Дмитрий Данилов о том, зачем наблюдать за неинтересным

ПолкаРепортаж

«Скучное — это самое интересное»

Дмитрий Данилов. Фотография Татьяны Некрасовой

Абсурдистская комедия Дмитрия Данилова «Человек из Подольска» идёт сегодня в десятках театров и только что превратилась в кинофильм. Её персонажи, сотрудники отделения полиции, учат попавшего к ним ничем не примечательного человека видеть интересное в обыденном и смотреть на Подольск так, как обычно смотрят на Амстердам. В каком-то смысле это описание метода Данилова как автора: его стихотворения и прозаические тексты основаны на наблюдении (а иногда механическом перечислении) ничем не примечательных вещей — в которых под его внимательным взглядом открывается нечто удивительное. Юрий Сапрыкин поговорил с Дмитрием Даниловым о том, зачем наблюдать за неинтересным, что может дать человеку футбол в маленьких городах и чем Россия похожа на электровоз ВЛ-10.

Для меня пьеса «Человек из Подольска», как и многие ваши тексты, — о тонкой перенастройке ума, о том, как научиться видеть мир по-другому. Как бы вы определили параметры этой настройки? Чему полицейские учат героя?

Я как автор стараюсь об этом не думать. Мне интересно было просто поиграть с этой ситуацией, посмотреть, как всё будет развиваться, я старался никаких смыслов в это не вкладывать. Но если уж на этот вопрос отвечать, мне кажется, здесь через грубое психологическое насилие человеку что-то объясняют, подталкивают к тому, чтобы он немножко разул глаза и стал более наблюдательным, больше ценил то, что вокруг него. Оно, с одной стороны, действительно серое и одинаковое, с другой стороны, в этом сером и одинаковом тоже можно что-то увидеть. О чём я точно не думал, это о каких-то патриотических устремлениях, и наоборот, мне совершенно не интересно было обличать нравы нашей полиции, что вот, она может задержать любого человека. Это действительно так, но это всегда так было и, наверное, ещё какое-то время будет. Это всё равно что писать про плохую погоду. В ноябре у нас плохая погода, да, что тут ещё скажешь. А пьеса — мне кажется, она больше про наблюдательность. Понятно, что это уже гротеск — спрашивать, чем Подольск хуже Амстердама; он хуже всем, раз в пятьсот хуже, но если реальность дала тебе Подольск, постарайся и в нём что-то увидеть и оценить.

Можно сказать, что эта концентрированная наблюдательность, которой полицейские добиваются от героя, внимание к простым вещам — в Подольске, в Люберцах или в Жулебино — это то самое состояние, из которого написаны многие ваши тексты, и проза, и стихотворения.

В принципе, да. Получается, я немножко тут свой подход впарил. Вообще я стараюсь этого не делать, но тут как-то само получилось, так что соглашусь, да.

Многие ваши тексты — результат некоторого задания, которое даёт себе автор. Сидеть на остановке и записывать всё, что происходит вокруг, в заметки на телефоне. Или проект, который, по-моему, остался в ЖЖ, — выйти на ближайшую к дому остановку, сесть на первый пришедший автобус и троллейбус, доехать до конечной остановки, там тоже сесть на первый пришедший автобус и доехать до конечной и так далее. И записывать, что происходит вокруг. Вам как будто нужно задать условия игры, которая не даст вам писать традиционную повествовательную прозу: «Иван Иванович встал с дивана, подошёл к окну, отодвинул занавеску…»

«…И долго смотрел на догорающий закат», да-да. У меня изначально было отталкивание от традиционной нарративной прозы. Когда ты просто сочинил роман, ты более-менее знаешь, что там будет. А здесь игра с неизвестным концом. Берёшь кусок реальности и начинаешь его описывать. Причём этот кусок длится во времени. Чем закончится — зависит от того, как повернётся реальность. У меня четыре книги по такому принципу написаны — «Горизонтальное положение», «Описание города», «Есть вещи поважнее футбола» и «Сидеть и смотреть». Но потом у меня почему-то возникло желание: а дай-ка я всё сделаю наоборот и напишу что-то сюжетное и с героями. Я написал «Человека из Подольска» просто из желания что-то перевернуть.

«Человек из Подольска». Режиссёр Семён Серзин. Россия, 2020 год

Человек из Подольска всё время говорит: «В Подольске нет ничего интересного, со мной не происходит ничего интересного, ничего интересного по дороге на работу я не вижу». По-моему, это очень важная для вас категория — в ваших текстах принципиально не происходит ничего интересного. И как только ты погружаешься в поток этой неинтересности, ты обнаруживаешь, что это «ничего» — это самое интересное и есть.

Да, это мой девиз: скучное — это самое интересное. По-моему, в квантовой физике есть такой тезис — факт наблюдения влияет на наблюдаемый процесс. Я для себя это тоже открыл, в наблюдениях за реальностью. Когда ты просто сидишь на остановке и ждёшь автобус — скорее бы он приехал и скорее бы отсюда уехать, — вокруг ничего не происходит. А если ты никуда не спешишь и напряжённо наблюдаешь, реальность просто вспучивается событиями, всё вокруг начинает двигаться, ты замечаешь кучу всего. Когда ты наблюдаешь, всё действительно становится интересным. Но так, специфически интересным.

Специфически — это как?

Не все люди, наверное, находят интересность в том, что рядом стоят два человека и обмениваются ничего не значащими репликами. Можно сказать: это ерунда. Понятно, что вряд ли на обычной автобусной остановке рядом с нами будут стоять двое великих учёных и обмениваться результатами своих грандиозных научных исследований. Но если попытаться, можно найти какую-то интересность в обычных разговорах, в поведении людей, в их одежде. Я для себя много такого нахожу, но это, наверное, специфический взгляд, я его не навязываю никому.

Я сегодня наткнулся на цитату из Филипа Гласса, который писал о минимализме в музыке — дескать, в музыке более-менее традиционной слушатель понимает, чего ожидать, он испытывает дискомфорт, если этого не случается, или радуется, что его ожидания оправдались. А в минимализме — ты сидишь и слушаешь, как повторяются одинаковые паттерны, и в какой-то момент понимаешь, что ничего нового не произойдёт и ждать тут, собственно, нечего. И начинаешь просто быть.

Да, есть такая параллель. Я могу к этим словам присоединиться. Мне вообще очень близок минимализм. Мои прозаические эксперименты — это тоже своего рода минимализм. Сплошные повторения, одинаковые периоды с небольшими изменениями, вроде бы всё то же самое, но немножко сдвинулось, потом ещё сдвинулось, опять вернулось. Кружение вокруг одного и того же, но с небольшими изменениями. Я этот подход в литературе пытался воспроизвести, не знаю, насколько получилось, но мне это близко.

Дмитрий Данилов. Горизонтальное положение. Издательство «Эксмо», 2010 год.
Дмитрий Данилов. Есть вещи поважнее футбола. Издательство «Рипол Классик», 2015 год.
Дмитрий Данилов. Описание города. Издательство «Астрель», 2012 год.
Дмитрий Данилов. Сидеть и смотреть. Серия наблюдений. Издательство «Новое литературное обозрение», 2016 год

Ваши тексты легко вписать в модернистскую традицию — от Добычина до Саши Соколова. Вы сознательно на неё ориентировались или это случайное родство?

Отчасти сознательно. Добычин на меня кардинальным образом повлиял в своё время. В юности, когда его прочитал, для меня это был прямо удар. Нет, я не то чтобы был совсем дикий. Но в то же время и дикий тоже. Я обычный советский паренёк, у меня в детстве и юности не было доступа к самиздату... То есть я понимал, что литература может быть разной, она разная и есть, но это было теоретическое понимание. А тут я прочитал Добычина, Хармса, Мамлеева, и это меня прямо ударило по голове, небеса разверзлись. Я себя чувствовал таким — ну это очень громко сказано и вообще какая-то ерунда, — но да, мне хотелось видеть себя продолжателем всего этого. Конечно, сейчас я понимаю, что глупо об этом говорить, но тем не менее.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

«Великие русские авторы — это такое семейство Кардашьян» «Великие русские авторы — это такое семейство Кардашьян»

Писательница Юлия Яковлева о русских авторах и книжных мифах

Полка
Наконец раскрылась Наконец раскрылась

Певица Сиа — о съемках своего мюзикла, детях и психическом здоровье

Vogue

Истории женщин, которым очень плохо живется в браке

Cosmopolitan
«В 30 лет хочется жить, а не ждать IPO»: сооснователь Ozon не жалеет о выходе из бизнеса в 2003 году и верит в его успех «В 30 лет хочется жить, а не ждать IPO»: сооснователь Ozon не жалеет о выходе из бизнеса в 2003 году и верит в его успех

Интервью с Александром Егоровым, сооснователем интернет-магазина Ozon

VC.RU
Гормоны счастья Гормоны счастья

Как приучить мозг вырабатывать серотонин, дофамин, эндорфин и окситоцин

kiozk originals
Клеймо на душе: чем опасна стигматизация людей с психическими расстройствами Клеймо на душе: чем опасна стигматизация людей с психическими расстройствами

Чем опасна стигматизация психических расстройств и почему с ней нужно бороться?

Psychologies
Как Астана Москву опередила Как Астана Москву опередила

Замысел по созданию МФЦ уже реализовали в Казахстане

РБК
Открываем Россию: зимние каникулы Открываем Россию: зимние каникулы

Гимн русской зиме от руководителя Федерального агентства по туризму

National Geographic
«Я сократил свой экологический след» «Я сократил свой экологический след»

Проверьте, насколько вы готовы жить по правилам эко-номики

РБК
Личная жизнь Анны Австрийской Личная жизнь Анны Австрийской

Анна Австрийская считалась самой красивой женщиной Европы своего времени

Дилетант
«Спектр-РГ» связал пузыри Ферми с активностью центральной черной дыры Млечного Пути «Спектр-РГ» связал пузыри Ферми с активностью центральной черной дыры Млечного Пути

Пузыри Ферми образовались из-за активности сверхмассивной черной дыры

N+1
Алексей Сальников: «Общайся! Живи!» Юмористический рассказ Алексей Сальников: «Общайся! Живи!» Юмористический рассказ

Рассказ «Общайся! Живи!» о том, что такое смерть

СНОБ
Житие несвятого Диего: история невероятного успеха и падения в новом фильме про Марадону Житие несвятого Диего: история невероятного успеха и падения в новом фильме про Марадону

Документальный фильм о том, как мальчик из Буэнос-Айреса стал богом Неаполя

Forbes
7 домов-коммун 7 домов-коммун

Удивительные архитектурные опыты начала 1930-х годов

Arzamas
#лицо #лицо

Все для того, чтобы кожа оставалась свежей, сияющей и увлажненной

Glamour
Всё о малотравматичной блефаропластике — как «поднять» веки малой кровью Всё о малотравматичной блефаропластике — как «поднять» веки малой кровью

Вместе с экспертом разбираемся, какую блефаропластику выбрать

Cosmopolitan
Территория уюта Территория уюта

Небольшой домик в стиле фьюжн для семейных и дружеских обедов

SALON-Interior
Алексей Южаков, основатель Promobot: «Будущее — за универсальной робототехнической платформой» Алексей Южаков, основатель Promobot: «Будущее — за универсальной робототехнической платформой»

Promobot — крупнейший в Европе производитель сервисных роботов

Inc.
Не только Cyberpunk 77: топ-5 игр в киберпанк-эстетике Не только Cyberpunk 77: топ-5 игр в киберпанк-эстетике

Пять видеоигр, работающих с наследием киберпанка и стимпанка

Esquire
Почему Россия не сможет выступать с позиции силы Почему Россия не сможет выступать с позиции силы

Кремль испробовал все способы, чтобы добиться уважения Запада

СНОБ
Расслабленный стиль шестидесятых в фильмах Жан-Люка Годара: 5 выдающихся образов Расслабленный стиль шестидесятых в фильмах Жан-Люка Годара: 5 выдающихся образов

Знаковые мужские образы шестидесятых в фильмах Жана-Люка Годара

Esquire
Психолог поискового отряда «Лиза Алерт»: «Мы должны понимать тех, кого ищем» Психолог поискового отряда «Лиза Алерт»: «Мы должны понимать тех, кого ищем»

Психолог из «Лиза Алерт» делится своей историей

Psychologies
Считать от МРОТ Считать от МРОТ

Оплату труда учителей ждет реформа

Огонёк
Звездная ночь Звездная ночь

Предлагаем повторить прическу, которую выбрали для себя знаменитости

Лиза
Стоп-сигнал Стоп-сигнал

Мы перестали ходить на каблуках, но стали ли от этого счастливее наши ноги?

Tatler
«Быть интеллектуальным волонтером выгодно»: бизнесмен и филантроп Гор Нахапетян — о новой бизнес-этике «Быть интеллектуальным волонтером выгодно»: бизнесмен и филантроп Гор Нахапетян — о новой бизнес-этике

Гор Нахапетян рассуждает о том, почему добрые дела нельзя делать тихо

Forbes
Вы достигли потолка в карьере. Что делать? Вы достигли потолка в карьере. Что делать?

Три профессионала поднялись по корпоративной лестнице, а потом поменяли жизнь

Reminder
Рестораны Рестораны

Гастрокритик Михаил Лопатин вспоминает главные ресторанные тренды Москвы 2000-х

Esquire
«Все начинается с малого». Как незаметные привычки меняют нашу жизнь к худшему «Все начинается с малого». Как незаметные привычки меняют нашу жизнь к худшему

Отрывок из книги Маттиаса Хаммера «Микропривычки»

Reminder
Виктор Низовцев ловец ускользающих снов Виктор Низовцев ловец ускользающих снов

«С некоторыми из моих персонажей связаны почти мистические истории»

Караван историй
Открыть в приложении