновременно живым и динамичным. Поскольку мы неслись на скорости 28 000 км/час, мы вскоре въехали в зарю. Полная темнота уступила место призрачному серому туману, затем вдоль широкого искривленного горизонта появилась тонкая, слабая полоска нежно-голубого цвета.

Она быстро усилилась, под ней появились узкие полоски золота, и затем выпрыгнул сияющий диск Солнца, чтобы озарить небо, где всего за мгновенье до этого царствовала ночь, и его лучи стали медленно стирать тьму на планете внизу. По обе стороны Калифорнийского полуострова мерцала голубая вода, а пустыни нашего Юго-Запада сияли, как начищенная бронза. На многие мили тянулось кружево тонких, мягких облаков цвета слоновой кости. Казалось, что ты сидишь у порога Господа.

Свод неба надо мной еще оставался черным, как сажа, но звезд уже не было видно, и холод космической ночи уступил место температуре жаркой печи. В сиянии утреннего Солнца мы пересекли побережье Калифорнии, и я мог одним взглядом охватить пространство от Сан-Франциско и до середины Мексики.

Время, позволившее мне несколько мгновений впитывать эту панораму, было моим другом, но оно же могло стать и врагом. Усилием воли я оторвался от созерцания и приступил к работе. Том держал меня за ноги, чтобы дать мне опору, и я поставил на кронштейн 16-миллиметровую кинокамеру «Мауэр».

Затем я потянулся вперед и закрепил на носу корабля небольшое зеркало. С его помощью Том сможет наблюдать за мной.

У меня не было космического «пистолета» для перемещения, каким пользовался Эд Уайт – так что мне предстояло выяснить, способен ли человек маневрировать в космосе, имея в распоряжении лишь длинный фал, за который можно подтягиваться.

Итак, я оттолкнулся и вылетел вверх, как кукла на пружине. Я ничего не весил уже двое суток, так что в этом ощущении не было ничего нового, но теперь я двигался прочь из обжитого и кажущегося защищенным пространства кабины «Джемини-9». Лишь два человека до меня смогли испытать такое.

Некоторые из врачей NASA предупреждали, что если я посмотрю вниз и увижу, как далеко подо мной плывет Земля, меня может охватить космическая эйфория, как если бы я падал головой вниз. Странная логика. Мой мир строился не относительно Земли, а относительно корабля, с которым мы летели вместе с одной и той же скоростью. Никакой потери ориентации не возникало, и больше мы никогда о космической эйфории не вспоминали.

Моей единственной связью с реальным миром был фал, который мы называли «змея». Теперь он решил преподать мне урок законов Ньютона. Самое легкое движение воздействовало на все мое тело, далее волна шла по фалу и встряхивала корабль. Поскольку мне нечем было остановить свое движение, я утратил контроль над телом и стал кувыркаться. Когда фал растянулся, меня дернуло назад, как на резинке, и «змея» стала заматывать меня, как будто пыталась восстановить первоначальную форму. Я ничего еще не сделал — и уже почти проиграл сражение. Никто не мог предупредить меня об этих сложностях. Я уже вышел из пределов опыта Уайта и Леонова – и оказался на незнакомой территории.

Мне казалось, что я сражаюсь с осьминогом. Я делал безумные лихорадочные петли вокруг корабля, как если бы скользил по лужам масла. Конечно, я не потерялся в космосе, но был совершенно беспомощен.

Даже простое движение разворачивало меня вверх ногами или спиной вперед, и я все время кувыркался. Это было похоже на медленный балет. Я смог обрести некоторый контроль над ситуацией лишь тогда, когда сумел ухватиться за то место, где фал выходил из люка — как будто взял собаку на короткий поводок. Я боролся с канатом около получаса и в итоге решил, что эта «змея», пожалуй, самое злонамеренное пресмыкающееся после того, которое Ева встретила в Эдеме.

Мне надо было отдохнуть; я уцепился за небольшой поручень и подтянулся к открытому люку, как тонущий, которому удалось схватиться за лесенку.

Обретя стабильность, я глубоко вздохнул... и рыгнул. Соленый вкус того большого огурца, который я съел пять дней назад по поводу отмены старта, вернулся, чтобы не давать мне покоя до конца выхода.

Ничем не защищенное Солнце, сияющий белый огненный шар, смотрело на меня, посягнувшего на его владения. Невероятным был и вид Земли, которая проносилась у меня под ногами. Голубой цвет горизонта пропал, и теперь лишь тонкая искривленная полоска лазури переходила в черноту космоса. С точки, где не было никакой погоды, я глядел вниз на вершины грозовых облаков и на гигантские пушистые «пальцы» урагана Альма. В океане я мог видеть V-образные следы кораблей, а на суше — темные сетки больших городов. С горных хребтов в сторону океанов сбегали изящные реки, и я наблюдал, как Миссисипи вьется в своем движении к Новому Орлеану. Всю палитру цветов давали изумрудные тропические леса, бронзовые пустыни, сапфировые воды и облака цвета слоновой кости, а над всем этим царила полная чернота.

Между тем часы тикали, и мне нужно было добраться до кормовой части корабля, пока еще светло, залезть в реактивное кресло и зафиксироваться в нем. Дальше я должен буду пристыковать к своему нагрудному ранцу новый фал с питанием и кислородом от AMU и привязать себя к кораблю 38-метровым тонким нейлоновым тросом. Когда же Солнце взойдет вновь, Том щелкнет выключателем и подорвет единственный пироболт, удерживающий установку на «Джемини». И вот тогда я отплыву от корабля, сам управляя своим полетом, и стану первым человеком — самостоятельным спутником Земли.

Но сначала я должен был добраться туда, где лежала установка. Мой скафандр препятствовал каждому движению. Мне требовались гибкость и мобильность, а у него не было ни того, ни другого. Он раздулся и пытался сохранять свою форму, как бы я ни старался изогнуть его. Надавите на воздушный шар — и он вернется к первоначальной форме, как только вы уберете палец. То же самое происходит и в открытом космосе. Чтобы сделать скафандр прочнее, в его ткань была вплетена сетка с ромбическими ячейками, которая придала всей конструкции гибкость ржавой кольчуги. Я мог согнуть руку в локте, но после этого требовалось все время прилагать усилие, чтобы удерживать ее в новом положении. От этого у меня повысилась частота сердцебиения, и я тяжело дышал, пытаясь найти опору. Как хорошо, что я долгие часы проводил в спортзале, накачивая мускулы.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

«Не надо выбирать между земным и небесным» «Не надо выбирать между земным и небесным»

Интервью с мастером цигуна Владимиром Сидоровым

National Geographic
Эдвард Кеннеди — первый журналист, сообщивший о конце войны в 1945 году Эдвард Кеннеди — первый журналист, сообщивший о конце войны в 1945 году

Но был осужден и уволен из Associated Press за нарушение эмбарго

Playboy
Динозавр с «руками-ножницами» найден в Каталонии Динозавр с «руками-ножницами» найден в Каталонии

Вид динозавра, неизвестный науке ранее, жил 130 миллионов лет назад

National Geographic
Почему первая коллекция Fenty вдохновлена движением моделей 1960-х Почему первая коллекция Fenty вдохновлена движением моделей 1960-х

Рианна рассказала Vogue об истории создания своей одежды

Vogue
11 способов становиться немного умнее каждый день 11 способов становиться немного умнее каждый день

Интеллект, как и тело, требует правильного питания и регулярных тренировок

Psychologies
Устроиться в «Газпром» престижнее, чем в стартап Устроиться в «Газпром» престижнее, чем в стартап

Леонид Богуславский — об инновационном бизнесе в России

РБК
Мамины глаза Мамины глаза

Совместная история Юлии Хлыниной и ее мамы Светланы

OK!
Стоит ли носить яркие костюмы так, как это делает Дональд Гловер? Стоит ли носить яркие костюмы так, как это делает Дональд Гловер?

Подружись со своим внутренним Childish Gambino

GQ
Самые уважаемые руководители компаний в мире — 2019 Самые уважаемые руководители компаний в мире — 2019

Reputation Institute составил список генеральных директоров с лучшей репутацией

Forbes
Без отпуска, или самые частые ошибки, которые портят все Без отпуска, или самые частые ошибки, которые портят все

Есть обстоятельства, на которые можно повлиять, чтобы провести отпуск мечты

Добрые советы
Как начать разбираться в арт-рынке Как начать разбираться в арт-рынке

Чтобы понять, как устроена индустрия искусства, следуйте нашим советам

GQ
7 самых полезных опций стиральных машин, за которые стоит заплатить 7 самых полезных опций стиральных машин, за которые стоит заплатить

Что полезного умеют стиральные машины, стоящие выше бюджетной ценовой категории?

CHIP
Внутри кто‑то есть Внутри кто‑то есть

Квартира в центре Москвы и удивительный мир современного искусства

AD
«Мы расстались»: что писать в соцсетях после разрыва «Мы расстались»: что писать в соцсетях после разрыва

Как публичность может навредить или помочь при разрыве

Psychologies
Есть ли жизнь без диплома? Есть ли жизнь без диплома?

Самореализация и формальные достижения не всегда совпадают

Psychologies
Восточные практики: с чего начать? Восточные практики: с чего начать?

Как понять, какое направление восточных практик подходит именно вам?

Psychologies
Ярче любых вывесок: как полюбить неоновый тренд Ярче любых вывесок: как полюбить неоновый тренд

Дизайнер и модница Маша Цигаль задалась целью заразить тебя тягой к неону

Cosmopolitan
Прямо с куста Прямо с куста

Ягоды — это радость глаз и взрыв вкуса

Добрые советы
Хакеры получат отпор на едином портале Хакеры получат отпор на едином портале

Эксперты одобрили концепцию платформы для сбора информации о киберпреступлениях

РБК
«Следствие приписывает мне способности Кашпировского». Михаила Абызова оставили под арестом «Следствие приписывает мне способности Кашпировского». Михаила Абызова оставили под арестом

Михаила Абызова оставили под арестом еще на два месяца

Forbes
Компания «Яндекс» удовлетворит все запросы лентяев Компания «Яндекс» удовлетворит все запросы лентяев

И это прекрасно. Рассказываем о пяти главных анонсах с конференции компании

GQ
Доходность до 466%. Сколько заработали инвесторы в криптовалюту с начала года Доходность до 466%. Сколько заработали инвесторы в криптовалюту с начала года

Самая популярная криптовалюта биткоин только в мае подорожала почти на 100%

Forbes
На пути к «умному» производству На пути к «умному» производству

Лидеры российской металлургии внедряют передовые решения мирового уровня

Эксперт
Весенняя романтика: 9 кокетливых юбок для чувственного образа Весенняя романтика: 9 кокетливых юбок для чувственного образа

Для прогулок теплыми, майскими вечерами выбирай романтичные юбки длины миди

Cosmopolitan
На что опереться в переживании горя: 8 столпов силы На что опереться в переживании горя: 8 столпов силы

Человек, который переживает тяжелую утрату, отрезан от внешнего мира

Psychologies
Под семью замками: взломать смартфон на Android становится сложнее, чем iPhone Под семью замками: взломать смартфон на Android становится сложнее, чем iPhone

Некоторые устройства с Android могут оказаться более безопасными, чем iPhone

Forbes
Как надуть российскую армию: обман Как надуть российскую армию: обман

Если вы думаете, что противовоздушный щит России куют, вы ошибаетесь

Популярная механика
Заработать не только на поиске. Google объявил о масштабной внутренней реорганизации Заработать не только на поиске. Google объявил о масштабной внутренней реорганизации

Google задумался о поиске новых источников дохода

Forbes
Остров Борнхольм: пример для всего мира Остров Борнхольм: пример для всего мира

Борнхольм реализует програму Bright Green Island

National Geographic
Пугачевский бунт Пугачевский бунт

У бывших финалистов «Евровидения» — «Бурановских бабушек» — свои волнения

Огонёк
Открыть в приложении