«Стратеги» и «тактики»
Стратегия охоты для хищника — это основа основ. Только придерживаясь определённого плана действий, удаётся одержать верх, и успех напрямую зависит от выбранной стратегии. Время на её разработку измеряется эпохами, ведь требуется «подогнать» облик под задачу. Добыча же решает другую проблему — как не проиграть, а это уже тактика.
Каждый хищник так или иначе вооружён. Хватательные конечности, зубы, когти и тому подобное — всё это приспособления для ловли добычи. Но вооружение — это только половина дела, и нужно ещё суметь применить его. Для этого у каждого хищника сложилась своя стратегия охоты, а у его потенциальной жертвы возникла соответствующая защитная тактика. Зачастую такое противоборство принимает характер соревнования. Жертва, образно говоря, отращивает броню, а хищник — зубы.
В любом случае добыча не желает быть съеденной и пытается ускользнуть, а для того чтобы поймать её, надо проявить и силу, и сноровку, и терпение. Отсюда следствие: хищники, в среднем, «умнее» травоядных, их поведение сложнее. Да, впрочем, это и так ясно — предугадать счёт в интеллектуальном поединке между псом и бараном нетрудно. В основе «разумного» поведения лежат врождённые инстинкты, но и обучение тоже играет немалую роль. Причём важен как собственный опыт, так и воспринятый от других. А для млекопитающего приобрести его просто необходимо, и детёныши хищников долго не покидают семью, обучаясь охоте у родителей. Выросший в неволе зверь может так и остаться неумелым и неспособным себя прокормить.
Если окинуть взглядом мир хищных животных, станет очевидным одно их удивительное свойство. Приёмы охоты поразительно похожи даже у тех, кто не связан родственными узами. Разумеется, они разнятся в деталях, коль скоро животные обладают разной анатомией и физиологией, но общие принципы одинаковы. Трактовать это можно только так: удачных стратегий немного, и разные животные открыли их независимо друг от друга. По большому счёту, предпочтение отдаётся одной из двух линий поведения — активному поиску либо ожиданию в засаде.
Многие хищники энергично разыскивают добычу, прочёсывая некую территорию или акваторию, — назовём это тактикой следопыта. Полагаются они при этом на авось и свой нюх. С одной стороны, пахучие следы сохраняются лучше, чем видимые, которые в воде и вовсе не остаются. С другой стороны, спрятаться жертве нетрудно, а скрыть свой запах практически невозможно. Поэтому «следопыты» по нему и ориентируются. Нос для них — главный инструмент, помогающий в поиске. Акула, рыскающая в толще воды, мгновенно учует запах крови и быстро отыщет её источник, как если бы плыла на свет. Маленький крот точно так же «рыщет» в океане почвы в поисках вкусных и, что важно, пахучих дождевых червей.
Нередко вся охота «следопыта» сводится к одному только поиску. Когда жертва малоподвижна и не оказывает сопротивления, схватка с ней заканчивается, ещё не начавшись. Однако доступность добычи отнюдь не всегда упрощает дело. И безобидная на вид мелочь бывает ядовитой, жгучей или просто дурно пахнущей. Хищник, который решится включить её в свой рацион, должен побороть свою чувствительность. Словом, пассивная защита жертвы создаёт ничуть не меньше проблем, чем активная.
Морской звезде (Asteroidea) разыскать свою добычу несложно. Попав на устричную банку, она ведёт себя как козёл в огороде или, точнее, как волк в козлином стаде. Её обед уж точно никуда не денется, но поди ещё доберись до него. Все усилия хищницы как раз и направлены на то, чтобы преодолеть глухую оборону жертвы. Обхватив слабыми с виду руками ракушку, она присасывается к ней множеством сосочков и растягивает створки с силой в пять килограммов. Тогда мускул моллюска поддаётся. Однако почувствовав хищные объятия морской звезды, флегматичные моллюски могут улепётывать не хуже зайца. Кроме отсиживания в раковине, у них разработаны и другие защитные приёмы. Некоторые двустворки (Bivalvia) уползают от звезды несвойственным им судорожным аллюром. Другие всплывают, хлопая створками, как крыльями. Выталкиваемая при этом вода движет раковину по реактивному принципу. У третьих свой особый метод «скользкого покрывала». Такой моллюск укрывается собственной ногой, эластичной и гладкой, как резина, растягивая её поверх раковины. А уж к ней звезда присосаться не в состоянии.
Но всё же «классическому» хищнику, помимо того, чтобы найти добычу, нужно её ещё и поймать. Правда, иногда более уместен глагол «собрать» — когда речь идёт о больших скоплениях, например о рыбном косяке. Что дельфины (Delphinidae и др.), что прочие зубатые киты (Physeteridae и др.) на плотных стаях рыбы буквально пасутся. Если же в пищу крупному животному идут совсем миниатюрные создания, охота вырождается в форменное собирательство. Усатого кита (Mysticeti) или муравьеда (Vermilingua) уже и хищником-то не назовёшь. И проблемы они решают совсем иного рода — как половчее запихнуть в пасть эту мелюзгу. Выражаясь фигурально, появляется потребность в подходящем столовом приборе, которую каждый удовлетворяет по-своему. Тому же киту помогает цедилка из китового уса, а охочим до мурашей зверям вместо ложки дан длиннющий липкий язык.