«Требует титанических усилий»: как следование стандартам красоты становится нагрузкой
Издательство «Рипол Классик» совместно с «Кион Строки» выпустило психологический триллер «Ложь за ложью». Писательница Софи Става рассказывает историю женщины, которая выдает себя за другого человека, чтобы получить работу няни в безупречной семье Локхартов. Forbes Woman публикует отрывок — о том, каких усилий стоит та идеальная картинка, которая так привлекает главную героиню.
Четверть часа — и я у парка. Вайолет стоит на входе. Заметив меня, она приветственно взмахивает рукой. Я отвечаю тем же и прибавляю ходу.
Ее темные волосы собраны в высокий пружинящий хвост, несколько выбившихся прядей лежат на затылке, челка красиво зачесана набок. Как и я, она в беговых кроссовках (только поновее), но одета лучше: на ней ребристые легинсы с высокой талией и открывающий плоский живот топ-бра в тон с поблескивающим логотипом в виде подковы.
— Привет! — говорит она, когда я подхожу ближе. — Еще раз спасибо, что встретилась со мною здесь. Кажется, я совсем забросила тренировки, так что пытаюсь втиснуть их, когда только могу. Джей подарил мне тренажер Peloton на Рождество, но я его больше как вешалку использую.
— Тре-ни-ров-ки? — переспрашиваю я с преувеличенно-комичной серьезностью. — А что это такое?
Вайолет смеется, и меня пронзает теплый, радостный трепет.
Честно говоря, небольшая нагрузка и мне не помешает. Я не страдаю лишним весом — или нехваткой веса, — среднее телосложение, с мягким животиком и немного дряблыми бедрами. Не то что Вайолет — стройная и длинноногая. Пару килограммов сбросить надо бы, но тренажерный зал не мое. Ненавижу подернутый потом запах лизола, спертый воздух и женщин в девственно-чистых кроссовках Nike с загорелыми плоскими животами. Зачем мне это? Чтобы напомнить себе, что я неуклюжая и мягкотелая? Спасибо, не надо.
Вообще-то я тоже думала купить себе Peloton, но безумный ценник быстро охладил мой пыл. Мысль о том, что можно использовать подарок за три тысячи долларов как дорогую вешалку, настолько нелепа, что я едва сдерживаю смех.
— Я, вообще-то, сама давно собираюсь вернуться к бегу, — говорю я. — В колледже я занималась легкой атлетикой.
Отличное дополнение к моей коллекции лжи: раз — меня зовут Кейтлин; два — я медсестра; три — у моей мамы волчанка; четыре — я бегунья. Хорошо звучит.
— О, а я ведь тоже бегала в школе! — оживляется Вайолет. — Кроссы по пересеченной местности.
Я отвечаю улыбкой, притворяясь, будто в восторге от такого совпадения. Блин!
— Я обожала бег, но прямо перед выпускным порвала связку в колене. Пришлось завязать. Так что пешие прогулки теперь наше все, увы.
Последнее, чего бы я хотела, — чтобы она предложила побегать вместе. Одна мысль об этом ужасает.
— Ну и отлично! — говорит она. — Я подумала, что мы могли бы прогуляться к набережной, а потом подняться к парку у Бруклинского моста. Как тебе?
— По-моему, неплохо, — пожимаю я плечами.
Мы начинаем движение, и «прогулка» моментально оборачивается для меня марш-броском. Чтобы поспевать, мне приходится время от времени переходить на полубег. Уже через пять минут я чувствую предательский пот на висках, легкие начинают гореть огнем.