Труман Капоте и Мэрилин Монро

EsquireЗнаменитости

Труман Капоте о Мэрилин Монро: «Прекрасное дитя (разговорный портрет)»

Мэрилин Монро читает книгу «Тайны актерского мастерства. Путь актера» Михаила Чехова, май 1955. Fotobank / Getty Images

Время: 28 апреля 1955 года.

Место: Часовня ритуального здания на углу Лексингтон-авеню и 52-й улицы в Нью-Йорке. Скамьи плотно заняты интересной публикой — по большей части знаменитостями из мира театра, кино и литературы. Они пришли отдать последний долг Констанции Коллиер, актрисе английского происхождения, умершей накануне в возрасте семидесяти пяти лет.

Мисс Коллиер родилась в 1880 году и, начав хористкой в мюзик-холле, стала одной из ведущих шекспировских актрис в Англии. Позже она переехала в Соединенные Штаты и преуспела на нью-йоркской сцене и в Голливуде. Последние десятилетия своей жизни она провела в Нью-Йорке, преподавая актерское мастерство по высшему разряду — обучались у нее, как правило, только профессионалы, уже ставшие звездами: постоянной ее ученицей была Кэтрин Хепберн; прошла ее школу и другая Хепберн — Одри, а также Вивьен Ли и — в последние месяцы перед ее смертью — неофитка, которую мисс Коллиер называла «моей трудной ученицей», Мэрилин Монро.

С Мэрилин Монро ее познакомил я, и поначалу она не слишком обрадовалась этому знакомству: зрение у нее ослабло, фильмов с Мэрилин она не видела и в общем ничего о ней не знала — какой-то платиновый секс-магнит, непонятно почему прославившийся на весь мир, — короче, неподходящий материал для строгой классической формовки в ее школе. Я, однако, думал, что из этого сочетания может получиться нечто увлекательное.

Получилось. «Да, — сообщила мне мисс Коллиер, — тут что-то есть. Она прекрасное дитя. Не в прямом смысле — это слишком очевидно. По-моему, она вообще не актриса в традиционном смысле. То, что у нее есть — эта эманация, свечение, мерцающий ум, — никогда не проявится на сцене. Это так хрупко, нежно, что уловить может только камера. Как колибри в полете: только камера может ее запечатлеть. А если кто думает, что эта девочка — просто еще одна Джин Харлоу, он сумасшедший. Кстати, о сумасшествии — над этим мы сейчас и трудимся: Офелия. Кое-кто, наверное, посмеется над этой идеей, но на самом деле она может быть изысканнейшей Офелией. На прошлой неделе я говорила с Гретой и рассказала о Мэрилин — Офелии, и Грета сказала: да, она может в это поверить, потому что видела два фильма с ней, очень плохие и пошлые, но почувствовала возможности Мэрилин. И у Греты есть забавная идея. Ты знаешь, что она хочет сделать кино по „Дориану Грею“? И сама сыграть Дориана. А Мэрилин может сыграть одну из девушек, соблазненных и погубленных Дорианом. Конечно, Грета — великолепная актриса, актриса безупречной техники. А это прекрасное дитя понятия не имеет ни о дисциплине, ни о самоограничении. Почему-то мне кажется, что она не доживет до старости. Грех говорить, у меня такое предчувствие, что она уйдет молодой. Я надеюсь — просто молюсь об этом, — чтобы она пожила подольше и высвободила свой странный и милый талант, который бродит в ней, как заточённый дух».

Но теперь умерла мисс Коллиер, и я слонялся по вестибюлю, дожидаясь Мэрилин. Накануне вечером мы договорились по телефону, что сядем на панихиде рядом — начиналась она в полдень. Мэрилин опаздывала уже на полчаса; она всегда опаздывала, и я думал: ну хотя бы в этот раз! Ради всего святого, черт возьми! Вдруг она появилась, и я бы не узнал ее, если бы она не заговорила...

МЭРИЛИН: Ох, малыш, извини. Понимаешь, я накрасилась, а потом решила, что не нужно никаких накладных ресниц, помады и прочего, — пришлось всё смывать, и никак не могла придумать, во что одеться...

(Придумала она одеться так, как подобало бы настоятельнице монастыря для приватной аудиенции у папы. Волосы полностью спрятаны под черным шифоновым платком; черное платье, длинное и свободное, — будто с чужого плеча; черные шелковые чулки скрывают матовый блеск белых стройных ног. Настоятельница наверняка не надела бы ни соблазнительных черных туфель на высоком каблуке, ни больших темных очков, оттеняющих свежую молочную белизну ее кожи.)

ТК: Выглядишь прекрасно.

МЭРИЛИН (кусая ноготь большого пальца, и так уже сгрызенный до мяса): Правда? Понимаешь, так нервничаю. Где уборная? Я бы забежала на минутку...

ТК: И закинула бы таблетку? Нет! Тсс. Это голос Сирила Ритчарда — начал надгробную речь.

(На цыпочках мы вошли в битком набитую часовню и втиснулись на заднюю скамью. Сирил Ритчард закончил, за ним произнесла прощальное слово Кэтлин Нэсбитт, коллега мисс Коллиер с самых ранних лет, и, наконец, Брайен Ахерн. Моя соседка то и дело снимала очки, чтобы вытереть слезы, лившиеся из серо-голубых глаз. Мне случалось видеть ее без грима, но сегодня она являла собой непривычное зрелище: такой я ее не видел — и сперва не мог понять, в чем дело. А! Всё из-за этого платка. Без локонов, без косметики она выглядела на двенадцать лет — созревающая девочка, только что принятая в сиротский дом и подавленная горем. Наконец церемония закончилась, и люди стали расходиться.)

МЭРИЛИН: Давай посидим. Подождем, когда все уйдут.

ТК: Зачем?

МЭРИЛИН: Не хочу ни с кем разговаривать. Никогда не знаю, что сказать.

ТК: Тогда посиди, а я подожду снаружи. Хочется курить.

МЭРИЛИН: Ты не бросишь меня одну. Господи, кури здесь.

ТК: Здесь? В церкви?

МЭРИЛИН: А что? Что у тебя там? Косяк?

ТК: Очень остроумно. Пойдем же, давай.

МЭРИЛИН: Прошу тебя. Внизу полно фотографов. Я совсем не хочу, чтоб меня снимали в таком виде.

ТК: Еще бы.

МЭРИЛИН: Ты же сказал, я хорошо выгляжу.

ТК: Так и есть. Идеально — если бы играла невесту Франкенштейна.

МЭРИЛИН: Теперь ты надо мной смеешься.

ТК: Разве похоже, что я смеюсь?

МЭРИЛИН: Внутренним смехом. Это самый плохой смех. (Хмурясь, кусая ноготь.) Вообще-то могла бы накраситься. Я вижу, все пришли накрашенные.

ТК: Я, например.

МЭРИЛИН: Нет, серьезно. Всё из-за волос. Пора покрасить. А времени не было. Это так неожиданно. Смерть мисс Коллиер и остальное. Видишь?

(Она приподняла платок и показала волосы, темные у корней.)

ТК: А я-то наивный. Всегда думал, что ты настоящая блондинка.

МЭРИЛИН: Блондинка. Но природных таких вообще не бывает. И, между прочим, пошел к черту.

ТК: Ладно, все разошлись. Поднимайся, поднимайся.

МЭРИЛИН: Фотографы еще внизу. Я точно знаю.

ТК: Раз не узнали тебя, когда пришла, не узнают и на выходе.

МЭРИЛИН: Один узнал. Но я юркнула в дверь раньше, чем он заорал.

ТК: Уверен, тут есть черный ход. Можно через него.

МЭРИЛИН: Не хочу видеть трупы.

ТК: Откуда?

МЭРИЛИН: Это ритуальный зал. Где-то же их держат. Только этого мне сегодня не хватало — ходить по комнатам, полным трупов. Потерпи. Потом пойдем куда-нибудь, и угощу тебя шампанским.

(Так что мы продолжали сидеть и разговаривать.Она сказала: «Ненавижу похороны. Слава богу, что не придется идти на свои. Только я не хочу никаких похорон. Хочу, чтобы мои дети развеяли прах над морем (если они у меня будут). И сегодня бы не пришла, но мисс Коллиер заботилась обо мне, о моем благополучии, она была мне как бабушка, старая строгая бабушка, и столькому меня научила. Научила меня дышать. Это мне очень помогло, и не только в актерстве. Бывает такое время, когда и дышать трудно».)

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Голливудский финал Голливудский финал

Ради чего главный человек в кинематографе бросил миллиардное состояние

СНОБ
Секретное лето 41‑го года Секретное лето 41‑го года

Одной из самых очевидных лакун является внезапное начало Отечественной войны

Огонёк
Формула успешных изменений Формула успешных изменений

Часто между нашим желанием что-то изменить и конкретными шагами лежит пропасть

Psychologies
Ловушки майского указа Путина. Как власти могут повторить ошибки позднего СССР Ловушки майского указа Путина. Как власти могут повторить ошибки позднего СССР

В дискуссиях об экономической политике предлагаются противоречивые рецепты

Forbes
Крутой воппер Крутой воппер

Дэниел Шварц возрождает Burger King, сеть быстрого питания с 60-летней историей

Forbes
«Потому, что мы все умрем»: микросага о любви Киану Ривза к мотоциклам «Потому, что мы все умрем»: микросага о любви Киану Ривза к мотоциклам

Киану Ривз и любовь к мотоциклам

Maxim
Ах, оставьте Ах, оставьте

Что важно учесть, оставляя ребенка одного дома на несколько дней

Добрые советы
Радиевые девушки: фабричные работницы, отравленные радиацией Радиевые девушки: фабричные работницы, отравленные радиацией

Фабричные работницы светились от радиолюминисцентной краски, которая их убивала

Cosmopolitan
«Бабушка не ест в моих ресторанах». Обладатель трех мишленовских звезд Жоан Рока о секретах идеальной еды «Бабушка не ест в моих ресторанах». Обладатель трех мишленовских звезд Жоан Рока о секретах идеальной еды

Жоан Рока — о важности традиций в современной авангардной авторской кухне

Forbes
«Те, кто услышит меня сегодня, могут заработать побольше». Игорь Сечин об «экономическом шовинизме» США и акциях Тesla «Те, кто услышит меня сегодня, могут заработать побольше». Игорь Сечин об «экономическом шовинизме» США и акциях Тesla

На ПМЭФ глава «Роснефти» выступил с подчеркнуто жесткой по отношению к США речью

Forbes
Girls in Vogue: сестры Тотибадзе Girls in Vogue: сестры Тотибадзе

Сестры Тотибадзе о бабушке из Парижа и любимых книгах

Vogue
9 самых богатых стран мира (спойлер: о некоторых ты можешь услышать впервые) 9 самых богатых стран мира (спойлер: о некоторых ты можешь услышать впервые)

Дома у них, кончено, не из золота, но почти

Playboy
Кай Метов: «Иногда мне дарят продукты» Кай Метов: «Иногда мне дарят продукты»

Певец рассказал о поклонницах, вечеринках и как относится к этому новая девушка

StarHit
Как на вулкане! Как на вулкане!

Первозданная красота балийской природы сливается с красотой Елены Чернявской

Maxim
Как выбрать паяльник: советы для новичков Как выбрать паяльник: советы для новичков

Электрический паяльник — вещь действительно незаменимая в современном быту

CHIP
Союзники без обязательств Союзники без обязательств

Отношениям России и Китая не хватает стратегической глубины

Эксперт
За три моря За три моря

Учиться за рубежом можно почти даром

Лиза
Человек-кремень Человек-кремень

О русском кино, внутренней свободе и актерских техниках как опыте трансмедитации

OK!
Объявление кибервойны: противостояние держав приняло опасный оборот Объявление кибервойны: противостояние держав приняло опасный оборот

Новая холодная война уже не кажется просто броской журналистской метафорой

Forbes
Коко Шанель: женщина в чёрном Коко Шанель: женщина в чёрном

Тёмные страницы в биографии создательницы всемирно знаменитого бренда

Дилетант
Жизнь после Marvel: как режиссеры «Мстителей» братья Руссо пришли к успеху — и что теперь собираются с этим делать Жизнь после Marvel: как режиссеры «Мстителей» братья Руссо пришли к успеху — и что теперь собираются с этим делать

Послушать Джо и Энтони Руссо, так они самые обычные парни из Кливленда

Esquire
Кто такая 16-летняя Грета Тунберг и за что ее номинировали на Нобелевскую премию Кто такая 16-летняя Грета Тунберг и за что ее номинировали на Нобелевскую премию

16-летняя Грета Тунберг претендует на Нобелевскую премию мира

Популярная механика
Как правильно принимать витамины и зачем это нужно Как правильно принимать витамины и зачем это нужно

Какую роль витамины играют в обменных процессах и как не навредить организму

РБК
15 главных фильмов лета 15 главных фильмов лета

О фильмах, которые не стоит пропускать этим летом

РБК
«Ему поступали угрозы»: все, что известно о деле журналиста Ивана Голунова «Ему поступали угрозы»: все, что известно о деле журналиста Ивана Голунова

Корреспондент издания Meduza.io был задержан в Москве по делу о сбыте наркотиков

Forbes
Мерил Стрип: Лекарство от старости Мерил Стрип: Лекарство от старости

Любящая жена, мать четырех детей, трижды «оскароносица», актриса

Лиза
«Кто соблюдает стандарты, тот проигрывает» «Кто соблюдает стандарты, тот проигрывает»

Почему цены на лекарства растут вместе с числом аптек

Огонёк
Родимое пятно Родимое пятно

«СтарХит» разыскал наследников отечественных знаменитостей

StarHit
Упражнение на доверие: как амнистия капиталов подтолкнет бизнес и власть к новому социальному контракту Упражнение на доверие: как амнистия капиталов подтолкнет бизнес и власть к новому социальному контракту

Вторичные эффекты деофшоризации окажутся важнее, чем сама редомициляция капитала

Forbes
Молодой папа. Почему мужчин надо учить родительству Молодой папа. Почему мужчин надо учить родительству

Мужчины хотят быть хорошими отцами, проблема в том, что они этого не умеют

Forbes
Открыть в приложении