Аросева считала театрального артиста самым счастливым человеком на свете

StoryЗнаменитости

Старики

Аросева считала театрального артиста самым счастливым человеком на свете, потому что такого наслаждения, как играя на сцене, человек на планете Земля испытать больше нигде не способен

Пётр Гладилин

Мы познакомились с Ольгой Александровной в 1998 году. Мне позвонил режиссёр Миша Мокеев и спросил:

– Есть у тебя пьеса для Аросевой?

– Нет, – ответил я, – но, если нужно, я напишу.

И в тот же вечер, не откладывая, взялся за работу. Я не знал, что мать Ольги Александровны дворянка, урождённая девица Гоппен, училась в Смольном институте благородных девиц, однако, повинуясь неясному чувству, решил, что главная героиня в пьесе не должна нести комедийный флёр знаменитой на всю страну пани Моники, а, напротив, будет русской аристократкой Ростопчиной. Мокеев сразу же позвонил Аросевой и сообщил, что молодой автор согласился и уже пишет. В ту пору я был автором двух пьес – авангардной «Тачки во плоти» в постановке Евгения Каменьковича и «Ботинок на толстой подошве». Спектакль в постановке Романа Козака с участием Васильевой, Гаркалина, Феклистова стал театральной сенсацией.

Через месяц у моей новой пьесы появилось название «Афинские вечера», через полгода упорного ежедневного труда над рукописью я понял, что потерпел чудовищное фиаско. Пьесы для Аросевой не получилось, пятьдесят страниц мёртвой жвачки, дыры, пустоты, местами безвкусицы, к финалу действие разваливалось.

Однажды вечером опять зазвонил телефон, я услышал голос Мокеева:

– Аросева поинтересовалась, как дела, как пьеса.

– Не получилась, – с грустинкой ответил я.

Миша перезвонил Аросевой.

– Не получилась пьеса, – отрапортовал он. – Забудем.

Прошло ещё полгода, я стал перечитывать черновики и вдруг… увидел, что одна из сцен по форме написана чисто, красиво, бриллиант среди нечистот. Сцена получилась острой, жанровой, яркой по форме. Я понял, что в этой единственной хорошей сцене герои не сцепляются, живут каждый отдельно своей жизнью, в своей сказке, в собственном мифе! Я понял, что персонажи диссонируют, не слышат друг друга. Я сел за стол и переписал всю пьесу по форме той, удавшейся сцены. Действие полетело, появился юмор, чувства, пьеса ожила. Буквально за несколько дней я закончил пьесу, перечитал. Отлично!

Теперь настала моя очередь звонить Мокееву.

– Пьеса получилась!

– Ура, – сказал Миша, – сделай копию, я оставлю на вахте Театра сатиры.

Через день он перезвонил и сказал:

– Пойдёшь с завлитом Ольгой Туркестановой в гости к Аросевой, Ольга Александровна хочет с тобой познакомиться.

Мы стояли на пороге её квартиры. Я и опытный завлит Ольга Туркестанова. В руке у меня была ещё не читанная актрисой пьеса. Пьеса-загадка. Я понимал, что пьеса хорошая, но всякое в жизни случается. И очень хорошие, и даже абсолютно замечательные пьесы летят в корзину.

Открылась дверь, Аросева улыбнулась, пригласила пройти на кухню.

– Соляночку рыбную сварила, я вас угощу!

– На море вырос, рыбак, однако рыбной солянки не пробовал, – сказал я, это была правда.

– В таком случае можете загадать желание, есть такая примета, когда пробуешь за столом в первый раз, – заметила хозяйка.

Формула счастья в голове случилась моментально, сама собой. Оно заключалось в одном слове – «премьера»!

Ольга Александровна оставила угощение на столе, взяла пьесу и ушла в гостиную читать. Через час, после того как мы с Туркестановой расправились с рыбной солянкой и перешли к чаю, Аросева появилась со словами:

– Это моя история, я буду это играть! И ещё… У меня уже есть костюм для героини. Этим летом купила в Лос-Анджелесе два кружевных плаща. Белый и чёрный. В чёрном я буду играть спектакль, в белом я появлюсь только в финале на две минуты, в сцене после её смерти.

Аросева исчезла на минуту и появилась в дверном проёме с двумя кружевными плащами в руке. Чёрным и белым. Она нам показала их издалека, как фокус, иллюзию, волшебство. Лицо её светилось от счастья.

– Только к плащам нужно докупить две кружевные шляпы с широкими полями – белую и чёрную. И ещё… Я знаю, кто будет играть Бориса Олеговича! Лёва Дуров, мы с Лёвой недавно встретились в самолёте, летели рядом, болтали всю дорогу и решили обязательно найти пьесу и сыграть, роль Бориса Олеговича на него как влитая, кстати, очень серьёзная роль!

Мы сформировали труппу, по иронии судьбы Миша не стал режиссёром спектакля, я позвонил Николаю Чиндяйкину. Тот согласился.

Прошло два месяца, я шёл по Новому Арбату с огромной шляпной коробкой, в которой лежали две шляпы – чёрная и белая. На генеральной репетиции я пытался прикоснуться к кружевному плащу чёрного цвета, Аросева сорвалась на крик:

– Не надо руками трогать, Петя! Уберите плащ в кофр!

Я понял, что только что чуть было не совершил преступление, пытался прикоснуться рукой к священному.

Перед московской премьерой мы играли предпремьерный показ в Выборге. Спектакль закончился, я вызвал транспорт и отправил артистов и декорации на перрон. Поезд Петербург – Москва стоял в Выборге всего пять минут. Когда состав тронулся, мы увидели на заснеженном перроне сверкающий в лунном свете алюминиевый кофр. В кофре находились два плаща из Лос-Анджелеса и две кружевные шляпы с широкими полями – чёрная и белая, ну и само собой разумеется, костюмы других участников спектакля. Оказалось, монтировщики не успели погрузить кофр в грузовой вагон. Завтра вечером нам предстояло играть премьеру в Москве, в Театре на Малой Бронной.

По иронии судьбы кофр стоял строго напротив купе Аросевой и Дурова.

Я стоял невдалеке около тамбура.

– Петя, прыгай с поезда! – закричала Ольга Александровна. – Спасай костюмы!

Вдруг резко оборвался перрон.

– Прыгай, Петя! – завопила Аросева.

Скажу правду, я никогда не чувствовал себя героем вестерна, более того, я не видел ни одного фильма, где ковбой спрыгивает с поезда на заснеженный откос.

– Почему с поезда должен прыгать автор и продюсер? – напустив на себя флегму, сказал я. – У нас есть директор. Володя! Где Володя? Володя, спасай спектакль, прыгай… – не очень уверенно скомандовал я.

– Не могу, Пётр Владимирович, – уставившись мне в плечо, процедил директор Володя, – мне завтра рано утром дочь в детский садик вести, жена в Вологду уехала.

Вдруг поезд рванул, как спринтер, за окном замелькали чёрные верхушки елей.

Я тихо ретировался. Спрятался в купе. Это был нокаут. А как всё красиво начиналось, в гостях у народной артистки СССР молодой автор ел рыбную солянку, под солянку загадывал мечту, вот она завтра, заветная премьера! А костюмы – йок! Нету! Вдруг дверь купе отъехала влево. В проёме появилось лицо директора.

– Пётр Владимирович, Ольга Александровна и Лев Константинович просят вас зайти, у них разговор к вам есть.

– Уже поздно, спать пора, – ответил я.

– Нет-нет, Ольга Александровна очень, очень, очень просила зайти.

Я накинул пиджачок и вышел из уютного купе. По длинной красной ковровой дорожке, под перестук железнодорожных колёс мои ноги несли меня на казнь. Аросева и Дуров сидели на полке слева, я присел напротив, на место подсудимого, прищурился и посмотрел в окно. «Мело, мело по всей земле, во все пределы». Это была одна из самых страшных ночей в моей жизни!

Начался процесс. Старики заговорили по очереди… Первой речь держала Ольга Александровна:

– Ты понимаешь, Петя, я шла по Лос-Анджелесу, не поленилась, вошла в магазин и увидела эти два волшебных плаща, у меня сердце остановилось, когда я увидела их! Я не поленилась, примерила, повинуясь художественной интуиции, купила! Ты понимаешь, что вторых таких плащей на свете нет! В Москве такие мы ни за какие деньги не купим…

Через час речь зашла о том, какую роль в целом костюм играет в эстетике спектакля и что без этих кружевных плащей спектакль играть никакого смысла не имеет! Лев Константинович, выпускник Школы-студии МХАТ, в обвинительной речи вспомнил мхатовских стариков Москвина, Таирова, Тарханова, своего учителя Василия Осиповича Топоркова и стал теоретизировать об отношении к театру как искусству.

Аросева подхватила, она поделилась впечатлениями юности:

– Мхатовские старики, они готовились к походу в театр, для этого у них были специальные костюмы, не шёл артист в театр в том, что носил каждый день. А ты позволил себе оставить наши костюмы на холодном, заснеженном перроне!

– Театр начинается не с вешалки, – продолжил Дуров, – а с отношения!

Дальше обвинение заговорило по очереди короткими рублеными фразами:

– Мы завтра на премьере в чём играть станем? В костюмах из подбора?

– К чему вы нас склоняете, молодой человек, к халтуре?

– А ты знаешь, что Константин Сергеевич Станиславский писал о таких, как ты?

Светало.

Я возвращался по той же красной ковровой дорожке в своё купе. Мне казалось, что я ступаю в лужи крови. Это была кровь всех тех, кто положил свои жизни служению русскому и мировому театру. Голова раскалывалась. За эту ночь я узнал о театре всё и даже чуть больше, чем мировой театр знает о самом себе!

В десять утра я переступил порог московской квартиры. Вечером этого дня спектакль. Продан зал. Аншлаг. Костюмы на перроне в Выборге.

Я заварил крепкий кофе, приоткрыл форточку и закурил. Тупик! Зазвонил телефон. Звонил Володя Коржев, театральный продюсер, старинный друг Ольги Александровны, принимавший нас в Выборге.

– Пётр, вчера закончил дела, еду на машине, вижу, кофр алюминиевый на перроне стоит, притормозил, поднимаюсь на перрон – точно, ваш кофр. Короче, я его следующим поездом в Москву отправил. Принимай, думаю, через пару часов поезд будет в Москве.

Я выдохнул:

– Спасибо, Володя!

Премьера состоялась в Театре на Малой Бронной, сначала Аросева сыграла в чёрном плаще, потом в белом! Овация длилась четверть часа!

Так начиналась наша одиссея.

Спустя полгода мы летели на гастроли в США над Арктикой. Алюминиевый кофр с костюмами благополучно покоился в багажном отсеке самолёта. Два кружевных плаща, белый и чёрный, летели к себе на родину, на североамериканский континент. Я смотрел в иллюминатор и думал про себя: главное – не потерять кофр с костюмами над Арктикой…

Со спектаклем мы объехали почти весь земной шар. Всё, что мне было рассказано мастерами той страшной ночью в поезде, всегда подкреплялось личным примером. У наших стариков было особенное отношение к делу. Они во всём учили только личным примером. Их отличала необыкновенная пунктуальность. Например, они никогда не опаздывали на спектакль, приходили первыми к поезду, первыми садились в автобус. Молодёжи за опоздание очень крепко доставалось.

Дуров опоздал к отъезду только однажды, это было как раз в Нью-Йорке. Подъехал минивэн, мы заняли свои места, не было только Льва Константиновича. Аросева занервничала, заволновалась: «Лёва никогда не опаздывает. Кто-нибудь поднимитесь к нему. Может, почувствовал себя неважно?» Молодой артист Саша Коврижных сорвался с места, взбежал по ступенькам и исчез за дверью. Было тепло, первые недели осени. Пользуясь паузой, мы вышли из минивэна подышать воздухом. Аросева тоже вышла, она волновалась, и это было заметно.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Глубина свободы Глубина свободы

Корреспондент «Вокруг света» спустился на самое дно французской столицы

Вокруг света
Как выбрать посудомоечную машину: советы эксперта Как выбрать посудомоечную машину: советы эксперта

Рекомендации по выбору посудомоечных машин

CHIP
«Зеленая книга» – лукавое кино о расизме «Зеленая книга» – лукавое кино о расизме

О фильме «Зеленая книга», говорящем о дискриминации

GQ
В Западной Антарктиде пробурили рекордно глубокую скважину В Западной Антарктиде пробурили рекордно глубокую скважину

В Западной Антарктиде пробурили рекордно глубокую скважину

National Geographic
Мираж в пустыне Мираж в пустыне

4 причины провести отпуск в Шардже

Лиза
Как создать реалистичное утреннее расписание Как создать реалистичное утреннее расписание

Эти принципы помогут продуктивно провести начало нового дня

Psychologies
Классный руководитель. Как нанимают топ-менеджеров в частную школу Классный руководитель. Как нанимают топ-менеджеров в частную школу

В России растет спрос на платное среднее образование

Forbes
Хороший плохой злой Хороший плохой злой

Павел Табаков активно снимается в кино

OK!
6 причин посмотреть Матч звезд НХЛ 6 причин посмотреть Матч звезд НХЛ

Почему ради Матча звезд НХЛ стоит встать пораньше даже в выходные

GQ
Хрустальный шар. Кто нужен работодателям будущего Хрустальный шар. Кто нужен работодателям будущего

На что стоит обратить внимание, чтобы не остаться не у дел в будущем

Forbes
Ждем старта! Ждем старта!

Сезон «Формулы-1» в 2019 году обещает быть очень интересным

АвтоМир
5 самых невидимых самолетов в мире 5 самых невидимых самолетов в мире

Передовые стелс-истребители разных стран

Популярная механика
Фильтр ужасов Фильтр ужасов

Всемирная история цензуры

Maxim
Рок-н-ролл жив Рок-н-ролл жив

Jeep Compass производит впечатление

АвтоМир
Навстречу взрыву Навстречу взрыву

Кресло, которое спасет от мины

Популярная механика
Халк — серый! 4 неожиданных факта про супергероев, о которых никто не подозревает Халк — серый! 4 неожиданных факта про супергероев, о которых никто не подозревает

У каждого есть скелет в шкафу, и у некоторых он весьма необычный

Playboy
Асоциальные колючки Асоциальные колючки

В 2019 году в России начнется учет домашних ежей, а также их владельцев

Огонёк
Вредно ли воздержание? Все «за» и «против» (угадай, умирал ли кто от этого?) Вредно ли воздержание? Все «за» и «против» (угадай, умирал ли кто от этого?)

От полового воздержания еще никто не умер. Но и не родился

Playboy
Что происходит с акциями компании Apple? Что происходит с акциями компании Apple?

Неужели Apple уже не так хороши, как раньше

GQ
10 приложений, которые стоят дороже твоего телефона 10 приложений, которые стоят дороже твоего телефона

Сколько вы готовы заплатить за программу для смартфона?

Популярная механика
В поисках лучшей жизни: большие маленькие нюансы эмиграции В поисках лучшей жизни: большие маленькие нюансы эмиграции

Многие мечтают о «лучшей жизни» в другой стране

Psychologies
Доктор Google. Главные тренды медицинского рынка Доктор Google. Главные тренды медицинского рынка

Персонализированная медицина, «интернет медицинских вещей» и другие явления

Forbes
Продолжение следует… Продолжение следует…

К середине января в США вернутся с каникул популярные сериалы

StarHit
Кунис, Уинслет и другие звезды, которые гордились своим телом после родов Кунис, Уинслет и другие звезды, которые гордились своим телом после родов

Знаменитости тоже говорят о том, что изменилось после появления детей

Cosmopolitan
Где там Куинджи: почему искусство все время воруют — и почему это совершенно бессмысленно Где там Куинджи: почему искусство все время воруют — и почему это совершенно бессмысленно

Почему вор легко и беспрепятственно унес картину Архипа Куинджи из Третьяковки?

Esquire
Бывший глава Starbucks Говард Шульц хочет занять Белый дом. Чем он отличается от Дональда Трампа Бывший глава Starbucks Говард Шульц хочет занять Белый дом. Чем он отличается от Дональда Трампа

Говард Шульц хочет занять Белый дом. Чем он отличается от Дональда Трампа

Forbes
Удержаться на плаву: семь главных трендов в топ-менеджменте Удержаться на плаву: семь главных трендов в топ-менеджменте

Чтобы стать успешнее, важно понимать основные тренды, влияющие на бизнес

Forbes
Шена Кэррол: “Для меня поезда иллюстрируют все противоречия нашей жизни” Шена Кэррол: “Для меня поезда иллюстрируют все противоречия нашей жизни”

Шена Кэррол: “Для меня поезда иллюстрируют все противоречия нашей жизни”

Cosmopolitan
7 причин уважать Орландо Блума 7 причин уважать Орландо Блума

В день рождения Орландо Блума вспоминаем, почему этот британец так крут

GQ
Агенты перемен Агенты перемен

Доска почета достижений народного хозяйства

Собака.ru
Открыть в приложении