Романс о непотерянном поколении

Судьба сценаристов Петра Луцыка и Алексея Саморядова напоминает жестокий романс

StoryКультура

Романс о непотерянном поколении

Судьба сценаристов Петра Луцыка и Алексея Саморядова, двух простых парней, покоривших в 90-е годы вершины киномира, напоминает не оборванный на полуслове черновик, а жестокий завораживающий романс – про Россию, лихорадку перемен, бессмертную мужскую дружбу и всесилие русских привычек, что не приносят счастья

Анастасия Машкова

Они поднимались по лестнице, Андрей и Витя с толстой книжкой под мышкой. Был перерыв, лестница, коридоры были заполнены людьми, некоторые здоровались с ними, с некоторыми здоровались они.

– Что это за книга? – спросил кто-то Витю.

– Это мой роман. Я несу его, чтобы экранизировать. – Он останавливался, раскрывал с гордостью. – Эта книга о любви.

Студенты заглядывали в книгу. Рисунки, фотографии блюд, рыба, мясо, колбасы…

– Это «Книга о вкусной и здоровой пище», 1962 года. Я экранизирую её, и это будет самый кассовый фильм. Открываем наугад… У раков сочное, нежное мясо, которое особенно ценится любителями пива, а!..»

Пётр Луцык, Алексей Саморядов. «Дюба-дюба»

Сценарист Алексей Саморядов погиб в тридцать один год, перелезая с балкона на балкон в гостинице «Ялта». Шёл 1994 год, и с тех пор его гибель считается точкой отсчёта «лихих 90-х». Его соавтор Пётр Луцык умер от остановки сердца во сне в октябре 2000-го. Луцыку было сорок, но в российском киномире этому событию мало кто удивился: многие считали, что свою жизнь Луцык превратил в некое построение «кинематографического Тадж-Махала» для погибшего друга, в проект памяти Алексея, и что сам для себя как творческая единица он наполовину умер.

Прошло почти двадцать лет, однако главный драматургический дуэт постсоветского кино не забыли: сценарии и другие тексты Луцыка и Саморядова переиздаются, их снимают и ставят в театре, у них появляются новые фанаты. В чём дело? Видимо, в том, что они умели превращать унылую бытовуху в блистательные киносказки и криминальные мелодрамы. Что в своих произведениях обрисовывали мир накануне грандиозных перемен – их герои настойчиво и необычайно выпукло предсказывали «локальный апокалипсис». Крушение коммунистического эксперимента и распад СССР, когда человек эмигрирует из страны, но и страна «эмигрирует из человека», когда рушатся нормы, интеллигент становится уголовником, крестьянство поднимает казачьи знамёна и отправляется на поиски лучшей доли, а скудный позднесоветский мир расцвечивается невероятными фантасмагорическими подробностями экстремального выживания… Многие современники Луцыка и Саморядова ещё не подозревали, что нечто подобное произойдёт в реальности, а они уже складывали про это истории.

В те годы казалось, что эти истории лишь заготовки выдающихся фильмов, но… фильмы по сценариям Луцыка и Саморядова всегда оказывались хуже «заготовок». Что же было такого в этих парнях, что позволило с самых первых шагов в кино называть их самородками? Об этом наш материал.

«Дети чугунных богов» (1993) снял Тамаш Тот, один из первых отечественных клипмейкеров

Экспозиция

– Где они все были, все эти провидцы, когда я ходил с рукописями ребят по редакциям и просил – читайте, публикуйте?!

Так, Одельша Агишев, известный сценарист и профессор ВГИКа, в котором Луцык и Саморядов учились в середине 80-х годов, отреагировал на просьбу рассказать о своих бывших студентах.

– Кто «они»? Критики?

– Да все! Искусствоведы, критики, властители дум! Они теперь называют Луцыка и Саморядова чуть ли не гениями! Наконец-то прочитали, оценили! А где они были все эти годы? Когда я двадцать пять лет назад пришёл в очередной серьёзный журнал обсудить публикацию их сценария, то в зеркале увидел, как один из редакторов за моей спиной крутит пальцем у виска!

…Чтобы воплотиться из хаоса, мрака, нежности и угара русской жизни в пространство российской словесности, мятежные духи по имени Пётр Луцык и Алексей Саморядов из всех возможных вариантов выбрали именно этот – сценарную мастерскую во ВГИКе, которой руководили Одельша Агишев и Вера Тулякова. Полная фамилия Веры Владимировны была ТуляковаХикмет, она была вдовой классика мировой литературы Назыма Хикмета. Именно Тулякова с её неуспокоенностью и феноменальным педагогическим чутьём угадала и вытащила на свет божий неухоженное провинциальное дарование – Лёшу Саморядова.

«Впервые Лёшины работы попали ко мне осенью 81-го года. Я вышла из отпуска, с трудом придя в себя после кошмара вступительных экзаменов, которые на сценарном факультете сопровождаются мучительным чтением сотен бездарных, отупляющих работ. И вдруг, когда всё позади, мне на кафедре с мольбами предлагают прочесть ещё одну завалявшуюся папку, посланную к нам на конкурс каким-то балбесом с многомесячным опозданием… В папке были рассказы. Небольшие, страниц по пять-шесть. Но семьдесят с чем-то штук! Автор – А. Саморядов. «Ещё одно горе семьи», – подумала я. А ошибок! В первом же абзаце устала считать. А во втором… Со второго мне стало интересно… Интересно и смешно. Цитирую по утаённой от автора рукописи первого варианта теперь знаменитого Лёшиного рассказа «Гамлет»: «Неважно, кто вы и какой занимаете пост, каждому может присниться всякое. Приснится, и так стыдно станет, что и рассказать никому нельзя».

Я читала, не отрываясь, рассказы малограмотного провинциального парнишки. Почти все они были про работяг, явно бок о бок живущих с автором. Колоритнейшие фигуры, отличные от чудиков Шукшина. Его герои ёрничали, травили удивительные «взаправдашние» истории, больше всего любили обеденный перерыв и дешёвую «халявную» выпивку… Узнаваемый, весёлый и цельный мир неимущих и свободных людей, давно приспособившихся к режиму, к лживым начальникам, но не прощающих подлостей своим. Читая, я всё больше убеждалась, что передо мной огромный талант. Талант запущенный, стихийно развившийся, нуждающийся в скорой и неотложной помощи.

Я написала Лёше с хорошей фамилией Саморядов письмо. Он ответил.

Мы начали работать по телефону, разбирая рассказ за рассказом. Звонил он всегда поздно, как я догадывалась, с казённых телефонов. Я готовила его к поступлению во ВГИК в ближайшее лето, с надеждой тут же перевести к себе на второй курс. Но Лёша не приехал. Осенью рассказал душераздирающую историю, как был послан на Север и замёрз в бурю с грузовиком… Банальную историю рассказал здорово, по-писательски. Конечно, никакого Севера не было. Я поняла – боится, слишком много поставлено на карту жизни… В июле он приехал. Но первого сентября, выйдя из отпуска, узнала, что мои коллеги его не взяли. «Тёмен, безграмотен, ничего про кино не знает. Писать не может. И вообще производит впечатление сельского дурачка». Необъяснимо. Невозможно поверить…

По телефону слышу – шок, депрессия. Со мной закрытый Лёша был в меру откровенен. Узнаю про срывы, приводы в милицию, драки, аресты друзей и самое страшное: «Из-за моей писанины меня вся улица на смех поднимает, дураком, идиотом считает. Даже домашние стесняться стали, гонят на улицу, «иди с ребятами погуляй», сколько можно писать… Вера Владимировна, возьмите меня во ВГИК. Здесь мне только одна дорога: или в канаву, или в тюрьму».

Во ВГИК Алексей поступил только через четыре года, когда подошёл новый набор и мы вместе с замечательным драматургом и прекрасным человеком Одельшой Александровичем Агишевым набирали свою первую совместную мастерскую.

Оставалось несколько дней до приёма, а Лёши нет. Нет, и всё. В его архиве я увидела две свои телеграммы с одинаковым текстом: «Вы очень одарённый человек, вы должны учиться. Срочно приезжайте» и т.д. В следующей телеграмме было, что он огромный талант, он может стать как Лев Толстой для России, как Шекспир для Англии. Без него Россия погибнет…

Эту телеграмму я писала уже не для Лёши, а больше для окраинной оренбургской улицы, для его двора, для Лёшиных друзей и родителей, потому что такую телеграмму в провинции пронесут по всем домам. Мой крик о помощи был услышан, и родители вытолкнули его из дома, заставили сесть в самолёт». (Из воспоминаний Веры Туляковой)

Одельша Агишев: «Вера Владимировна у нас была интеллигентная женщина, а я не стеснялся, ходил по инстанциям. Фильмы по моим сценариям – «Влюблённые», «Нежность» – тогда привлекли большое внимание, меня знали. Прочёл я эти странички и всеми силами настоял, чтобы Саморядов учился в нашей мастерской.

И Петю Луцыка я выбрал сразу. Он ведь из Ташкента, как и я. Работал на «Узбекфильме», ассистентом в киногруппе бегал. Где-то в коридоре и на бегу у нас состоялся разговор. Чем-то Петя меня тогда купил: серьёзность, аккуратность, воспитанность. Военная семья? Или, может быть, он в детстве учился в суворовском? Я ведь сам суворовец.

А Лёша Саморядов – тот себя придумывал. Он был кладезь, фонтан, каждый разговор – взрыв сюжетов: «– Лёш, а сколько тебе лет?» – «Тыща». – «Как так?!» – «Вот так, тысячелетний я, практически бессмертный, разве не знали?» – «А в паспорте? Ты мне скажи, что у тебя в паспорте написано?» – «А паспорта у меня нет, я его подарил оренбургскому казаку Перебейносу, который был приговорён к пожизненному и бежал из зоны…» В процессе разговора «казак» мог превратиться в инопланетянина, который живёт в пещере, которому тоже нужен паспорт, потому что его обнаружил местный мильтон… Ну и так далее.

С Лёшей можно было говорить бесконечно, а в финале получался готовый сюжет какой-то притчи-сказки-пародии, который он сам мог переделать буквально сразу же. И всё это было фантастически интересно: и смешно, а иногда и страшно».

Рамиль Ямалеев, однокурсник Луцыка и Саморядова, сценарист, ныне работает в Канаде: «Я знал Петра Луцыка с осени 1977-го, когда мы оба поступили в Московский институт стали и сплавов. У нас собралась очень хорошая группа, из которой три человека потом стали однокурсниками и во ВГИКе: кроме Петра и меня это был Серёжа Зорин. Луцык и Зорин были настоящими друзьями, как говорится, не разлей вода. Это ведь Серёжа привёл Петю в областную газету, где они немного поработали корреспондентами в конце 70-х.

А вообще, МИСиС тех времён был замечательным местом. Специальность у нас вёл Виктор Берковский, известный бард, математическому анализу учил легендарный путешественник Дмитрий Игоревич Шпаро. Он всё время придумывал необычные мероприятия. Однажды, например, пригласил Петю оператором – снимать студенческий пробег Москва – Запорожье. Петя тогда буквально за день освоил 16-миллиметровую камеру и всё здорово снял.

В том, что Пётр выбрал ВГИК, думаю, частично «виноват» Джаник Файзиев, с которым они дружили ещё с Ташкента. Джаник был тогда студентом актёрского курса в мастерской Бориса Чиркова. И вот с 1980 года Петя начал осваивать ВГИК. Ходил на семинарские занятия, на показы мастерских, на просмотры, где можно было увидеть кино, которого больше нигде не показывали. Мы нахально проходили во ВГИК, просто показав студенческий билет, ведь у всех вузов они были одинакового цвета – синие. А внутри уже Джаник встречал и навигировал, где какой фильм можно посмотреть. Для нас, обычных студентов технического вуза, это был какой-то особый мир! Олег Даль, Алексей Баталов, Сергей Бондарчук – кого там только не видели. Один раз попали на лекцию Тарковского. Думаю, тогда Пётр и решил стать частью этого мира. Но вслух он этого не говорил.

Петя поступил в 1985-м, а мы с Зориным – на следующий год. Так как у меня уже был диплом о высшем образовании, можно было сразу пойти на второй курс. А с Лёшей Саморядовым мы познакомились ещё до этого – в 1985-м. Петя сказал, что есть один интересный парень на курсе. Помню, как встретились в общаге: в блоке гудёж стоял, народу тьма, что-то отмечали. Мы сели на пол в ванной комнате, потому что больше было негде. Лёша достал тетрадь в сиреневой обложке и начал читать свой роман. Сюжет, конечно, для того времени просто ошеломляющий. Секретарь обкома где-то в глубинке нападает на сельских жителей и пьёт их кровь. Сейчас похожие фильмы снимают где угодно, но… это ведь был 1985 год!»

Завязка

«– Ну так послушайте, что я вам скажу… Глядите, время какое настало! Смутное, воровское время, каждый сам за себя, а о Родине и думать забыли! Далёкий латыш проснулся! Молдаванин, цыганская кровь! Турок! Все! Раскричались, как бабы на базаре, делёж устроили! Гибнет Великая Империя, дети мои. – Голос его вдруг задрожал. – Неужто мы все смотреть да чесаться будем?! – Он снова прошёл резко по нартам, тряхнув шубой, встал. – Объявил я себя самозвано Наместником Сибирским, буду Сибирь охранять и защищать, пока настоящая власть не придёт! Государь-император будет, ему присягну, Государственная дума – пожалуйста! А пока, детушки, Сибирь удержать и оберечь надо от японцев и американцев, от коммунистов, не дать её разворовать! Нашёл геолога – вешай! Нефтяника нашёл – рядом его, строитель – и строителя туда же! Коммуниста – того штыком коли! Я не вор и славы себе такой не желаю! Подумайте, о чём говорил я, и другим расскажите, что мы ещё все живы и за Россию умереть счастливы! – Митрофан спустился с нарт и пошёл к своей палатке, не оборачиваясь».

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

На Дальнем Востоке наступает горючая пора На Дальнем Востоке наступает горючая пора

Насколько может повыситься цена бензина в проблемном регионе

РБК, июль'19
5 фактов о «Фольксваген-Гольф», о которых ты вряд ли знал 5 фактов о «Фольксваген-Гольф», о которых ты вряд ли знал

«Фольксваген-Гольф» полон сюрпризов и открытий

Maxim, июль'19
Американка забила Англии победный гол и отпраздновала его насмешливым жестом (видео). Англичане взлютовали Американка забила Англии победный гол и отпраздновала его насмешливым жестом (видео). Англичане взлютовали

Иногда жест — это просто жест. Ваше мнение, товарищ Фрейд?

Maxim, июль'19
Погибшие в Баренцевом море Погибшие в Баренцевом море

РБК узнал подробности трагедии подводного комплекса «Лошарик»

РБК, июль'19
Как устроен рынок онлайн-дейтинга в России Как устроен рынок онлайн-дейтинга в России

В чем заключаются особенности российского онлайн-дейтинга

РБК, июль'19
Что смотреть в театрe в июле Что смотреть в театрe в июле

Главные спектакли, перформансы и чтения июля

Vogue, июль'19
Регионы позарились на заложенную недвижимость Регионы позарились на заложенную недвижимость

Правительство поддержало идею обложить банки новым налогом

РБК, июль'19
«Запретная» тема: интимная пластика, инъекции и косметика «Запретная» тема: интимная пластика, инъекции и косметика

Наши «причинные места» внезапно стали актуальной темой в индустрии красоты

Psychologies, июль'19
Калмыкия и Алтай проявили слабость Калмыкия и Алтай проявили слабость

Эксперты назвали регионы с худшим политическим менеджментом

РБК, июль'19
«Платон» пошел на обгон «Платон» пошел на обгон

«РТ-Инвест Транспортные системы» претендует на обслуживание всех дорожных камер

РБК, июль'19
«Ювелиры гранят алмазы, а мы – свой голос»: оперные певцы поздравляют Damiani с юбилеем «Ювелиры гранят алмазы, а мы – свой голос»: оперные певцы поздравляют Damiani с юбилеем

Что общего между ювелирным и оперным искусством

GQ, июль'19
Жизни подводников унес огонь Жизни подводников унес огонь

В результате ЧП на Северном флоте погибли 14 военных моряков

РБК, июль'19
Зачем мужчины делают вид, что не хотят женщину, хотя на самом деле очень хотят Зачем мужчины делают вид, что не хотят женщину, хотя на самом деле очень хотят

Во вселенной отношений между мужчинами и женщинами загорелась новая звезда

Men’s Health, июль'19
Ржавый клад в сарае: где и как порой находят ретрокары Ржавый клад в сарае: где и как порой находят ретрокары

За этой дверью — миллион, а за этой — груда ржавого железа

Maxim, июль'19
10 новых фильмов и сериалов с актерами из «Игры престолов» 10 новых фильмов и сериалов с актерами из «Игры престолов»

10 новых картин, главные роли в которых исполнили актеры из «Игры престолов»

Maxim, июль'19
«Через двадцать лет мы просто не узнаем наш мир» «Через двадцать лет мы просто не узнаем наш мир»

Скоро ведущие страны начнут строить беспилотные ударные подводные аппараты

Эксперт, июль'19
Как не оказаться в хвосте революции здравоохранения Как не оказаться в хвосте революции здравоохранения

Россия может стать мировым лидером в продлении и улучшении качества жизни

Эксперт, июль'19
День Д День Д

Актриса Элизабет Дебики — о будущем Голливуда

Vogue, июль'19
Чудище в перьях Чудище в перьях

В Крыму нашли одну из самых крупных птиц в истории Земли

Огонёк, июль'19
Театр мимики и жеста Театр мимики и жеста

Героини «Татлера» все чаще меняют инъекции на гимнастику для лица

Tatler, июль'19
Пропавшая девушка Пропавшая девушка

В прошлом году актриса Фань Бинбин перестала появляться на публике

Tatler, июль'19
Ванкувер, Канада Ванкувер, Канада

Эта история полна клюквы, но ты должен в нее поверить

Maxim, июль'19
Брэд Питт: «Важно сохранять в себе жажду жизни» Брэд Питт: «Важно сохранять в себе жажду жизни»

Брэд Питт – о новом фильме Тарантино «Однажды... в Голливуде»

Cosmopolitan, июль'19
Завербуйся в невербалы! Завербуйся в невербалы!

Лучшие советы по тому, как молчаливо подчинять себе этот мир

Maxim, июль'19
Вечеринка начинается Вечеринка начинается

Юбилей певица отмечает в мировом туре и в статусе без пяти минут невесты

Glamour, июль'19
Даниэль Клявер: «Обожаю мучить котов» Даниэль Клявер: «Обожаю мучить котов»

Сын певца кричит от счастья, когда видит папу по телевизору

StarHit, июль'19
Так ярко, так больно! 5 вопросов накануне курортного романа Так ярко, так больно! 5 вопросов накануне курортного романа

Почему мы так сильно влюбляемся именно в отпуске и почему так трудно отпускаем

Домашний Очаг, июль'19
Деньги не чахнут Деньги не чахнут

Почему бизнесмены по всему миру страдают из-за депрессии

GQ, июль'19
Где лечиться? Где лечиться?

В какую поликлинику идти – государственную или частную

Домашний Очаг, июль'19
Не было печати! Не было печати!

Некоторые женятся, а некоторые — довольны и так

Добрые советы, июль'19