Почему из немецких выборов не получилось героического эпоса

Русский репортерОбщество

Актуально / Выборы

Несостоявшийся Рагнарек

Почему из немецких выборов не получилось героического эпоса

Избирательная кампания в Германии стартовала, когда мир только переваривал прошлогодние события в Великобритании и США. Берлин казался последним оплотом традиционной европейской демократии, и за его судьбу было тревожно. Сегодня очевидно, что он устоял. Но тревог меньше не стало

Дмитрий Карцев

Не обнаружился герой

Никакой эпос невозможен без героя — неординарной личности, бросающей вызов существующему мироустройству или, напротив, жертвующей собой во имя его сохранения. Каждый из героев последних западных политических кампаний — Дональд Трамп, Эмманюэль Макрон и Джереми Корбан — до той или иной степени мог претендовать на звание современного Одиссея, с поправкой на эпоху развитого Голливуда. В Германии нового Зигфрида не нашлось.

Хотя поначалу казалось, что именно им вполне может стать Мартин Шульц — бывший председатель Европейского парламента, в начале этого года ставший кандидатом в канцлеры от Социал-демократической партии (СДПГ). Его появление немедленно возродило интригу в гонке, победу в которой до этого прочили Ангеле Меркель. Шульц обещал немецкой политике обновление уже хотя бы потому, что, в отличие от своих товарищей по главной — ха-ха! — оппозиционной партии страны, не был партнером канцлера по правительственной коалиции 8 из 12 лет ее пребывания у власти.

И, что важно, на него работал тот самый внешний, голливудско-героический фон: прошлогодний «Брэкзит», шокирующий успех Трампа, тревожно-восторженное ожидание финальной битвы с националистами во Франции… Западный мир бурлил. Не могла же Германия остаться в стороне!

В первые три месяца после явления Шульца в СДПГ вступило больше 14 тысяч человек — в некоторых регионах больше, чем за весь предыдущий год. По личной популярности он опережал Меркель. Рейтинги социал-демократов впервые за несколько лет сравнялись с показателями христианских демократов (блок ХДС/ХСС).

Но очень быстро из героя Шульц превратился в добровольца на заклание. Чтобы привлечь не определившихся, ему необходимы были по-настоящему громкие заявления и решительные жесты. Но тогда он рисковал бы распугать ядерный электорат своей собственной партии, который уже давно составляют не пролетарии, коим нечего терять кроме собственных цепей, а вполне добропорядочные бюргеры, готовые в случае чего проголосовать и за Меркель. Оказалось, что кроме как самого себя Шульцу предложить нечего ни тем ни другим.

Однако этого безнадежно мало, когда твою главную проблему зовут Ангела Меркель. Если с Зигфридом в Германии сложности, то с ролью Брунгильды она справляется блестяще. Подобно Шульцу, она тоже предлагала избирателям в основном свой собственный образ, но ее «я» оказалось куда весомее. Для большинства сограждан Меркель служит живым воплощением немецкой стабильности на фоне перипетий внешнего мира. Для тех же, кто чем-то недоволен (а как и в большинстве европейских стран, главной темой в этом случае являются нюансы европейской интеграции), Шульц был крайне неудачной альтернативой. Со своим непрерывным двадцатилетним опытом работы в Европарламенте он выглядел еще в большей степени Европой, чем сама Меркель.

Не нашлось яблока раздора

Если вспомнить, что Троянская война, которую историки называют мировой войной древности, началась из-за брачной коллизии, то перепалки Трампа и Клинтон не будут казаться столь уж театральными. Но в Германии не было и этого. Почти все темы, которые могли бы послужить причиной экзистенциального конфликта, по ряду причин не прозвучали в полную силу.

Первая из них — беженцы, наплыв которых в 2015–2016 годах показался той самой проблемой, с которой федеральный канцлер, вопреки собственному обещанию, не сможет справиться. Но с конца прошлого года приток новых иммигрантов в Германию резко снизился, инциденты с уже обосновавшимися в стране больше не вызывают столько шума, и у Меркель появились основания говорить, что она сдержала обещание. Правда, суть решения заключается в том, чтобы перенаправить потоки беженцев как можно дальше от границ Германии. В частности, для этого на деньги ЕС — по различным оценкам, около 3 миллиардов евро — созданы лагеря беженцев в Турции. Но если восточноевропейский транзит благодаря этому резко сократился, то численность беженцев, пытающихся попасть в Европу через Италию, напротив, увеличилась.

Критики Меркель, и в частности Шульц, упрекают ее в том, что она зашила рану, забыв предварительно ее дезинфицировать. Теперь Европа оказалась в зависимости от авторитарного режима Эрдогана, а южные страны ЕС ждет новая волна кризиса. В значительной степени это правда: Меркель как мировой лидер научилась виртуозно перекладывать ответственность за общие проблемы на других. Однако немецких избирателей это, похоже, вполне устраивает — ведь до самой Германии эхо всевозможных кризисов доносится в самую последнюю очередь. А основной оппонент Шульц своими разумными доводами о необходимости большей солидарности и интернационального сплочения вызывает только раздражение у немцев, считающих, что остальная Европа жирует за их счет.

Ту же стратегию перекладывания ответственности Меркель взяла на вооружение в сложном клубке взаимоотношений Москвы и Вашингтона. Сразу после присоединения Крыма и начала донбасского кризиса она была одной из самых жестких сторонниц санкционной политики: отстаивала ее даже вопреки интересам немецкого бизнеса, считая, что принципы важнее экономических выгод. Однако этим летом, когда США в одностороннем порядке ввели новые санкции, грозящие, в частности, иностранным компаниям, ведущим бизнес с Россией, представители экономики Германии впервые открыто выразили недовольство продолжающейся торговой войной. Политическим выразителем этой линии стали лидеры Свободной демократической партии (СвДП), стремящейся стать новым партнером ХДС/ХСС по коалиции. Если это случится, то Меркель сможет пойти на определенные подвижки внешнеполитического курса, не потеряв собственного политического реноме.

И опять-таки все, что остается Шульцу, — требовать еще большей последовательности в проведении того курса самой Меркель, который уже вызывает определенные сомнения (больше санкций и давления, меньше веры Москве и Путину). Но так она и сама умеет!

Современная Германия — далеко не Асгард, древнегерманская обитель богов. Более того, чем дольше Меркель остается у власти, тем сильнее увеличиваются некоторые глубинные трещины, разделяющие немецкое общество. Тем не менее за 12 лет она так крепко привязала к себе СДПГ, что вторая по силе немецкая партия просто не может оппонировать ей по большинству принципиальных вопросов. И это делает особенно значимой роль малых партий.

Второстепенные персонажи стушевались

Эпическое произведение помимо основной линии всегда содержит целый ряд боковых сюжетов, иногда не менее ярких, чем главный. Все немецкие малые партии — партии тревоги. Просто избиратели Левой партии и «Альтернативы для Германии» (AfD) опасаются, что будущее под угрозой из-за чрезмерно глобалистской политики Ангелы Меркель, а избиратели СвДП и «Зеленых» — из-за тех, кто эту политику хотел бы свернуть. И именно здесь следует искать реальную немецкую политику и подлинный мировоззренческий разлом.

Совокупно все четыре малые партии поддерживают лишь немногим меньше, чем партии Меркель и Шульца. Но по разным причинам ни одна из них не смогла навязать «большим» собственную повестку, хотя AfD в разгар иммиграционного кризиса могла рассчитывать на 15–17% голосов избирателей и получить эксклюзивное звание «третьей силы» немецкой политики. Немецкий истеблишмент маркирует ее чуть ли не как нацистскую и исключает любое коалиционное сотрудничество с ней. Но именно ее поддерживают те, кому действительно нужно больше справедливости, о которой говорил, хотя и не слишком убедительно, Шульц, — наименее обеспеченные слои немецкого населения, недовольные и Европой, и Америкой, и иммигрантами, и, главное, своей жизнью.

В свою очередь Левая партия возникла как союз бывшей Партии демократического социализма, наследовавшей ГДР, и наиболее ортодоксального крыла социал-демократов. Многие считали ее «партией пенсионеров», но среди молодежи, живущей на бедном востоке страны, гэдээровский миф сегодня обретает новое звучание. Поддерживают ее и многие интеллектуалы, разочарованные «обуржуазившейся» СДПГ. Это может привести даже к тому, что левые однажды поглотят свою материнскую партию, окончательно слившуюся с ХДС/ХСС.

Главный вызов, который стоит перед немецкой либеральной демократией, — сможет ли она интегрировать тех, для кого сама по себе является не идеологией и самоцелью, а лишь политическим средством для достижения собственных целей. Особенно с учетом того, что друг друга Левая партия и AfD считают своими главными соперниками. Сегодняшняя немецкая система поддерживает собственную легитимность малолиберальным средством — личной харизмой канцлера. Как только Меркель уйдет, кризис той или иной тяжести почти неизбежен. И поскольку она окончательно превратила Германию в общеевропейского лидера, выйдет этот Рагнарёк — «гибель богов» в древнегерманской мифологии — далеко за берега Рейна и Одера.

Фотографии: The Associated Press; Omer Messinger/ZUMA Wire

Хочешь стать одним из более 100 000 пользователей, кто регулярно использует kiozk для получения новых знаний?
Не упусти главного с нашим telegram-каналом: https://kiozk.ru/s/voyrl

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Крутотень Крутотень

Яна Кошкина сыграла около пятидесяти ролей в кино и сериалах

Maxim
«Приехать и найти ничего» «Приехать и найти ничего»

В Музее современного искусства «Гараж» прошла дискуссия о культурной памяти

Полка
С пылу с жару: “Лакричная пицца” Пола Томаса Андерсона — ромком, который стоит посмотреть всем С пылу с жару: “Лакричная пицца” Пола Томаса Андерсона — ромком, который стоит посмотреть всем

Как Полу Томасу Андерсону удалось снять фильм про любовь, сбивающую с ног?

Esquire
Биография Хидео Кодзима. История одного гения Биография Хидео Кодзима. История одного гения

Как складывалась судьба Хидэо Кодзимы и чем он заслужил определение «гений»

Цифровой океан
Кризис приватности: за нами следят? Кризис приватности: за нами следят?

В жизни становится все меньше приватного и все больше публичного

Psychologies
Фазы Луны влияют на агрессивность акул Фазы Луны влияют на агрессивность акул

В новолуние шансов пострадать от акулы меньше

National Geographic
Дешево и безвкусно: 6 атрибутов, которые портят ваш дом Дешево и безвкусно: 6 атрибутов, которые портят ваш дом

Будьте внимательны к своему дому: что стоит исправить в своем жилище?

GQ
Игра фактур Игра фактур

Современный, функциональный интерьер с яркими акцентами

SALON-Interior
Итаф Рам: «Женщина — не мужчина». Дебютный роман дочери палестинских иммигрантов Итаф Рам: «Женщина — не мужчина». Дебютный роман дочери палестинских иммигрантов

Отрывок из романа Итаф Рам — о женщинах в семьях палестинских иммигрантов

СНОБ
Россия, Кудыкина гора Россия, Кудыкина гора

Огнедышащий Змей Горыныч обнаружен под Липецком

Maxim
Нужны ли миру цифровые деньги? Объясняет эксперт Нужны ли миру цифровые деньги? Объясняет эксперт

Кто лидирует в гонке цифровых валют и что будет, если деньги уйдут в digital?

Inc.
Мечта шахтера Мечта шахтера

Эрни Форд не знал, что шахтерская песенка «Шестнадцать тонн» прославит его

Вокруг света
Цифры и женщины не сходятся: что показывают и скрывают отчеты российских компаний Цифры и женщины не сходятся: что показывают и скрывают отчеты российских компаний

Можно ли по отчетам компаний делать выводы о гендерном равенстве в бизнесе?

Forbes
БИНТИ БИНТИ

Бюро иностранной научно-технической информации

Наука и жизнь
О спорт, ты сон О спорт, ты сон

Поднять себя в 6 утра на тренировку или поспать подольше?

Men’s Health
Почему не заводится машина: 10 причин и что с этим делать Почему не заводится машина: 10 причин и что с этим делать

Разбираемся в основах диагностики автомобиля

Playboy
Как избавиться от эмоционального багажа: 11 методов Как избавиться от эмоционального багажа: 11 методов

Чтобы жить и чувствовать себя счастливым, необходимо разобраться с прошлым

РБК
Групповой звонок Групповой звонок

Наталья Османн — почему не стоит избегать групповых практик

Elle
Археологи раскопали в южной галерее Денисовой пещеры 3154 каменных артефакта Археологи раскопали в южной галерее Денисовой пещеры 3154 каменных артефакта

Найденные каменные артефакты относятся к среднему и верхнему палеолиту

N+1
Время для любви Время для любви

Мне казалось, что с появлением малыша я поменяюсь кардинально. Именно внутренне

Домашний Очаг
Мегапиксели не решают: какие характеристики камеры смартфона не менее важны Мегапиксели не решают: какие характеристики камеры смартфона не менее важны

На какие характеристики камеры смартфона стоит обращать внимание

CHIP
Главное – говори! Главное – говори!

Чулпан Хаматова празднует 15-летие фонда «Подари жизнь»

Harper's Bazaar
Рубен Симонов: «Для деда Москва была усыпана красивыми женщинами как бриллиантами...» Рубен Симонов: «Для деда Москва была усыпана красивыми женщинами как бриллиантами...»

При дедушке — Рубене Симонове — театр имел свое лицо

Коллекция. Караван историй
Почему мигает курсор при вводе текста? Так 54 года назад ветеран корейской войны решил проблему старых компьютеров Почему мигает курсор при вводе текста? Так 54 года назад ветеран корейской войны решил проблему старых компьютеров

История анимации, которая более полувека помогает пользователям писать быстрее

TJ
12 вопросов о Деде Морозе 12 вопросов о Деде Морозе

На самом деле Дед Мороз — злое славянское божество? Кто придумал Снегурочку?

Arzamas
Как построить коллайдер на Луне (и зачем) Как построить коллайдер на Луне (и зачем)

Сооружение невиданных масштабов – ускоритель частиц, змеей обвивающий Луну

Популярная механика
Верная примета Верная примета

Стоит ли верить и слепо следовать приметам? Давай разберемся

Лиза
Была первым поставщиком кроссовок Nike и проиграла ей рынок: история Asics Была первым поставщиком кроссовок Nike и проиграла ей рынок: история Asics

Asics — как компания начинала и сражалась с Nike

VC.RU
Чтение выходного дня: муки выбора, неоправданные надежды и долгожданная встреча — в рассказе Ольги Птицевой Чтение выходного дня: муки выбора, неоправданные надежды и долгожданная встреча — в рассказе Ольги Птицевой

Трогательная история влюбленности, проверенная расстоянием и временем

Esquire
Ислам Ханипаев: «Типа я. Дневник суперкрутого воина» Ислам Ханипаев: «Типа я. Дневник суперкрутого воина»

Повесть стала финалистом премии «Лицей» и вошла в шорт-лист премии «НОС»

СНОБ
Открыть в приложении