Рожденные для лайков: что такое «кидфлюэнсинг» и как в соцсетях монетизируют детство
Пока одни родители снимают первые шаги ребенка для семейного архива, просто рассказывая о их жизни, другие ее монетизируют. Это явление называется «кидфлюэнсингом» (от англ. kid — «ребенок» и influencer — «инфлюенсер»), когда детство становится профессией, а сами дети — профессиональными блогерами и настоящими звездами соцсетей с миллионными контрактами. Forbes Life разбирается, где проходит граница между семейным контентом и детским трудом, почему закон только сейчас начинает это разграничивать и может ли детство вообще становиться продуктом.
Цифровой след появляется задолго до того, как дети делают первые шаги. Родители начинают рассказывать в соцсетях о детях еще до рождения — выкладывают снимки УЗИ, потом постят фотографии новорожденных, которые появляются онлайн в течение нескольких часов после рождения. Явление, которое называется sharenthood (от англ. share — «делиться» и parenthood — «родительство»), набирает обороты: по часто цитируемым данным, каждый четвертый ребенок на Западе имеет страницу в соцсетях еще до рождения, — пишет the Economist.
Но некоторые родители идут дальше — превращают детей в полноценных звезд соцсетей, так называемых kidfluencers (от англ. kid — «ребенок» и influencer — «инфлюенсер»), документируя каждый значимый и не очень момент. Они берутся за камеру, чтобы снять первые слова и первые шаги, зубную боль, капризы и приучение к горшку. Даже «самые интимные моменты транслируются миллионам», пишет журналистка и автор книги «Like, Follow, Subscribe» про инфлюэнс‑культуру Фортеза Латифи, о которой рассказывает the Economist.
Индустрия kidfluencing выросла в многомиллиардный бизнес, где дети работают без контракта, без защиты и часто без права отказаться. Проблема этой индустрии в том, что ребенок одновременно становится и производителем контента, и наиболее уязвимым его потребителем. Таким образом, проблема выходит за рамки приватности — речь идет о включении детей в систему, где они одновременно товар, аудитория и источник данных.
Апрельское расследование Guardian наглядно показывает, как эта индустрия использует детей. Журналисты создали три новых аккаунта в TikTok и с октября по ноябрь 2025 года отслеживали публикации по хэштегам skincare (уход за кожей).
Из 7600 проанализированных TikTok-видео с рекламой уходовой косметики 400 содержали детей моложе 13 лет, как минимум 90 дети до пяти лет. При этом видео с маленькими детьми демонстрировали более высокую вовлеченность — 55 400 взаимодействий против 36 000 в среднем. Алгоритм буквально поощряет присутствие детей в контенте. Британский депутат Виктория Коллинз назвала происходящее «темным и эксплуататорским углом интернета» и «опасным двойным стандартом»: детский инфлюенсерский контент генерирует тысячи просмотров и продаж, оставаясь при этом нерегулируемым.
Нередко подросшие медиа-звезды не только сожалеют о решении взрослых сделать их детство публичным, но и обращаются в суд.
Громкие судебные дела
Пайпер Рокель родилась в 2007 году — к 2022-му у нее было около 12 млн подписчиков на YouTube, 16,4 млн в TikTok и 6,4 млн в Instagram (принадлежат Meta, которая признана в России экстремистской организацией, ее деятельность запрещена). Она была лидером группы детей-инфлюенсеров «The Squad», которой управляла ее мать Тиффани Смит. Обвинений оказалось много: насилие, нарушение бизнес-этики, сокрытие доходов. Иск составил $22 млн — в итоге заключили мировое соглашение на $1,85 млн без признания вины. «Безумная реальная история» — так озаглавил материал о ситуации вокруг юной блогерши американский Forbes.
В 2025 году Netflix выпустил документальный сериал «Плохое влияние: кто стоит за детьми-инфлюенсерами» (Bad Influence: The Dark Side of Kidfluencing), показав историю Тиффани Смит, подвергавшей детей эксплуатации и насилию ради монетизированного контента. В том же году документальный сериал Devil in the Family про темную сторону kidfluencing выпустил и Hulu о блогере Руби Франке.
Мать шестерых детей Руби Франке, проживающая в штате Юта, вела семейный канал на YouTube под названием «8 Passengers» («Восемь пассажиров»), пока ее не арестовали — после того как ее истощенный 12-летний сын сбежал из дома и попросил помощи у соседей. В 2024 году ее осудили за жестокое обращение с детьми. Ее 23-летняя дочь Шари выступила перед законодателями штата: «Никакие деньги не компенсируют детство, размазанное по всему интернету». Именно этот кейс во многом подтолкнул Юту к принятию в 2025 году закона о защите детей-блогеров, обязывающего родителей откладывать часть заработка ребенка и позволяющего детям впоследствии требовать удаления контента.