Красная Графиня: как Софья Панина в 1917 году стала первой женщиной-замминистра
Софья Панина была наследницей огромного состояния и светской львицей, благотворительницей и политиком. Ее называли «красной графиней» и «первой женщиной России». Forbes Woman рассказывает историю аристократки, которая променяла светскую жизнь на социальное служение, пережила арест и эмиграцию, помогала нуждающимся, эмигрантам, беженцам и военнопленным.
В ночь на 27 ноября 1917 года Центральный комитет кадетской партии собрался в Литейном районе Петрограда, в доме графини Софьи Паниной, товарища (то есть заместителя) министра народного просвещения в недавно свергнутом Временном правительстве. Кадеты обсуждали запланированное на следующий день открытие Учредительного собрания. Заседание закончилось за полночь, поэтому Панина еще спала, когда утром большевистский комиссар прибыл арестовать ее. В машине он самодовольно повторял, что арестовал «первую женщину России».
Панину обвинили в сокрытии государственных средств: будучи помощником министра, она вывела за рубеж министерскую кассу с намерением вернуть деньги лишь легитимной власти. На допросе графиня заявила, что «не признает власти народных комиссаров», а отчет о деньгах готова предъявить только Учредительному собранию. Дело передали в революционный трибунал. Когда Софью Панину привезли в тюрьму, надзирательница сразу ее признала: «Да разве же мы не слышали про Народный дом!»
В камере Панина писала: «…Меня лично вихрь событий перебросил с одной окраины Петербурга на другую, с Лиговки на Выборгскую сторону, из просторов Народного дома в тесную камеру одиночного заключения, из разряда «друзей» русского народа под официальный штамп его врагов». Чем же был Народный дом? Для Софьи Паниной он начался со знакомства с учительницей Александрой Пешехоновой.
Юная аристократка и разведенная бестужевка
Софья Панина родилась в 1871 году в богатой и знатной семье. Девочка рано потеряла отца, и ее воспитанием занималась исключительно мать, отличавшаяся характером столь независимым, что свекровь пыталась отобрать у нее опеку над Софьей, обвиняя невестку чуть ли не в связях с революционерами и террористами. Как пишет историк, профессор американского Университета Вилланова Адель Линденмайер в книге «Гражданка графиня: Софья Панина и судьба революционной России» (Citizen Countess: Sofia Panina and the Fate of Revolutionary Russia), в дело пришлось вмешаться второй бабушке Софьи, бывшей фрейлине, водившей знакомство с членами императорской фамилии. Опеку удалось отстоять, но в качестве компромисса девочку отправили в Смольный институт, чтобы она получила образование и воспитание, достойное аристократки.
В 18 лет Софья дебютировала в светском обществе и уже год спустя вышла замуж за Александра Половцова — сына государственного секретаря. Тот благодаря связям устроил ее фрейлиной (хотя на эту службу обычно брали незамужних женщин). Софья блистала на балах и приемах, путешествовала, играла в теннис.
Она занималась и благотворительностью — так и состоялось ее знакомство с Александрой Пешехоновой. 39-летняя учительница обратилась к ней с просьбой профинансировать открытие бесплатной столовой для нуждающихся.
Софья наслаждалась жизнью, но постепенно начинала тяготиться нравами высшего общества. В письме 1896 года она в мрачных выражениях описывала присутствовавших на коронации Николая II: «сплетни, ссоры, тщеславие, низкое раболепие и грубость». К тому времени ее отношения с мужем закончились, Софья инициировала бракоразводный процесс, вернула девичью фамилию и контроль над своим состоянием.
Развод дался Паниной нелегко, но после него она смогла заняться тем, что было ей интересно, и поступила на Бестужевские курсы. Правда, уже через год из студентки стала вольнослушательницей, а потом и вовсе отчислилась. Одной из причин было несогласие с давлением властей, которое усилилось в 1890-е — лучших преподавателей увольняли, за студентками следили, подозревая их в участии в революционных движениях. Другой причиной было отсутствие времени — Панина занялась организацией воскресных чтений для рабочих. С этого времени социальная работа стала ее основным занятием.