Данила Козловский: Меня ведет желание работать
На платформе Wink идет сериал «Первая ракетка» – про успешного в прошлом теннисиста, который закис на тренерской работе, а потому повсюду ищет «алмаз» – по-настоящему одаренного молодого спортсмена. И находит Катю – девочку с очевидным талантом и очень непростыми жизненными обстоятельствами. Главные роли исполнили Данила Козловский и Полина Гухман.
Фильмография Козловского началась со звездной роли в «Гарпастуме», а продолжилась в самых громких национальных блокбастерах, таких, например, как «Легенда № 17» и «Экипаж», а также в арт-проектах – «Довлатов» и др. В 2018 г. фильмом «Тренер» он дебютировал в режиссуре.
В интервью «Ведомостям» Козловский рассказал о том, почему «Первая ракетка» для него – сериал не о спорте, а о борьбе с внутренними демонами, как в съемках «Тренера» ему помогали бизнесмены Сергей Галицкий и Роман Абрамович, а также поделился деталями своих будущих режиссерских проектов и театральных работ.
– «Первая ракетка» – это ваш четвертый спортивный проект. До этого два были про футбол – «Гарпастум» и «Тренер», один про хоккей – «Легенда № 17», и вот теперь – теннис. Какой из этих видов спорта ваш любимый? А с каким на съемках было сложнее всего взаимодействовать?
– Сегодня я к вам приехал с тренировки по теннису. Я и до сериала играл, на своем любительском уровне. И сейчас, когда съемки уже закончились, продолжаю играть часто – это для меня что-то вроде медитации, возможность отключиться от бесконечного шума в голове. Но, конечно, изначально я фанат футбола. Мой дебютный фильм был про футбол – «Гарпастум», и дебютный режиссерский тоже («Тренер». – «Ведомости»). А сериал «Первая ракетка» для меня вообще не про спорт. Там герой разбирается со своими внутренними комплексами, демонами. Просто, как сейчас принято говорить, это происходит в сеттинге большого тенниса. В какой-то момент ему перестает быть интересным что бы то ни было, и он понимает, что это, наверное, связано с отсутствием реализованности. А реализованность, как мы знаем, для мужчины вещь принципиальная.
– Но эта потеря драйва, интереса – совершенно универсальная история, независимо от профессии.
– Совершенно точно. Никто от этого не застрахован.
– А вы когда-нибудь сами оказывались в ней?
– Терял ли я драйв? Были моменты, когда я не по своей воле терял возможность заниматься любимым делом. Но чтобы уходила энергия и драйв – нет, такого не было.
– Приход в режиссуру вы планировали задолго до начала работы на фильме «Тренер»?
– Нет, но я допускал, что когда-то сам начну снимать. Вообще, наш курс у Додина был актерско-режиссерский. Мы учились вместе с режиссерами, нам преподавались те же самые дисциплины, мы участвовали в режиссерских отрывках и сами ставили. И мне всегда было интересно, как режиссеры снимают. Помню, у Коли Лебедева на площадке, что на «Легенде № 17», что на «Экипаже», я бесконечно сидел у плейбэка. Сначала просто смотрел, потом начал представлять, как бы я это снял, потом мы что-то с Колей стали обсуждать, он мне что-то рассказывал и т. д.
Дальше я спродюсировал свою первую картину «Статус: свободен» с режиссером Павлом Руминовым, поскольку понял, что сначала нужно узнать, как устроено производство, а затем уже уходить в лес режиссуры. То есть это был поступательный процесс. И «Тренера» я тоже не собирался снимать как режиссер. Я писал, развивал эту историю, а потом подумал: «Нет, хочу сам». Я увидел кино в голове и точно понял, про что эта история и как я хочу ее рассказать.
– Когда большая звезда приходит в режиссуру, это ситуация амбивалентная. Понятно, что по маркетингу все будет хорошо, но в остальном много рисков. Вам легко удалось найти единомышленников? И вообще запустить этот сложный в производстве проект?