Разветвлённые цепные реакции Николая Семёнова и Нобелевская премия 1956 года
Нобелевская премия по химии 1956 года, лауреатом которой стал Николай Николаевич Семёнов, примечательна во многих аспектах. Её присудили за исследование механизмов химических реакций, подтверждая важность нового, кинетического аспекта химической науки. Приведём цитату из статьи в журнале «Наука и жизнь», посвящённой вручению премии: «…химиков перестали удовлетворять те скудные сведения о процессе химического превращения, которые можно было получить из анализа исходных веществ и конечных продуктов реакции. Учёные хотели знать, как происходит химическая реакция, какие изменения претерпевают реагирующие вещества в процессе реакции, каков механизм процесса, какова его кинетика, то есть знать закономерности протекания реакции во времени» (Эмануэль Н. М. Цепные реакции. «Наука и жизнь» № 2, 1957 г.). И это первая отечественная премия советского периода истории — две предыдущие относятся к самому началу XX века, их получили Иван Петрович Павлов за работу по физиологии в 1904 году и Илья Ильич Мечников в 1908 году за исследования в области медицины. Само открытие цепных реакций — это работы 1920—1930-х годов, уже тогда получившие международное признание, но премия присуждена лишь в 1956-м. В каком-то смысле — это свидетельство (а может быть, и следствие) оттепели, возобновления широких научных контактов советских учёных с коллегами из других стран. Например, майский номер «Науки и жизни» 1956 года открывала подборка материалов под названием «Крепнут связи учёных мира», где среди прочего приводились сведения о международных научных конференциях и обширном книгообмене, который вела библиотека Академии наук: в 1955 году в библиотеки зарубежных стран было отправлено свыше 250 тысяч томов естественно-научной и технической литературы, а получено свыше 120 тысяч книг и журналов. Наука возвращалась к своей объединяющей, вдохновляющей, просветительской роли.
Для «Науки и жизни» Николай Николаевич Семёнов — человек особый. В 1961 году, при реорганизации журнала, он вошёл в состав редакционной коллегии. Да и сама реорганизация, подразумевавшая продвижение науки как важнейшего элемента нашей жизни, произошла не без его участия.
Академик Николай Николаевич Семёнов и его британский коллега, профессор Оксфордского университета сэр Сирил Норман Хиншелвуд были удостоены Нобелевской премии по химии «За исследования в области механизма химических реакций». Премия Н. Н. Семёнова вплоть до настоящего времени остаётся единственной отечественной Нобелевской премией в области химии. О присуждении премии было объявлено 1 ноября 1956 года, вручение же традиционно прошло 10 декабря, в годовщину смерти Альфреда Нобеля.
Итак, декабрь 1956 года. В Стокгольме проходит Нобелевская неделя. Члены Нобелевского комитета представляют лауреатов и их достижения. Король Швеции, согласно протоколу, лично вручает награды. Лауреаты выступают с публичными лекциями.
К Семёнову приковано особое внимание и советских властей, и европейской общественности. Причина не самая приятная. В тот год обычный порядок оказался нарушен событиями, связанными с вводом советских войск в Венгрию. Отношение европейской общественности к действиям СССР было резко отрицательным, и шведский королевский двор даже отменил часть традиционных торжественных мероприятий.
Однако политическая ситуация, судя по воспоминаниям и хронике тех дней, никак не отразилась на отношении к самому Семёнову. Позже тактичное поведение шведского королевского двора и шведского общества будут приводить как пример уважения к личности выдающегося учёного и его научным достижениям независимо от национальной принадлежности, как свидетельство того, что наука не знает границ, а сами учёные являются представителями единого мирового научного сообщества.
Традиционная и важнейшая часть Нобелевской недели — обязательные публичные лекции нобелевских лауреатов. Выступления Семёнова и Хиншелвуда проходили 11 декабря в конференц-зале Королевского технологического института в Стокгольме. Часовой доклад Семёнова «О некоторых проблемах цепных реакций и теории горения» прозвучал на русском языке с синхронным переводом на шведский. Доклад носил исключительно научный характер и опирался на анализ работ Семёнова и его сотрудников, он изобиловал химическими формулами и многочисленными ссылками. Лекция Хиншелвуда, озаглавленная «Развитие химической кинетики в период последних десятилетий», была вдвое короче, но гармонично дополняла представленные Семёновым материалы. В докладе Хиншелвуд уделяет внимание истории появления и предпосылкам развития химической кинетики и рассматривает некоторые философские вопросы научного творчества. Он подкрепляет свои высказывания цитатами из «Божественной комедии» Данте и трудов Лессинга. А завершает речь словами Стивенсона, созвучными его собственному взгляду на творчество и аллегорично провозглашающими главенство процесса научного поиска, который приносит учёному больше счастья, чем конечный результат1.
1 В оригинале: To travel hopefully is a better thing than to arrive.
А днём ранее, на торжественном приёме по случаю вручения премий, звучат краткие речи: в каждой номинации от лица лауреатов выступает кто-то один. По договорённости, от химиков выступает Семёнов:
«Ваши Величества, Ваши Королевские Высочества, Ваши Превосходительства, дамы и господа.
Позвольте мне от имени сэра Хиншелвуда и от себя лично выразить глубокую и искреннюю признательность за оказанную нам великую честь — быть номинированными на Нобелевскую премию по химии 1956 года, а также за тёплый приём, оказанный нам в Стокгольме. Мы получили эту премию за исследования механизма цепных химических реакций. Изучение химических процессов кажется мне более сложным, чем изучение физики и биологии, потому что физика уже накопила опыт и мудрость старости, а биология порой обладает преимуществом оптимизма ранней юности. Теоретическая химия достигла возраста зрелости. Именно поэтому все мы, кто занимается теоретической химией, прекрасно понимаем, с какими трудностями сталкиваемся, и осознаём недостатки наших научных методов.
Люди устроены так, что находят радость в том, чтобы в духе соперничества браться за трудные, но никогда не неблагодарные задачи — такие, например, какие ставит перед нами наука. Нобелевская премия в какой-то мере символизирует стремление исследователей со всего мира к соперничеству, она вносит свой вклад в это стремление и служит гуманистической идее объединения усилий всех людей для полного постижения тайн природы и использования этих знаний на благо и мирное развитие человечества.
Ещё раз хочу выразить нашу огромную благодарность за оказанную нам честь».