Петр Ануров: Это волнующе и рискованно

Победителем «новогодней битвы» 2025 г. стал фильм «Волшебник Изумрудного города. Дорога из желтого кирпича» режиссера Игоря Волошина, собравший, по данным ЕАИС государственного Фонда кино, 3,3 млрд руб. Сенсацией постновогоднего периода – кинокартина «Пророк. История Александра Пушкина» режиссера Феликса Умарова, вышедшая в прокат 14 марта (сборы на 3 апреля почти 1,6 млрд руб.). Сопродюсер обоих проектов – гендиректор компании «Кинослово» Петр Ануров.
Причем «Пророка» Ануров продюсировал в таком же формате, как и ставшие кинохитами фильмы «Тренер» и «Серебряные коньки», – большой бюджет и не меньшие амбиции, вверенные режиссеру-дебютанту. На старте работы над «Пророком» Умарову было всего 26 лет, к моменту выхода киноленты – 30 лет.
В интервью «Ведомостям» продюсер рассказал, по какому принципу выбирает режиссеров на тот или иной проект, в чем преимущества партнерской продюсерской модели, какие фильмы по книгам Александра Волкова увидит российский зритель в ближайшие годы, а также в касте какого фильма впервые встретятся на съемочной площадке звезды российского кино Юра Борисов и Иван Янковский.
– Мы недавно разговаривали с вами о том, что наша страна все-таки остается логоцентричной и фильмы, связанные с литературой, находят у зрителей особый отклик. И вот становится известно, что после выхода фильма «Пророк» в 5 раз выросли продажи биографий Пушкина. Особой популярностью пользуются книги Юрия Лотмана. Можно было бы предположить, что дети, школьники решили узнать побольше об Александре Сергеевиче, но Лотман не детское чтение. Как вы это интерпретируете?
– Не только у биографий выросли продажи. Еще и у «Капитанской дочки», «Онегина» – да в целом у всех произведений Пушкина. Как бы банально ни звучало, это и было одной из наших целей: привлечь внимание, в основном молодежи, к Пушкину. Но и вполне взрослая интеллигентная публика, которая, думаю, не живет с Лотманом как настольной книжкой, сейчас вернулась к нему. А кто-то будет покупать Галину Седову, которая написала прекрасную книгу «Ему было за что умирать на Черной речке». Я ее читал во время съемок, и по ней в том числе готовился Юра Борисов.
– Посмотрев фильм, автор этой книги стала большим поклонником «Пророка». Кстати, Галина Седова – заведующая Мемориальным музеем-квартирой А. С. Пушкина на Мойке, 12, в Санкт-Петербурге. А вы уже несколько раз говорили публично, что, замерзнув во время съемок «Серебряных коньков», зашли в этот музей погреться, взяли аудиогид и к концу экскурсии поняли, что хотите сделать фильм о Пушкине. Так что же все-таки тогда случилось на Мойке, что вас так поразило? Что услышали такого, чего не знали?
– Дело не в том, что я услышал что-то, чего раньше не знал, – там, конечно, плюс-минус школьная программа, – но выяснилась удивительная вещь. Мы до премьеры не были знакомы с Галиной Михайловной, а когда она посмотрела фильм, стала его активным защитником и сказала, что это лучшее, что могло произойти с Пушкиным в кино сегодня. Так вот, оказывается, аудиогид, который я прослушал, не просто был написан ею, но и начитан ее голосом. И он был так сделан, что к концу экскурсии это вызывало невероятно нежные, сострадательные чувства. Мне действительно стало очень жаль человека, который был абсолютно гениален и при этом обречен на дикое количество бытовых, повседневных конфликтов, неурядиц. Его противостояние с властью, запреты, цензура, невозможность достойно содержать семью – ты ощущаешь эту ситуацию и пытаешься соразмерить драматические сложности жизни Пушкина с масштабом его личности. И это наталкивает на очень грустные мысли.
– А как появился Василий Зоркий в качестве сценариста? Он же профессиональный музыкант, драматургия для него скорее хобби – до «Пророка» у него был короткий метр и новелла в «Елках».
– Василий возник совершенно случайно: через пост в социальной сети о том, что хочет попробовать что-то написать. Я решил с ним связаться. Я знал, кто он, но мы не были знакомы. И я попросил своего коллегу-продюсера Гришу Стоялова с ним переговорить, потому что они как раз были знакомы. Я вообще люблю импровизационный подход к принятию каких-то важных решений. И не выношу суперсистемный метод, когда «давайте возьмем 500 сценаристов, разобьем их на списки, поговорим с 300 из них» и т. д. Я в это не очень верю. Я верю в какой-то такой вот серфинг по жизни, который, естественно, не в безвоздушном пространстве происходит – есть какой-то опыт, интуиция, везение, удача. Иногда получается, иногда нет. Но в случае с «Пророком» очень много решений принималось спонтанно. Зоркий написал совершенно прелестный синопсис, который стал основой будущего сценария. Он же сделал первый драфт, и, когда на проекте появился режиссер Феликс Умаров, он привлек Андрея Курганова. Финальный вариант сценария написан Кургановым, но в основе то, что сделал Василий, осталось, безусловно.
– «Пророк» писался как сценарий мюзикла?
– Он писался как сценарий музыкального фильма. Я на каком-то из питчингов Фонда кино упомянул «Ла-Ла Ленд», и СМИ начали писать, что мы использовали этот фильм Дэмьена Шазелла как референс. На самом деле я просто говорил о том, что у нас структура фильма напоминает структуру «ЛаЛа Ленда», когда люди играют как в обычном кино, разговаривают и есть вставные музыкальные номера – их немного в нашем фильме, – а когда номер заканчивается, опять продолжается «нормальное» кино. И мы честно не называли это мюзиклом, потому что мюзикл – это все-таки когда сюжет движется с помощью пропевания тех или иных арий, у нас же это все-таки скорее аттракционы внутри драматического повествования.
«Главное – Юра Борисов потрясающий артист»
– Насколько я понимаю, Борисов как исполнитель роли Пушкина возник самым первым – еще даже до Василия Зоркого и начала работы над сценарием?
– Да, с Борисовым мы подружились на «Серебряных коньках», где он прекрасно исполнил роль Алекса, и мне очень захотелось, чтобы он сыграл большую роль в зрительском проекте, которая показала бы уровень его диапазона. И отличалась бы от большого количества прекрасных авторских работ, уже существовавших в его фильмографии. И Пушкин в этом смысле сложнейшая задача на всех амплитудах. Здесь не сыграешь поворотом головы – здесь нужно выдать роль-праздник, роль-драму. Я верил в то, что Борисов это сможет. Потому что именно в «Коньках» было видно, что он способен прыгнуть за границы обычного, что в нем есть эта божественная искорка, необходимая для того, чтобы сыграть гения.