Восстание деревьев. Русский бунт в Шиесе, осмысленный и беспощадный

Народные протесты против строительства полигона для захоронения бытовых отходов

Русский репортерОбщество

Восстание деревьев. Русский бунт в Шиесе, осмысленный и беспощадный

Текст и фотографии: Игорь Найденов

Почти год продолжаются народные протесты против строительства полигона для захоронения бытовых отходов из Москвы около станции Шиес в Архангельской области. На днях Верховный суд РФ отменил решение Архангельского облсуда, который ранее разрешил провести местный референдум о запрете ввоза мусора в район Шиеса из других регионов страны. Протестующие надеялись, что на прямой линии с Владимиром Путиным может быть объявлено о сворачивании полигона, но этого не случилось. Как выглядит изнутри главный нестоличный протест и при чем здесь Махатма Ганди?

Владимир Владимирович Путин весь в чем-то белом вдруг возникает на дугообразной крыше строительного ангара, рискованно встает на краю, раскинув перьевые руки-крылья навстречу тускло заходящему солнцу, покачивая высоким апостольским колпаком. Толпа внизу тотчас стихает; смолкает песня о болоте, прерывается на полузвуке радостный стон электробалалайки. Лишь слышно, как пикируют архангельские комары размером с утку. Что-то скажет трибун, какое заветное слово? И он чуть погодя произносит. Проникновенно и тихо, отчего слышно далеко-далеко, кажется, в самом Сыктывкаре. Что люди рождены, чтобы любить друг друга, что все мы деревья и что каждому из нас надо посадить по саженцу, если мы хотим сохранить свою душу в чистоте. Сотни людей встречают эту речь аплодисментами, похожими на шелест листвы ветреной ночью.

До прямой линии президента России остается полдня. Шиес-Протестант в который раз готовится звонко и требовательно, на всю страну, заявить о себе.

Псих, но не псих

— Вообще-то он сейчас не Путин, — кивая на театрализованную фигуру и улыбаясь, говорит юрист Оксана Владыка. — Этот его паспорт у меня хранится… А вы знали, что после сорока пяти паспорта можно менять сколько угодно раз и вписывать туда какое угодно имя, закон не запрещает, главное — без похабщины?!

— Кто же он сейчас?

— Кажется, Древарх-Просветленный. Я уже запуталась. Это от «дерева» и «архангела». А был еще Дмитрий Медведев… Потом хочет сделаться Молотовым.

— Почему? — Потому что — «коктейль Молотова». Я ему говорю, не стоит на экстремизм намекать. Но он упрямый.

— Как же его звали сразу после роддома?

— Андрей. Андрей Христофоров. По крайней мере, так его записывают в полицейские протоколы, когда задерживают и штрафуют. Вы, наверное, думаете, он псих. Да, он псих, согласно медицинской справке. Но он не псих на самом деле. Разумнее многих.

Древарх-Просветленный, он же Андрей Христофоров из Архангельска, — личность в шиесской тайге известная, неотъемлемый и яркий элемент экологического протеста, мастер акционизма, скоморох и юродивый, которому, по русской традиции, позволено много больше остальных.

Рассказывают, как он добивался психической справки. Замучил докторов своей теорией человека-дерева. В результате ему оформили шизофрению, как он и хотел.

Зачем? Чтобы стать неуязвимым для полиции. Вот как такого осудить, как посадить — греха ведь не оберешься! Повяжут — отпустят. В худшем случае оштрафуют. Он этим пользуется: если какое противостояние активистов Шиеса с полицией, чоповцами или ОМОНом, его лицо с несводимой татуировкой, изображающей зеленую крону дерева, мелькает в первых рядах протестующих, там, где жарче всего. Он еще и других своих отгоняет, строго им шепчет: «Отойдите, я сам с ними разберусь, мне ничего не будет».

— Слезай, менты примут! — кричит ему один край толпы. — А за что принимать-то? Здесь лес по документам, деревья. Так что он не на ангар залез, а на сосну, — отзывается другой край толпы.

Фактически так оно и есть. Строительство полигона бытовых отходов рядом с железнодорожной станцией Шиес началось почти год назад вызывающе пиратским образом: без утвержденной проектной документации, без экологической экспертизы, без общественных слушаний и еще целой кучи «без». Следовательно, и всех здешних построек, возникших на месте вырубленного леса, как бы нет — виртуальные они.

Древарх Батькович с помощью товарищей по протесту спускается на землю, и полицейские, патрулирующие рядом, вокруг и повсеместно, его действительно не трогают. Да что там полицейские — даже комары его не кусают, хотя он ходит с голыми ногами! Хотя это логично: где вы видели, чтобы комары кусали деревья.

Встречи и проводы поездов с активистами на железнодорожной станции Шиес всякий раз превращаются в шумные и веселые массовые мероприятия. Трудно определить, чего тут больше — народных гуляний или народных волнений

Вагон № 10

Хорошо протестовать в Гонконге — там скученность миллионная: вышел за хлебушком, и ты уже посреди какого-нибудь митинга. А до Шиеса попробуй доехать. Из Москвы воркутинский поезд идет больше суток. Наверное, потому там так мало москвичей, привыкших летать.

Окольными и путями подороже — самолетом через Сыктывкар или Архангельск — тот же день получается: с пересадками, паромной переправой, сменой транспорта и бездорожьем.

После Котласа интересно пройтись по составу — повычислять тех, кто едет в палаточный лагерь протеста. А их и видно сразу. Не по походным рюкзакам и коврикам — по глазам без маеты и тины. Ну и леопардовые лосины они тоже не носят.

— В Шиес?

— В Шиес.

Одно слово, больше не надо. Слово-пароль. Ударение на первый слог. Так отличают своих от чужих.

А как дойдешь до легендарного вагона № 10, так тут же и попадаешь заранее в Шиес, не успев до него доехать.

Общий, сидячий, гремячий — туда набиваются все, кто направляется в Шиес из окрестных городков и поселков. А кто не направляется, старается туда не садиться. Кому же это интересно: слушать всю дорогу, чем мусоросжигательный завод отличается от мусороперерабатывающего, истории полицейских задержаний активистов вперемешку с песнями под гитару… Тут особый интерес нужен, задор.

Кажется, что «десятка» безразмерна: люди сидят и стоят друг у друга на головах, и все дисциплинированно ходят в конец вагона «обилечиваться».

Древарх-Просветленный — мастер акционизма, скоморох и юродивый Шиеса, которому, по русской традиции, позволено много больше, чем остальным протестантам

Привет Кибальчишу

Наконец Шиес.

Старушка-проводница со словами «молодцы, молодцы» крестит всех, собирающихся сходить. Кто-то из зевак, следующих далее, интересуется у нее: «А чой-то они здесь делать будут?» Она отвечает, что сражаться с ядерными отходами.

Пассажирская остановка в Шиесе не предусмотрена, только техническая минутная: даже билет сюда не купишь, нужно брать до следующей станции Мадмас. Однако еще до того, как состав полностью затормозит, проводницы раскладывают лесенки. А после начинается высадка. Больше, правда, похожая на абордаж или десантирование.

Люди вываливаются из вагонов; рюкзаки, канистры с водой, клетчатые челночные сумки, полные продуктов, разноцветные флаги с указанием городов приписки, футболки с принтом «Север будет свободен» — все это мгновенно перемешивается и образует жизнерадостный водоворот. Ощущение такое, что оказался на конечной станции и поезд дальше не пойдет.

Поезд ждет, сколько требуется для высадки. Обычно это пять-семь минут, потом нагоняют отставание. Активисты говорят, что их поддерживают не только проводники и машинисты, но и начальники поездов — некоторые даже не требуют платы за проезд у десятого вагона.

Но ходят разговоры, что остановку собираются вообще убрать. Активисты даже к этому приготовились: в Мадмасе — а это километров двенадцать отсюда, — у них будет велогараж, куда уже сдают старые велики и новые, купленные на деньги из общей кассы.

Поезд трогается и дает фанатский гудок: «Привет Кибальчишу».

А тебя и твоих попутчиков тем временем уже встречают те, кто приехал раньше, кто в лагере более-менее постоянно. И тут же — крики, объятия, радость узнавания. И все это в тайге, на диком полустанке, считай, в таких ******, что и представить сложно.

По станции — сухо

Ведут сразу в лагерь, который здесь же неподалеку, вдоль путей и тупиков, заставленных новой оранжевой техникой, груженной на ж/д платформы, по дороге обязательно интересуясь, в первый ли раз. Если в первый, то сначала организуют экскурсию, как у них что устроено.

На входе масса агитпропа на тему нопасарана и несгибаемости Шиеса, порой с юмором: «Мусор — раздельно. Люди — вместе».

Доминирует кумачовая растяжка с путинской цитатой: «Не вредите людям, которые там живут. Это приказ!».

Еще надеются, значит, на президента. Но уже, по всей видимости, не сильно — растяжка обвисла, плохо читается и вяло колеблется на ветру.

Есть палатка — хорошо, нет — находят спальное место в гостевых. «Кто приютит двух одиноких, но симпатичных дам», — разносится женское игривое.

Потом собрание-инструктаж «для вновь прибывших». Где есть, как мыться, что отвечать полицейским, если проверка. Здесь же проясняется, что в палатку они без ордера проникнуть не могут, поскольку частная собственность и жилище.

Сквернословию — нет, взаимовыручке — да. Забыл, как собирать палатку, — двое бросаются на помощь. Поел — вымой за собой. Можешь — принеси воды или подежурь на одном из постов. Не можешь — мы тебе и так рады, спасибо, что приехал.

Секта не секта. Турлагерь не турлагерь. Что же это все значит, черт подери?

Особо отмечается, что в лагере строжайший сухой закон. Даже не просто сухой, а вот прямо как Сахара. Чтобы ни-ни, потому что полицейским и провокаторам только того и надо: объявить активистов Шиеса пьяницами и дебоширами. Дескать, глядите, люди добрые: лес они защищают, а сами бухают почем зря.

Рассказывают, что поначалу, когда порядки и принципы лагеря еще только формировались, некоторые приезжавшие пытались распить бутылочку-другую. Но им вежливо объясняли, что здесь это не принято, и те соглашались.

По правде говоря, верилось с трудом, что русский бунт, даже так грамотно организованный, может обойтись без спиртного. Но что есть, то есть: ни грамма, ни миллилитра. Это тем более достойно уважения, что по лицам многих здесь можно прочесть: в свободное от Шиеса время они — кто же их осудит — не прочь: с друзьями, на рыбалке, под уху.

В палаточном лагере у каждого своя уникальная и добровольная роль. Некоторые женщины приезжают исключительно для того, чтобы готовить, и в этом находят применение своему гражданскому долгу

Посторонние

Здесь привечают всех. А все — они такие разные.

Есть протестанты выходного дня — те, кто остается на субботу-воскресенье. Есть и те, кто, зарядившись роликами на «Ютубе», где женщин-активисток чоповцы таскают за волосы и кидают на асфальт, приезжает побузить. Но таких быстро остужают, объясняя: у нас протест без агрессии. Есть те, кому достаточно двух-трех часов — сделать селфи, зачекиниться. Но и от них польза: такие запостят фоточки в «Инстаграм» — разойдется по сетям инфа о Шиесе.

Ни у кого не спрашивают документов, верят на слово — а как иначе, мы же цивилизованные люди! От этого иногда страдают — редко, но всякие посторонние примазываются. Кто с ненужной политикой, кто пожрать безвозмездно, кто шмотку подрезать: большинство же нормальные и, как все нормальные, по себе о других судят — телефоны так валяются, никто не прячет. На днях вот коптер пропал, который на общественные деньги купили, чтобы качественное видео о протесте снимать, — так жалко.

Простоволосый юноша в белых одеждах приехал, декадентский слишком для этого в общем оптимистического места. Что-то играл психоделическое на шестиструнной, что-то пел с замахом на Кьеркегора… После попросил собрать для себя денег, чтобы издать диск. Ему аккуратно сообщили, что он выбрал не то место для краудфандинга, что здесь не решают частные проблемы.

Плюс этот лирический подход ко всей без разбору публике предоставляет раздолье для провокаторов. Если спросишь, нехотя расскажут несколько соответствующих историй. Например, как двое лживо изображали, будто чоповец их избил, да пистолетом, да с кровью, но самообладания у активистов хватило, чтобы не побежать отомстить.

Секса нет — а если и есть, то его не видно. Не за этим собрались.

Искали у них оружие сколько раз, но находили только водяные пистолеты.

Наркотики? Ну а как их подкинуть людям, которые жестко держат сухой закон? Кто в такое поверит?!

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

7 вопросов Наталии Зверевой, директору Фонда «Наше будущее» 7 вопросов Наталии Зверевой, директору Фонда «Наше будущее»

О «дельфинах капитализма»

Русский репортер, август'19
Королевский титул Королевский титул

29-летняя американка Нина Даниэль впервые появилась на обложке журнала

Playboy, август'19
Кредиты на жилье ушли в минус Кредиты на жилье ушли в минус

Объем выданной за первое полугодие ипотеки уменьшился впервые с кризиса

РБК, июль'19
Победить без вакцины Победить без вакцины

Почему в России гепатит С до сих пор считают неизлечимой болезнью

Огонёк, июль'19
Фитнес-экспресс Фитнес-экспресс

Для вас — руководство к действию от специалистов сети фитнес-клубов С.С.С.Р.

OK!, июль'19
Не верь, не слушай, не плати Не верь, не слушай, не плати

Мошенники постоянно придумывают все новые схемы «отъема денег у населения»

Лиза, август'19
Зачем в часах Jaeger-LeCoultre Reverso можно переворачивать циферблат? Зачем в часах Jaeger-LeCoultre Reverso можно переворачивать циферблат?

Инновационное решение помогло создать одни из первых спортивных часов в мире

GQ, июль'19
Реджеп Эрдоган вступил в зону санкционного риска Реджеп Эрдоган вступил в зону санкционного риска

Как США могут отреагировать на поставки в Турцию российских С-400

РБК, июль'19
Операция «Акклиматизация» Операция «Акклиматизация»

Смена часовых поясов – серьезное испытание для организма

Лиза, июль'19
Концлагерь для детей Концлагерь для детей

Как Америка борется с нелегальными мигрантами

Русский репортер, июль'19
Восемь умных ног Восемь умных ног

Это морское существо называют «самым курьёзным созданием» на нашей планете

Наука и жизнь, июль'19
«История игрушек 4»: еще раз о любви «История игрушек 4»: еще раз о любви

Продолжать относиться к мультфильмам как к детскому развлечению довольно странно

Psychologies, июль'19
Со всеми остановками Со всеми остановками

Психологи объясняют, как сделать возможной желанную встречу

Psychologies, август'19
Голова из телевизора Голова из телевизора

Интервью с владелицей телеканала «Дождь» Натальей Синдеевой

Tatler, август'19
Интернет-магазинам завизировали скидку Интернет-магазинам завизировали скидку

Visa снижает тарифы для крупных онлайн-продавцов

РБК, июль'19
Господдержка рождаемости прошла мимо россиян Господдержка рождаемости прошла мимо россиян

Более 40% россиян не заметили увеличения поддержки рождаемости

РБК, июль'19
Султан подавился «хромой уткой» Султан подавился «хромой уткой»

Реджепу Эрдогану грозит политическое банкротство

Эксперт, июль'19
«Нормандская шестерка» «Нормандская шестерка»

Владимир Зеленский предложил новый формат переговоров по Донбассу

РБК, июль'19
Где лечиться? Где лечиться?

В какую поликлинику идти – государственную или частную

Домашний Очаг, июль'19
Остатки кладки: 10 живописных развалин Остатки кладки: 10 живописных развалин

Хорошо сохранившиеся исторические здания радуют взгляд

Вокруг света, август'19
Иностранцы получили надежду на «третьего лишнего» Иностранцы получили надежду на «третьего лишнего»

Три вопроса о возвращении импортных товаров в сегмент госзакупок

РБК, июль'19
Тимур Соловьев: «Пуш-апы, ресницы – девушкой быть тяжело» Тимур Соловьев: «Пуш-апы, ресницы – девушкой быть тяжело»

Телеведущий признался, как спит с напарницей

StarHit, июль'19
Второй тур достоин пятерки Второй тур достоин пятерки

Эксперты «Давыдов индекс» обнародовали прогноз по осенним выборам глав регионов

РБК, июль'19
«Восточный» пополнит капитал за счет кредитов «Восточный» пополнит капитал за счет кредитов

Банк определился со способом выполнения ключевого норматива ЦБ

РБК, июль'19
4 августа в Санкт-Петербурге пройдет СПБ полумарафон «Северная столица» 4 августа в Санкт-Петербурге пройдет СПБ полумарафон «Северная столица»

Полумарафон по историческому центру одного из самых красивых городов России

Men’s Health, июль'19
Когда мне будет 55 Когда мне будет 55

Почему не принято говорить о зрелой женской сексуальности и почему это вредно

Glamour, август'19
Минздрав напустил дыму Минздрав напустил дыму

Минздрав в четыре раза увеличил прогноз по числу курильщиков через 15 лет

РБК, июль'19
Как эволюция привела нас к сумасшествию Как эволюция привела нас к сумасшествию

Любое душевное неблагополучие — это опасность и повод для тревоги

Наука и жизнь, февраль'19
Со всеми удобствами Со всеми удобствами

«Татлер» беспокоится по поводу нового наркотика — тотальной комфортозависимости

Tatler, август'19
Худее, краше, счастливее Худее, краше, счастливее

Перепробовала уже все, а похудеть все равно не получается

Лиза, июль'19