Медленный – новый черный
По просьбе «Правил жизни» журналист, писатель и креативный директор компании Xsolla Андрей Подшибякин рассуждает о том, как снижать скорость в мире, который требует от тебя ежесекундного потребления чудовищного количества контента
Ковид был шесть лет назад. Марвеловские «Мстители» вышли на экраны четырнадцать лет назад. Альбом Кендрика Ламара Good Kid, M.A.A.D. City отметил десятую годовщину. Ленты соцсетей, напоминающие о казавшихся недавними событиях, теперь пестрят дикими заголовками «В этот день восемь (или десять, или двенадцать) лет назад».
Мы вдруг осознали, что все было давно.
Это не особенности индивидуального восприятия: с пространственно-временным континуумом явно что-то происходит. В конспирологических углах интернета набирает популярность теория, согласно которой в 2019 году все мы провалились в странное параллельное измерение, где каждый отдельный день тянется бесконечно, зато годы пролетают в мгновение ока («как в тюрьме» – так остроумно отреагировал на это наблюдение один известный рэп-исполнитель).
Некоторые недавние события показали, что над теориями заговора можно смеяться, пока не окажется, что реальность на самом деле еще причудливее. Или страшнее. (Родственная теория заговора утверждает, что в 2019 году мы все умерли и теперь живем в аду.)
Согласно более трезвым оценкам, происходит следующее: за последние полтора-два десятка лет человечество оказалось в ситуации, к которой его не готовила никакая эволюция. Количество, плотность и интенсивность информационных потоков, которые мы ежеминутно отфильтровываем своим сознанием, давно превысили пропускную способность мозга и не собираются на этом останавливаться. Новости, мелодии, обрывки песен, нейрослоп, пепе ватафа – по вашим синоптическим связям непрерывно работает тяжелый огнемет.
Это не новость. Фрагментация восприятия информации, начавшая не на шутку разгоняться два с половиной поколения назад, стала предметом бесчисленных научных исследований.
Даже читать их, в сущности, не надо: нынешние сорокалетние хорошо помнят, что в их детстве минимальной единицей информации была книга, полнометражный фильм или в крайнем случае публикация в периодическом издании. В их юности единица информации сжалась до музыкального клипа, эпизода сериала и записи в блоге. Сейчас это обрывок мелодии, десятисекундное видео и эмодзи. Что будет еще через десять лет, предсказать сложно, но вектор понятен – писк? Вспышка? Точка (по определению обладающая бесконечным количеством возможных интерпретаций)? Даже первичная, не говоря уже об аналитической, обработка всей этой информации перегружает наши внутренние системы, не оставляет ресурсов на рефлексию и – совершенно верно – ускоряет восприятие времени. Мы настолько сосредоточены на пепе и нейрослопе, что перестаем обращать внимание на шелест листов календаря.