Управляя энтропией
Так уж вышло, что мы оказались первыми поколениями людей, которые одновременно в состоянии и устроить настоящий апокалипсис, и предотвратить его, возможно в последний момент. Одна из причин нынешнего, весьма плачевного, положения дел в мире во многом объясняется отсутствием у человечества опыта обращаться с тем могуществом, что попало ему в руки.
председатель
клуба «Валдай»
Исторически космогония построена на идее возникновения всего сущего из хаоса и угрозе обратного обращения этого самого сущего в хаос. Строго говоря, вся земная история – постоянная попытка преодолеть энтропию. Второй закон термодинамики неодолим: в любой замкнутой системе энтропия – попросту говоря, мера неопределенности, хаоса – растет. С известной точки зрения вся наша Вселенная – замкнутая система и в ней энтропия так же должна расти или же оставаться неизменной, когда мера условного равного беспорядка достигнет максимума, т. е. наступит что-то вроде конца света.
Наша земная цивилизация, будучи частью Вселенной, бесспорно, имеет дело с энтропией, как и все на свете. Понятно, что простыми терминами термодинамики то, что происходит, например, в Персидском заливе, не опишешь. Но в то же время использование понятия «энтропия» и сопутствующих ему терминов позволяет некоторым образом фиксировать происходящее.
Энтропия растет, когда что-то разрушается и сокращается, и отступает, когда мы что-то упорядочиваем. Официант, к примеру, сервируя стол, сокращает энтропию, а подвыпившие клиенты, бьющие тарелки об пол с идиотическим весельем, бесспорно, увеличивают, разрушая старательно поддерживаемую администрацией ресторана гармонию. Но оставим этих сравнительно безопасных буянов. На международной арене действуют куда более грозные субъекты, и возможности увеличить энтропию у них очень велики.
В свое время, после распада СССР, было немало своеобразных мечтателей вроде Фрэнсиса Фукуямы, которые предрекали конец истории. Они, кстати, думали, что будет установлен такой мировой порядок, что энтропия в виде наступления хаоса и неопределенности будет сдержана. Но в любом случае они недооценили сложность возникающей новой мировой системы и, соответственно, переоценили свои возможности удерживать ее в состоянии стабильного развития.
Контроль энтропии был всегда важнейшей задачей человечества. В известном романе Айзека Азимова «Конец вечности» описана ситуация, которая почти что совершенно упорядочена. Люди имеют возможность управлять временем и тем самым все контролировать. Но остановлено развитие, не исследуется космос, нет ядерных технологий и т. д. Тем не менее есть лазейки. Используя их, главный герой разрушает всю систему, отстаивая свою свободу – и не только свою. Возникает новая, в чем-то рисковая, но перспективная ситуация. Начинаются космические полеты, развивается наука и т. д.
Так вот, после крушения социалистической системы и вроде бы создания условий для конструктивного, контролируемого развития элиты лидирующих и наиболее экономически сильных государств должны были найти пути согласия без порождения новых элементов неопределенности и хаоса. Увы, все произошло в каком-то смысле наоборот. Вместо построения целостной мировой системы, отвечающей уровню сложности современного мира, лидирующие западные страны взяли курс на своего рода ценностное или даже цивилизационное отгораживание от окружающего мира. Они стали строить свой современный политико-экономический Адрианов (или Троянов) вал, призванный отделить пространства преимущественного господства «первого» сорта людей от мест обитания всех прочих. Причем это сопровождалось и продолжает сопровождаться попытками относительно ухудшить положение дел у тех, кто не вошел в привилегированное меньшинство современного мира. Естественно, по версии Запада.