Как Даниляну удалось удивить Америку и стать продюсером номер один в мире балета

OK!Репортаж

Карабас-Барабас, которого все любят

Текст: Нина Суслович

Импресарио Сергей Данилян уехал из Москвы в Нью-Йорк в начале 90-х, без знания языка, без связей, с двумя детьми и женой Гаянэ. Это не было эмиграцией, в Америке он получил статус резидента, как человек «с экстраординарными способностями». Что это за способности, как Даниляну удалось удивить Америку, стать продюсером номер один в мире балета и заслужить имя «второго Дягилева»?

Несколько лет назад Николай Цискаридзе, уже в качестве ректора Вагановской академии балета, пригласил своего давнего друга Сергея Даниляна поделиться опытом с начинающими продюсерами. Так глава театрального агентства Ardani Artists неожиданно для себя стал педагогом и начал преподавать то, о чем в России практически ничего неизвестно. «Невозможное мы делаем сразу, чудеса — в течение трех дней», — приводит Данилян голливудскую поговорку, а потом часами может объяснять, как соединить алгебру с гармонией. А еще он уверен, что каждый человек сам себе продюсер, ведь что наша жизнь, если не проект, который мы сами придумываем и ежедневно осуществляем. Или — не осуществляем, потому что нет идей, соответственно, и возможности возникнуть не могут.

Известный балетный критик Нина Аловерт называет Даниляна не просто знаковой фигурой современного балетного мира, а «многознаковой». Наследником двух других знаменитых русских ХХ века — Сергея Дягилева и Сола Юрока, открывавших русское балетное искусство и балетных артистов Западу.

Недавний 25-летний юбилей компании Ardani Artists импресарио отмечал в Нью-Йорке большим гала-концертом. Затем сам себе сделал подарок — постановку первого полномасштабного спектакля «Айседора» на музыку Прокофьева, с Натальей Осиповой в роли Айседоры Дункан, с большим симфоническим оркестром и автомобилем Bugatti Racer 1927 года, найденным им лично на автомобильном аукционе в Милуоки. На московской премьере «Айседоры» в первых рядах сидели гости из списка Forbes: Роман Абрамович, Владимир Смирнов, Константин Сорокин, Ашот Хачатурянц. Все они причастны к сегодняшней деятельности Даниляна, но это видимая часть айсберга, глянцевая сторона успеха, как и статьи к юбилею компании в New York Times и аншлаги на американских гастролях балета Бориса Эйфмана, прошедших в этом мае уже в двадцатый раз. На этих гастролях Сергей Данилян отметил и свой личный юбилей — ему исполнилось 60. И жизнь у него только начинается: «Когда я смотрю вперед, то меня это воодушевляет и возбуждает. Как говорят американцы, I am very excited!»

Сравнение тебя с Сергеем Дягилевым сегодня стало уже общим местом, а ты помнишь, кто и когда впервые провел эту параллель?

В 94-м, в первый год создания компании в Америке, я привез в Нью-Йорк на гастроли театр «Новая Опера», и в Линкольн-центре мы показали «Руслана и Людмилу». За дирижерским пультом был покойный Евгений Колобов, костюмы — Валентина Юдашкина. Никто там не знал ни Колобова, ни его театра. Для того чтобы привезти их в Америку, я продал московскую квартиру за 50 тысяч долларов. Сегодня она стоит больше миллиона, но кто же тогда это знал? И какое-то из американских русскоязычных изданий вспомнило тогда о Дягилеве и его пропаганде нового русского искусства на Западе. Через три года я сделал в Нью-Йорке балетный фестиваль памяти Дягилева, и тогда уже в России начали писать.

Почему ты сделал фестиваль его памяти?

Однажды я прочел письмо Сергея Дягилева Римскому-Корсакову о постановке Бориса Годунова: «Сцену венчания надо поставить так, чтобы французы рехнулись от ее величия». В этой фразе он весь. Ему хотелось, чтобы русское искусство, артисты, художники поражали воображение! Сергей Павлович делал новое не здесь, не в России, но с артистами из России. Его уникальная модель — находить «личностей», «творцов» и давать им импульс, возможность осуществить свои желания. Это глобальная и, быть может, единственная задача импресарио.

С Дианой Вишнёвой. 2014 год, Metropolitan Opera, New York, открытие 75-го сезона Американского театра балета

Ты окончил продюсерский факультет ГИТИСа. Азы профессии там получил?

Нет, я считаю, назвать факультет продюсерским было большой ошибкой — там не готовят продюсеров. Не дают даже понимания этой профессии. Они готовят людей к менеджерской, административной работе. Я сначала по этой дороге и пошел. В 1985 году узнал, что Марку Захарову нужен администратор, отправился в «Ленком» на собеседование, и меня взяли. Для мальчишки из городка Сумгаита, из глухой провинции, где я родился и вырос, прийти в «Ленком», где работают Караченцов, Янковский, Абдулов, — это было чудом! Театр только что вернулся из Парижа, от Пьера Кардена, который организовал гастроли «Юноны и Авось». Если бы мне тогда сказали, что скоро я познакомлюсь с Карденом через Майю Михайловну Плисецкую и буду делать большой гала-концерт в его театре, я бы, наверное, не поверил.

Твоя карьера в «Ленкоме» складывалась стремительно и успешно. Но через несколько лет ты ушел оттуда — уже в должности заместителя директора. Почему?

Да, мог бы и директором стать и всю жизнь там сидеть. Но я ощущал, насколько неповоротливая, косная система у нас во всем, что касается организации театрального дела, гастролей, производства спектаклей. В Союзе театральных деятелей СССР, например, чтобы организовать гастроли, требовалось получить разрешение в Министерстве культуры СССР. От чиновников, которые ничего не смыслят — ни в гастролях, ни в исполнителях и которые ни в чем и ни в ком лично не заинтересованы. На Западе было всё иначе. В основном партнерами выступали частные импресарио. Я знакомился с разными людьми, приходил к ним в офис, видел, как они работают, как строят отношения с артистами, и говорил себе: «Я тоже так хочу. Я хочу быть свободным!» И мы с Гаей создали компанию «Артистическое агентство Ардани».

С Натальей Осиповой и Сергеем Полуниным. 2016 год, Segerstrom Center for the Arts, Калифорния, проект Tour de Force

Ты веришь своей интуиции?

Да, интуиция всегда была моим навигатором. А сегодня я еще и понимаю, что всё предопределено, как говорит главный герой моего любимого фильма про Бенджамина Баттона. Знаешь, когда и где я придумал свой первый спектакль? В деревне в Нагорном Карабахе, куда я каждое лето ездил на каникулы. Мне было лет десять. Мой дедушка был плотником, он построил половину деревни. У него была мастерская, к которой примыкал гостевой домик. Вот там всё и произошло. Я собрал фарфоровые фигурки зверюшек, стоявшие в доме на полке, из остатков дерева, что были у дедушки, сделал ширму, а вместо софитов приспособил фонарик. Нарисовал афишу и продавал билеты — по 10 копеек штука. Дети с улицы видели афишу, приходили, и я им рассказывал и показывал сказку. Нет, никаких театральных впечатлений у меня в то время не было, но было ощущение чуда, которое я сам и создаю: для всех и прежде всего — для себя.

Но билеты по 10 копеек все-таки продавал. То есть уже совмещал бизнес и искусство. Сергей, почему ты решил уехать в Америку?

Ну ты помнишь, как здесь было в начале 90-х. У нас с Гаей уже родились двое детей. Будущего я не видел, зарабатывать становилось всё трудней. У меня были контакты в американском посольстве, наша компания устраивала в России гастроли американских балетных трупп. Сначала мы уехали в Нью-Йорк по обычной визе, и уже в Америке я получил статус резидента США, как человек «с экстраординарными способностями», есть у них такая формулировка. И создал там американскую модель компании — Ardani Artists Management, Inc. Мы сняли офис в Нью-Йорке, в котором уже 25 лет сидим. За эти 25 лет мы, конечно, прошли огонь, воду и медные трубы.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Глобальный Рейх Глобальный Рейх

Что, если бы страны «оси» победили во Второй мировой войне

Naked Science
Телега еды: 6 лучших гастрономических Telegram-каналов Телега еды: 6 лучших гастрономических Telegram-каналов

Forbes Life разбирается, как устроены Telegram-каналы ресторанных критиков

Forbes
«У нас не так много времени, давайте не будем ныть»: координатор «Врачей без границ» о том, как сделать мир чуть более здоровым «У нас не так много времени, давайте не будем ныть»: координатор «Врачей без границ» о том, как сделать мир чуть более здоровым

Как работа в горячих точках меняет взгляды на жизнь

Forbes
Художник Борис Праматаров: «Я не борюсь с демонами, а сосуществую» Художник Борис Праматаров: «Я не борюсь с демонами, а сосуществую»

Борис Праматаров о том, как устроить выставку с помощью фейсбука

Esquire
Дикая ягода в цене Дикая ягода в цене

«Альфа-групп» приобрела контрольный пакет ГК «Русбиоальянс»

Эксперт
3 главных причины, почему каждому необходимо завести дневник или блог 3 главных причины, почему каждому необходимо завести дневник или блог

Ведение собственного дневника имеет очень много преимуществ

Playboy
«Не позорь меня»: почему нам бывает стыдно за других и что с этим делать «Не позорь меня»: почему нам бывает стыдно за других и что с этим делать

Что заставляет нас мучительно краснеть за других и можно ли перестать это делать

Psychologies
Стая птиц – как одно целое: что такое мурмурация Стая птиц – как одно целое: что такое мурмурация

Сбиваясь в стаи, птицы дезориентируют хищника

National Geographic
Амир Мушарапов, 20 лет, Казань Амир Мушарапов, 20 лет, Казань

Лица поколения двадцатилетних: обрусевший татарин Амир Мушарапов

Esquire
Почему Грета Тунберг — самая настоящая современная героиня Почему Грета Тунберг — самая настоящая современная героиня

Активизм Греты Тунберг важен для нашего будущего далеко не только из-за климата

РБК
Выгодный курс Выгодный курс

Самые заманчивые предложения от отелей в разных уголках света

Grazia
«С ним хочется быть кошечкой»: Лобода рассказала Собчак о любви к Линдеманну «С ним хочется быть кошечкой»: Лобода рассказала Собчак о любви к Линдеманну

Исполнительница хита «Суперзвезда» встретилась с супругой Константина Богомолова

Cosmopolitan
Когда эмпатия причиняет вред Когда эмпатия причиняет вред

Как не переступить грань, за которой эмпатия вредна?

Psychologies

Евгений Петросян заявил, что Елена Степаненко закрыла ему доступ в их квартиру

Cosmopolitan
По следам Виллема Баренца По следам Виллема Баренца

История освоения Новой Земли

Наука и жизнь
Восемь привычек, которые мешают осуществить мечту Восемь привычек, которые мешают осуществить мечту

Ловушки, мешающие достигать цели, и стратегии, которые помогут их избежать

Psychologies
Как влиться в коллектив, если ты не пьешь? 4 подсказки, которые работают Как влиться в коллектив, если ты не пьешь? 4 подсказки, которые работают

Быть другим — вовсе не значит, что ты обречен стать изгоем

Playboy
15 мыслей Тома Стоппарда 15 мыслей Тома Стоппарда

Рыцарь, британский драматург, автор одной из самых популярных пьес

GQ
Муся Тотибадзе: «Мне не хватает романтики в нашей жизни» Муся Тотибадзе: «Мне не хватает романтики в нашей жизни»

Кто такая Муся Тотибадзе и кем она видит себя в первую очередь

РБК
Нужна ли детям безопасная среда? Нужна ли детям безопасная среда?

Может ли ребенок изучить окружающий мир и обойтись совсем без негативного опыта?

Psychologies
Глобальное помутнение: ответ критикам Греты Тунберг Глобальное помутнение: ответ критикам Греты Тунберг

Почему Грета Тунберг права, а ее критики — нет

Playboy
«Борейский криодракон»: ученые описали новый вид огромных птерозавров «Борейский криодракон»: ученые описали новый вид огромных птерозавров

Ученые из Лондонского университета королевы Марии описали новый вид птерозавра

National Geographic
Не надо стесняться Не надо стесняться

Съемки в новой программе заставили Алексея Кортнева стать наглым

StarHit
Бургер уже не торт: что случилось с самым популярным в мире блюдом Бургер уже не торт: что случилось с самым популярным в мире блюдом

Бургер перекочевал из разряда блюд фаст-фуда в меню ресторанов

Forbes
Кремль отменил массовые беспорядки: что показали суды по «московскому делу» Кремль отменил массовые беспорядки: что показали суды по «московскому делу»

Суд приговорил двух участников акции к реальным срокам за применение насилия

Forbes
«Голос в моей голове»: как мозг может слышать несуществующие звуки «Голос в моей голове»: как мозг может слышать несуществующие звуки

Дестигматизация психических болезней — важная социальная задача

Psychologies
«Это меня прямо вывело из себя»: совладелец S7 рассказал об отказе России от производства укороченной версии Superjet «Это меня прямо вывело из себя»: совладелец S7 рассказал об отказе России от производства укороченной версии Superjet

Россия не будет производить укороченную версию Sukhoi Superjet на 75 мест

Forbes
«Это была катастрофическая ошибка»: как Майкл Калви оказался за решеткой «Это была катастрофическая ошибка»: как Майкл Калви оказался за решеткой

Все детали самого громкого корпоративного конфликта в российском бизнесе

Forbes
Семь с плюсом Семь с плюсом

Семь горнолыжных курортов, где к катанию прилагается программа развлечений

National Geographic Traveler
5 загадочных кладов, которые все еще ищут 5 загадочных кладов, которые все еще ищут

Многие знаменитые клады до сих пор не найдены

РБК
Открыть в приложении