Не для всех
За последние годы российская кинокарта заметно преобразилась: пока зрители и журналисты спорили о том, в насколько турбулентном состоянии пребывает индустрия, внутри нее произошел настоящий фестивальный бум. Что происходит в киносреде, почему смотров стало так много и действительно ли их наличие все меняет?
2020-й: ковид, индустриальные сложности
Для начала давайте отмотаем время на шесть лет назад и вспомним эпоху Covid-19. Кто бы мог подумать, что этот период сегодня будет казаться не таким уж и мрачным? Именно тогда российская киноиндустрия столкнулась с первым серьезным испытанием — выживанием в условиях жестких ограничений (логично, что прежде всего страдали не производители контента, отложившие идеи на неопределенный срок, а кинотеатры). В начале 20-х по всему миру стали закрываться залы, доходы которых за время локдауна упали на несколько миллиардов долларов.
Впрочем, затем случилось то, что случилось, — количество неработающих кинотеатров достигло рекордного числа, превысив показатели пандемийного года (за первые шесть месяцев оно сократилось на 6,4%). Казалось, что отечественная индустрия вот-вот да коснется дна, а зрители окончательно перейдут на онлайн-просмотр, однако постепенно положение выровнялось: ввиду ослабленной конкуренции после ухода голливудских монополистов российские авторы взяли за правило снимать большое развлекательное кино не только в праздники, но и на протяжении всего календарного года.
Разумеется, выйти из глобального кризиса мы так и не смогли — уж слишком велико влияние западных фильмов на наш рынок. Из-за этого российские экраны заполонили не только зарубежные инди-хиты вроде «Обсессии», «предсеансовые » проекты по типу «Одиссеи» Нолана и российские премьеры, но также и ворох ретроспективных показов: без особых трудностей вы можете купить билет на ранние работы Жан-Люка Годара, Бернардо Бертолуччи, Кшиштофа Кесьлевского, Паоло Соррентино и других классиков авторского кинематографа разных лет.
2022‑й: глобальные сдвиги, вал фестивалей
Вместе с тем в стране появилось все больше фестивалей. В определенном смысле это была реакция на образовавшуюся культурную дыру. Во-первых, закрылся главный смотр отечественного авторского кино «Кинотавр» — признанный иностранным агентом в РФ Александр Роднянский отменил его «из-за политической ситуации». Во-вторых, международная федерация FIAPF приостановила аккредитацию ММКФ — как следствие, вместе с гордым статусом фестиваль покинуло и мировое кино. Но, как известно, свято место пусто не бывает, да и откровенный вакуум среде явно не на руку.
Как позднее объяснил продюсер Игорь Толстунов в интервью ТАСС, смысл проведения большого количества внутрироссийских фестивалей очевиден: они способны «фокусировать внимание зрителя и давать ему возможность смотреть те картины, которые до него добираются с большим трудом». В той же беседе член Киноакадемии «Ника» добавил, что в России до сих пор «не сформирована сеть артхаусных кинотеатров, где есть свой зритель, который приходит смотреть содержательное, глубокое кино».
Спорить с Толстуновым сложно, хотя вполне очевидно, что мотивы у создателей фестивалей не всегда исключительно просветительские (и мы их за это не осуждаем). Региональная логика работает следующим образом: каждый губернатор, у которого есть амбиции и бюджет на культуру, прекрасно понимает экономическую и медийную выгоду проведения такого мероприятия: фестиваль — это красная дорожка, приезд актеров первого эшелона и приток туристов. Чем не отчет перед министерством? Так в РФ ежегодно стали появляться разного рода смотры, одновременно решающие две задачи: обслуживание интеллектуальной публики и привлечение внимания к городу-организатору. Чего только стоит «Маяк» в Геленджике, «Одна шестая» в Екатеринбурге при возрождающейся Свердловской киностудии, «Новое движение» в Великом Новгороде, «Зимний» в Москве и многие-многие другие.