Коллекция. Караван историйЗнаменитости
Олег Видов. Его называли «советским Аленом Делоном»
Еще в середине пятидесятых поэт Николай Заболоцкий задался вопросом: «Что есть красота и почему ее обожествляют люди?» И так и не нашел на него ответа. А 70 миллионов зрителей, посмотревших первый отечественный вестерн «Всадник без головы», могли бы ответить на это точно: для многих воплощением красоты стал исполнитель главной роли мустангера Мориса Джеральда Олег Видов.
Работая над сценарием, Павел Финн усилил линию классовой борьбы индейцев, которым помогал сражаться с угнетателями-плантаторами благородный ирландец, чего не было в приключенческом романе Майна Рида. В итоге на экране получился суперположительный герой-революционер, ставший кумиром советских людей. А у Олега Видова появилась армия поклонниц, готовых на все, только бы обратить на себя внимание этого красавца блондина с небесно-голубыми глазами. Испытание медными трубами славы, как известно, самое тяжелое, похлеще огня и воды. Не каждому удается пройти его без потерь. Для Олега Видова они, увы, оказались роковыми.
Он родился 11 июня 1943 года в деревне Филимонки Московской области, сегодня этот район входит в состав Москвы. Мать будущей кинозвезды Варвара Ивановна Видова, окончившая Московский областной педагогический институт, была учительницей, позднее стала директором школы. Симпатичная стройная женщина занималась гимнастикой, лыжным и велосипедным спортом, верховой ездой. Отец актера Борис Николаевич Гарневич получил экономическое образование в Ленинградском финансово-экономическом институте. Родители познакомились в годы войны, Борис Гарневич проходил службу в Подмосковье, во фронтовом госпитале, где работала Варвара Ивановна. Официальный брак они так и не заключили. Узнав о том, что любовница беременна, Гарневич ее бросил и никогда не принимал участия в воспитании сына.
Олег Борисович позже вспоминал, как в день его рождения, пока мама лежала в больнице, воры забрались к ним в дом и выкрали из подвала весь запас картошки, почему-то оставив свеклу. Он потом шутил, что был вскормлен матерью на свекольном молоке. Варвара Ивановна была на хорошем счету, поэтому после войны получила престижную работу в советской школе сначала при нашем посольстве в Монголии, потом в ГДР, где трудилась корректором в издательстве. В 6 лет Олег уже свободно говорил по-немецки. Когда родительницу командировали в Китай и Румынию, мальчик жил в Алма-Ате с тетей Нютой, которая руководила самодеятельным театральным коллективом. Именно она заронила в юного Олега мечту когда-нибудь выйти на сцену или сниматься в кино. Мамины командировки закончились, она вернулась. Семье выделили скромное жилье в подмосковной Барвихе — комнату в бараке без удобств.
Олегу исполнилось четырнадцать, когда в семью пришло страшное несчастье. Отморозки напали на Варвару Ивановну, когда та возвращалась с работы, били ногами по голове. Черепно-мозговая травма была настолько серьезной, что женщина от нее уже никогда не оправилась. Матери был поставлен психиатрический диагноз, она получила инвалидность, работать совсем не могла, и Олегу пришлось буквально выживать. Скромная пенсия матери по инвалидности и заработки тети Нюты, перебравшейся в Подмосковье, чтобы ухаживать за сестрой, не покрывали никаких расходов. Окончив 8-й класс, Олег перевелся в школу рабочей молодежи и пошел работать. Выбор был невелик, он брался за все, что предлагали, куда его, подростка, брали. Трудился помощником повара в местной столовой, перечистил тонны картошки, морковки, лука, от которого слезились глаза. Потом устроился грузчиком на стройку Останкинской телебашни, затем освоил профессию электрика. Людям подросток, не боявшийся тяжелой работы, нравился. Прораб похлопотал, и Олега перевели в кладовщики, какое-то время он выдавал строителям материалы. Платили не так уж много, а хотелось прилично выглядеть, модно одеваться. И тогда кто-то из знакомых подал идею: хорошо платят в морге, там еще всегда есть шанс получить щедрые чаевые от родственников усопших. И Видов вновь резко поменял сферу деятельности, пошел работать санитаром.
Однажды в приемном покое симпатичного парня заметил ассистент режиссера Александра Митты. В тот момент вместе с Алексеем Салтыковым Александр Наумович снимал детскую картину «Друг мой, Колька!..». Так Олег Видов попал на «Мосфильм», получил небольшую роль, впервые оказался на съемочной площадке, где укрепился в мысли, чем хочет по-настоящему заниматься в жизни. Правда, в финальную версию ленты его эпизод, увы, не вошел, но Олег твердо решил готовиться к поступлению во ВГИК.
А тут еще сердобольная тетя Нюта однажды подвела его к зеркалу и сказала: «Посмотри на себя. Иди в любой театр — тебя с руками там оторвут. Ты — уже готовый герой-любовник!» Благородные черты лица, пухлые губы и небесно-голубые глаза — Олег внезапно осознал, что внешность — его единственный козырь и шанс пробиться в жизни. Тетя Нюта помогла, чем могла, подготовила с Олегом программу. В 1962 году актерскую мастерскую набирал народный артист Борис Андреевич Бабочкин. На отборочных турах прослушивания вели его ассистенты. Когда перед ними возник светловолосый красавец, женская половина приемной комиссии пришла в восторг. К тому же выяснилось, что фотокамера безумно благосклонна к абитуриенту Видову, он был прекрасен на фотографиях, которые требовалось принести на прослушивание. Экзаменаторы углядели в нем огромный потенциал для кино. Бабочкину оставалось только согласиться с мнением восторженных дам. Так Олег Видов стал студентом актерского факультета Всесоюзного государственного института кинематографии.
В ту пору это был единственный творческий вуз, который не запрещал студентам сниматься в кино. Напомним, что за съемки в картине «Я шагаю по Москве» и других фильмах Никита Михалков был отчислен из Щукинского училища. А здесь ассистенты по актерам с разных киностудий буквально дневали и ночевали в поисках талантов, и на молодого актера посыпались заманчивые предложения. Видов начал сниматься, еще будучи студентом.
Владимир Басов приступил к экранизации повести Пушкина «Метель» и пригласил Видова на роль бедного армейского прапорщика Владимира Николаевича, застрявшего из-за непогоды в степи и опоздавшего на собственную тайную свадьбу с красавицей дочерью состоятельного помещика Марьей Гавриловной. Эраст Гарин доверил Видову роль Медведя в «Обыкновенном чуде». А легендарный киносказочник Александр Птушко — князя Гвидона в «Сказке о царе Салтане». Неважно, что режиссеры вовсю эксплуатировали эффектную внешность молодого актера. Он даже украсил кадр культового фильма «Мне двадцать лет» Марлена Хуциева, появившись в роли парня с сигаретой.
«Сказку о царе Салтане» снимали в Крыму, фильм был широкоформатным, получился красивым, хорошо продавался на международных кинорынках, где на Олега Видова обратили внимание зарубежные продюсеры. Так он поучил главную роль викинга Хагбарда в копродукции Дании, Исландии, Швеции «Красная мантия». Картина успешно прошла в Америке. Олег Видов завоевал международное признание, много снимался в Югославии, самый известный его проект — «Битва на Неретве», созданный югославскими кинематографистами в содружестве с Италией и ФРГ. Картина рассказывает о партизанском движении времен Второй мировой войны, Видов сыграл комиссара бригады партизан. А вскоре на экраны вышел кинохит «Всадник без головы», после чего актер стал для советских зрителей главным романтическим героем.
Его называли «советским Аленом Делоном». Он был красив, талантлив и невероятно популярен. Его карьера складывалась стремительно и ярко. Лучшие режиссеры хотели с ним сотрудничать, казалось, впереди — только успех. Но... Как это часто случается, благостную картину разрушила женщина.
Что же происходило в личной жизни советского секс-символа? Впервые Видов женился в 1966-м на художнице по имени Марина. Супруги быстро поняли, что не подходят друг другу, тем не менее расставание все равно оказалось болезненным. В одном интервью женщина, подловленная телевизионщиками, признавалась, что порвала и выбросила все фотографии с бывшим мужем, лишь бы уничтожить всякое напоминание о нем.
Второй женой Олега Борисовича стала без преувеличения роковая женщина. Ее называли племянницей генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева, хотя семья в родственных отношениях с генсеком вовсе не состояла.
Наталья Федотова была благородной красавицей, эдакой русской Одри Хепберн с изысканными манерами, прекрасно воспитанной, умной и образованной. Она родилась в семье профессора Василия Николаевича Шевякова, занимавшего высокий пост в советском правительстве, по некоторым сведениям, отвечавшего за международную политику, готовившего визиты генсека за рубеж. Он знал несколько языков, часто бывал за границей и дружил с Брежневым еще с тех времен, когда тот начинал свою карьеру в Днепропетровске.