Манифест Константина Богомолова вызвал колоссальную дискуссию

EsquireРепортаж

Константин Богомолов — о своем манифесте, реакции Суркова и о том, почему русские либералы на самом деле леваки (текст и видео)

Сергей Минаев

10 февраля режиссер Константин Богомолов опубликовал на страницах «Новой газеты» манифест «Похищение Европы 2.0», в котором обличил Запад в построении нового «этического рейха», который подавляет волю свободного «сложного» человека. Режиссер считает, что в новом европейском паноптикуме «нацики» сменились столь же агрессивными квир-активистами, фем-фанатиками и экопсихопатами, которые насаждают идеологию «новой этики», — и что России пора отцепить свой вагон от поезда, несущегося прямиком в ад. Манифест вызвал колоссальную дискуссию и множество реакций — режиссера обвинили в попытке сменить дискурс с протестов и сочли его выступление публичным переходом в «путинский лагерь». В интервью Сергею Минаеву Богомолов объяснил, почему это не так, а также рассказал, как отреагировали на его текст близкие и почему его расстроил ответ Владислава Суркова.

Сергей Минаев: Кость, вопрос самый простой: как долго ты писал этот манифест?

Константин Богомолов: Ну, скажем так, в своей основе он был написан за пару дней, и потом в течение какого-то времени я периодически к нему возвращался и правил. Финально я выправил текст за несколько дней в середине января, и он пришел в то состояние, в котором я посчитал возможным его публиковать. С момента, когда я начал его писать, до публикации прошло полгода.

Минаев: Три года назад в интервью Esquire ты сказал: “Когда я осознанно провоцирую, я точно предугадываю реакцию”. В этом случае на сколько процентов ты попал в свои ожидания?

Богомолов: Я понимал структурно, какая будет реакция, но масштабы отклика я не предвидел совершенно, то есть я предсказывал процентов 20 от той волны, которая поднялась.

Минаев: А были неожиданные люди, которые позвонили тебе и признались, что думают так же, но боялись сказать об этом публично?

Богомолов: Да, абсолютно, было полно таких людей, от которых я не мог этого ожидать.

Минаев: То есть ты хочешь сказать, что среди нашего с тобой круга общения есть люди, и их много, которые боятся высказываться?

Богомолов: Они не боятся глобально высказать на эту тему, но боятся сказать именно эти вещи, боятся подтвердить то, что я говорю, боятся высказать поддержку или выразить свое мнение по этому поводу, честное мнение.

Минаев: Ну, а почему? С чем ты это связываешь?

Богомолов: Я это связываю с тем, что, понимаешь, мы зависим от людей, с которыми общаемся — в жизни, в социальных сетях, условно этого круга интеллектуалов — интеллигенции, людей творческих, людей умственного труда. И нам важна их поддержка. Мало кто из нас чувствует себя в силах опереться только на свое понимание — правого или неправого, хорошего или плохого, верного или неверного и так далее.

Минаев: А ты считаешь, что наша интеллектуальная элита или те самые пролетарии умственного труда уже абсолютно in line с тем, что западная тусовка думает, то есть у них такой же поход или они просто повторяют?

Богомолов: Дело не в этом, но я тебе не могу объяснить.

Минаев: Ты же понимаешь вопрос, да? Вы же на самом деле так не думаете, зачем же вы киваете головой, ставите лайки?

Богомолов: Я тебе точно не могу это объяснить. Я могу это объяснять так-сяк, наперекосяк, желанием подражать, вечной зависимостью, ощущением себя другой цивилизацией — в данном случае европейской цивилизацией как такой родительской цивилизацией, — и желание... бесконечное желание одобрения этой родительской цивилизации. В конце концов, какая разница, почему так? В этом можно копаться бесконечно, но по итогу остается страх, который есть, который очевиден.

Минаев: А ты себя продуктом какой культуры ощущаешь?

Богомолов: Я продукт русской культуры, отчасти европейской культуры. Я, кстати, не считаю русскую культуру ориентированной на Восток, я считаю, что она ориентирована на Запад. Я в первую очередь продукт русской литературы — русская литература очень зазвана на европейскую литературу, где-то подражательно, где-то она впитывает, но, опять же, это часть какого-то большого европейского пути. Я, кстати, считаю, что подражательная способность — миметическая способность — это одна из важнейших способностей в человеческом организме и большой дар, поэтому. Ребенок обучается через подражание, и в принципе для человека очень важно наблюдать, впитывать, подражать. Мы подражаем тому, что нам нравится, и тому, что откликается в нас, поэтому и в культуре я считаю подражательную способность очень важной. Кстати, в русской культуре очень высокая подражательная способность — это очень круто, это большое достоинство русской культуры. Мне кажется, это страхует нас от очень многого, от тотального замыкания в себе. Мы не замкнемся в себе, как, допустим, хотят некоторые почвенники, ультраконсерваторы.

Минаев: Ты же понимаешь, что многие воспринимают твой посыл “отцепить вагон” от европейского поезда, "несущегося в босховский ад", как призыв замкнуться?

Богомолов: Ну это глупость, это вовсе не призыв замкнуться. Это яркие слова, но я не призываю замкнуться, я как раз говорю о некоем европейском пути для России. Я говорю о том, что Европа сейчас уходит в какой-то неадекват — социалистический, левацкий.

Минаев: А ты веришь, что этот “левацкий уклад” можно каким-то образом извне поменять?

Богомолов: Я верю в то, что его можно поменять изнутри. Вообще мне кажется, что эти социалистические, левацкие вещи — это всегда зона насилия над обществом, это всегда такая резкая энергетическая активизация небольшого процента населения, которая начинает навязывать остальному обществу свою повестку. Мещанин — основа основ буржуазного консервативного общества, — он молчалив, как правило, поэтому в данном случае мне кажется, что эти изменения возможны изнутри, если сбить эту энергию страха.

Минаев: А ты задавал себе этот вопрос о родоначальниках этой истории? Я сейчас поясню свою позицию. Ну, когда район джентрифицируют, это выгодно риелторам, которые потом построят более дорогую недвижимость и будут ее продавать. Вот кто бенефициар этого затягивания общественного дискурса в эту левацкую повестку?

Богомолов: Бенефициары все равно крупные компании.

Минаев: А зачем им это надо?

Богомолов: Я тебе скажу одну такую вещь: несколько лет назад ребята из Театра наций попросили меня провести три дискуссии. Они знают, что я человек провоцирующий, и поэтому попросили меня провоцировать. Одна из этих дискуссий была посвящена благотворительности, в ней участвовал парень, который приехал из какой-то африканской страны. Не помню точно, но это была самая бедная страна Африканского континента.

Так вот, в этой стране присутствует некий немецкий фонд, который помогает ребятам, желающим получить образование. Они учатся в Европе, выбирают профессию, и у них, скажем так, нет обязательств возвращаться на родину.

И вот мы общаемся с этим парнем, который стал менеджером событий культуры и живет в Цюрихе. И его расспрашивал, сколько раз он ездит на родину, почему он, получив европейское образование, не вернулся туда заниматься культурой и проводить мероприятия. Выяснили, что в контракте у него это не было прописано. Окей, спрашиваю, а у вас страна как давно самая бедная в Африке? Он мне говорит: "Давно. Но у нас самое большое присутствие европейских и американский благотворительных фондов на всем Африканском континенте". То есть благотворительные фонды присутствуют в рекордном для Африканского континента количестве, а страна стабильно остается самой бедной, структурных изменений не происходит.

Минаев: И что ты хочешь сказать?

Богомолов: Я хочу сказать — и собственно я эту мысль на этом мероприятии и сформулировал, чем вызвал энное количество злости, — что бедность — это нефть. Это нефть для этих благотворительных фондов. Им выгодно не менять эту страну, не делать ее богаче...

Минаев: Ну, они являются переходным клапаном между большими бюджетами и малой страной.

Богомолов: Конечно, потому что они переходной клапан между большим бюджетом и малой страной, и, в принципе, это всем выгодно, потому что поддерживается некий уровень бедности. Чем поддерживается? Тем, что не происходит никаких структурных изменений. Они не обучают будущих врачей и учителей — необходимых профессий, чтобы действительно поднять эту страну.

Минаев: Я с тобой согласен. Лет семь назад я был свидетелем такой сценки в одном из лондонских кафе: сидели два темнокожих мужчины, в золоте с ног до головы, и обсуждали разные программы по обеспечению продовольствия и чистой питьевой воды. И я понимаю, что на самом деле они обсуждают "пилилово" бюджетов ООН. Здесь все понятно — это корысть. А вот с точки зрения общественного мнения почему все должны быть стандартизованы? Почему это выгодно корпорациям? Почему воспитывается некий плебс, который будет молчать, впишется в стандарты?

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Почему наша целеустремленность обусловлена эволюцией? Отрывок из книги «Что такое жизнь?» нобелевского лауреата Пола Нерса Почему наша целеустремленность обусловлена эволюцией? Отрывок из книги «Что такое жизнь?» нобелевского лауреата Пола Нерса

Фрагмент главы из книги «Что такое жизнь? Понять биологию за пять простых шагов»

Esquire
Наука о землетрясениях, вулканах и гораздо большем Наука о землетрясениях, вулканах и гораздо большем

Сколько же на самом деле происходит землетрясений и извержений в мире и России

Наука
Пришел Кутузов бить французов: 7 мифов о легендарном генерал-фельдмаршале Пришел Кутузов бить французов: 7 мифов о легендарном генерал-фельдмаршале

Масон, заговорщик, бездарный полководец, «выезжавший» за счет чужих достижений?

Вокруг света
Как Курт Кобейн за один день родился на глазах публики, умер и был воскрешен силой любви Как Курт Кобейн за один день родился на глазах публики, умер и был воскрешен силой любви

Отрывок из книги о Курте Кобейне «Тяжелее небес» Чарльза Р. Кросса

Forbes
6 признаков глупого человека 6 признаков глупого человека

Как понять, кого нужно избегать? Да и нужно ли на самом деле?

Psychologies
10 самых ядовитых растений 10 самых ядовитых растений

Большинство растений кажутся безобидными, но их не стоит недооценивать

Популярная механика
Дядька императора Дядька императора

В Российской империи воспитание царских отпрысков было делом политическим

Дилетант
Дамы одевают кавалеров Дамы одевают кавалеров

Ключевые имена в мужской моде сегодня — женские

Robb Report
Максим Диденко и Павел Семченко — о своей выставке в ГРАУНД Солянке Максим Диденко и Павел Семченко — о своей выставке в ГРАУНД Солянке

Максим Диденко и Павел Семченко — о понимании жизни и борьбе с социопатией

СНОБ
Осторожно! 10 популярных бьюти-процедур, которые могут обернуться кошмаром Осторожно! 10 популярных бьюти-процедур, которые могут обернуться кошмаром

Многие популярные процедуры все-таки лучше доверить профессионалам

Cosmopolitan
Шепотом и криком Шепотом и криком

Игорь Гулин о Геннадии Горе

Weekend
Прощайте, роботы: за что мы любим Daft Punk Прощайте, роботы: за что мы любим Daft Punk

Чем запомнится дуэт Daft Punk

Esquire
Откуда в Нижегородской области взялись голубые собаки Откуда в Нижегородской области взялись голубые собаки

Это не новый вид собак и не генетическая мутация

National Geographic
«Орлиный коготь» и еще три провальные спецоперации «Орлиный коготь» и еще три провальные спецоперации

Не пытайтесь повторить эти операции

Maxim
Драма-принц Драма-принц

Встречайте: Джош О’Коннор

Glamour
4 самых распространенных пикантных сна и их значение 4 самых распространенных пикантных сна и их значение

Нормально ли видеть эротические сны?

Playboy
10 современныx фильмов про отношения детей и родителей 10 современныx фильмов про отношения детей и родителей

Фильмы на тему родительства, всех его граней и оттенков

Seasons of life
«Хороших идей не существует. Все идеи плохие». Сооснователь Netflix — о том, почему нужно просто брать и делать «Хороших идей не существует. Все идеи плохие». Сооснователь Netflix — о том, почему нужно просто брать и делать

Марк Рэндольф — сооснователь и первый гендиректор Netflix

Inc.
Не голодаем и не убиваем пресс! Как быстро сделать живот красивым в 3 приема Не голодаем и не убиваем пресс! Как быстро сделать живот красивым в 3 приема

Плоский и подтянутый живот — предел мечтаний любой девушки

Cosmopolitan
Песнь льда и лотосов Песнь льда и лотосов

Новый зимний экомаршрут в Астраханском заповеднике

National Geographic
Опыт против разума: чем купоны на еду лучше контроля над ценами Опыт против разума: чем купоны на еду лучше контроля над ценами

Как помочь малоимущим без принятия вредных для экономики решений

Forbes
Свет заставил полимерные диски левитировать в условиях мезосферы Свет заставил полимерные диски левитировать в условиях мезосферы

Ученые изготовили полимерные диски, способные летать в вакууме

N+1
10 выдающихся книг о любви (во всех ее проявлениях) 10 выдающихся книг о любви (во всех ее проявлениях)

Лиза Биргер выбрала из всего многообразия мировой литературы 10 книг о любви

Esquire
Какое молоко полезнее: растительное или обычное? Какое молоко полезнее: растительное или обычное?

Вредно или полезно постоянно заменять обычное молоко растительным?

Reminder
Почему у тебя могут сохнуть глаза ночью (да, так бывает) Почему у тебя могут сохнуть глаза ночью (да, так бывает)

Крайне неприятное ощущение

Playboy
К растяжке через расслабление: 5 шагов к гибкости К растяжке через расслабление: 5 шагов к гибкости

Мечтаете сесть на шпагат или встать на мостик?

Psychologies
Советы эксперта: все о визите к гинекологу Советы эксперта: все о визите к гинекологу

Что происходит в кабинете у гинеколога и зачем все это нужно?

Cosmopolitan
Старые письма о главном: как писатели признавались в любви Старые письма о главном: как писатели признавались в любви

Лучшие любовные письма писателей

Esquire
Самая быстрая клешня на дне океана: удивительный бокоплав Самая быстрая клешня на дне океана: удивительный бокоплав

Животное, которое заставит всех переосмыслить значение слова «сверхбыстрый»

National Geographic
Китайский зонд долетел до Марса и сделал первый снимок Китайский зонд долетел до Марса и сделал первый снимок

Аппарат «Тяньвэнь-1» близок к следующему этапу своей миссии

National Geographic
Открыть в приложении