Конец онтологической безопасности: как жить в мире без устойчивого фундамента
Ускорение изменений делает старые жизненные сценарии короткоживущими: профессия на всю жизнь, предсказуемая карьерная лестница, понятный гражданский статус — все это больше не гарантировано. Профессор бизнес-практики Московской школы управления «Сколково» Елена Витчак в своей колонке для Forbes рассказывает, как выжить в мире, похожем на сцену, где декорации постоянно меняют, а сценарий уже никто не контролирует.
За последний год на всех лекциях я прошу поднять руки тех, кто чувствует мир вокруг как полный и безоговорочный хаос. Всегда поднимается лес рук. В таком понимании мира и окружающего бытия никогда не бывает безопасно, ибо наш мозг, переживший динозавров, до пяти раз в секунду сканирует пространство на предмет угроз и к такому хаосу не очень подготовлен.
В связи с этим очень хочется порассуждать, что же с нами происходит в коллективном поле. Для этого нам крайне нужно разобраться с понятием «онтологическая безопасность». Онтология происходит от древнегреческих ὄν (род. п. ὄντος) — «сущее, то, что есть» и λόγος — «слово, учение, разумное рассуждение». По сути, это раздел философии о самом бытии, о том, что значит «существовать» и какие самые общие структуры реальности лежат в основе мира.
Онтологическая безопасность простыми словами — это устойчивое внутреннее ощущение, что мир более-менее узнаваем, жизнь имеет некоторую непрерывность, а другие люди и социальные институты в целом предсказуемы. Обычно мы не задумываемся об этом напрямую, как не думаем о том, что под нами есть пол. Пока он там есть.
Когда это чувство устойчивости исчезает, ученые говорят об онтологической небезопасности: человек чувствует себя «хрупким», плохо отделяет себя от хаотичного мира, утрачивает ощущение целостности и будущего, живет в фоновом тревожном «раскачивании».
Потеря онтологической безопасности похожа на ситуацию, когда у человека исчезает фундамент и под ногами и в голове — привычное ощущение, что «я — это я», мир в целом понятен и предсказуем, а будущее хоть как-то обозримое, начинает распадаться.
Это не обязательно психоз, но всегда глубокий сдвиг в базовом чувстве устойчивости, который сегодня тихо переживают многие нормальные и умные люди.
Термин «онтологическая безопасность» появился сначала в психиатрии, затем в экзистенциальной психологии. Рональд Лэнг описывал пациентов с расщепленным чувством «Я»: людям казалось, что их «Я» может распасться, исчезнуть, раствориться в других. Позже британский социолог Энтони Гидденс вытащил этот, казалось бы, психиатрический термин из кабинета врача и сделал его одной из ключевых идей социальной теории позднего модерна. Он показал, что онтологическая безопасность нужна не только людям с тяжелыми диагнозами, но каждому из нас как топливо для нормальной повседневной жизни, планирования, доверия и сотрудничества.
Если говорить неакадемическим языком, онтологическая безопасность — это не про «чувствовать себя хорошо», а про «выдерживать факт собственного существования в этом мире». Это устойчивое психическое состояние держится на трех вещах:
- ощущении непрерывности собственной биографии («моя жизнь — это история, а не набор случайных эпизодов»);
- предсказуемости базового порядка событий («я более-менее понимаю, как здесь все устроено»);
- элементарном доверии к миру и людям («если я сделаю то-то, с высокой вероятностью случится вот это»).
Гидденс в этом смысле как будто говорит: чтобы жить, нам нужна не только зарплата и физическая закрытая база, но и невидимая «онтологическая страховка» как внутреннее ощущение, что реальность не рассыплется, пока мы завтракаем или едем в офис.