Таисья Калинина и Тимофей Кочнев: «Не существует понятия «слишком рано», если ты понимаешь, с кем хочешь прожить жизнь»
Они молоды, востребованы и только начинают свой большой путь в кино. За плечами Таисьи и Тимофея — десятки ярких ролей, впереди — новые проекты и большие премьеры. Но свою главную роль они уже выбрали — роль мужа и жены. В интервью «Каравану историй» актеры рассказали, почему не испугались раннего брака, как пережили первые кризисы и что помогает им каждый день выбирать друг друга.
— Вы поженились в очень юном возрасте: Тимофею было 18 лет, а Таисье — 20. Сегодня многие к решению создать семью приходят гораздо позже, считая, что сначала нужно проверить отношения временем. У вас самих не было ощущения, что события развиваются слишком быстро?
Тимофей: Наверное, со стороны действительно может показаться, что все произошло быстро. Но на самом деле до свадьбы мы были знакомы около двух лет, а встречаться начали примерно за полтора года до нее. Так что времени узнать друг друга у нас было достаточно. Хотя для себя я довольно быстро понял одну вещь: хочу видеть рядом только Тасю.
Таисья: Спасибо, милый.
— А помните вашу первую встречу?
Тимофей: Очень хорошо помню. Мы познакомились на пробах проекта, в котором потом вместе снимались. Тася вошла в комнату, и первое, что я подумал: «Я ведь ее где-то видел». Хотя это было невозможно — мы никогда раньше не встречались, я даже фильмов с ней не смотрел. Но возникло удивительное чувство, будто передо мной человек, которого я давно знаю. Очень родное лицо. Сразу понял, что она мне нравится.
Таисья: А у меня все было совсем наоборот. (Смеется.) Никакого озарения не случилось. Мы познакомились в довольно непростой период моей жизни. И первое впечатление было скорее осторожным. Я была уверена, что Тимофей — ужасный сердцеед. Казалось, вокруг него всегда столько девушек, что никаких шансов у меня нет. Поэтому решила вообще ничего себе не придумывать. Я с подросткового возраста искала не просто парня, а настоящего партнера, с которым можно и в горы поехать, и суп вместе сварить, и комфортно помолчать. Мне хотелось встретить друга на всю жизнь.
Тимофей: А я в это время, наоборот, постоянно искал повод оказаться рядом. Если не снимался, сидел возле плейбэка, ждал, лишь бы перекинуться с Тасей парой слов. Сам не понимал, почему меня так к ней тянет. Просто хотелось быть рядом. И довольно быстро стало понятно, что мы смеемся над одними и теми же шутками.
Таисья: Да! По-моему, именно чувство юмора нас тогда и объединило. До этого мне часто говорили, что я слишком несерьезная, слишком много дурачусь. А Тимофей не просто не пытался меня изменить — он сразу включился в эту игру. Если сейчас пересказать наши первые шутки, никто вообще не поймет, что в них смешного. Но тогда я смеялась до слез. И вдруг поймала себя на мысли: «Какой смешной мальчишка...» Правда, тут же решила: «Нет-нет. Посмеяться — это одно. Но встречаться с ним я точно не буду».
Тимофей: А я видел только одно — Тася смеется. И мне хотелось смешить ее еще сильнее.
— Когда же наступил переломный момент? Когда вы поняли, что между вами уже не просто дружба?
Таисья: На самом деле мы очень долго ходили вокруг да около. Мы начали чаще общаться, гуляли, могли часами разговаривать. Помню, однажды встретились вечером в Петербурге и долго бродили по набережной. Для меня это была совершенно дружеская прогулка, хотя внутри уже нарастало ощущение какой-то неопределенности.
Тимофей не брал меня за руку, не обнимал, никак не показывал своих чувств. И я окончательно запуталась. Мне казалось, если мужчина действительно заинтересован, он обязательно как-то это даст понять.
Тимофей: А мне в тот момент казалось, что все и так очевидно. Для меня сама эта прогулка уже была свиданием. Я приносил Тасе кофе, чай, мороженое, старался быть рядом, помочь, если что-то было нужно. Искренне не понимал, зачем еще отдельно говорить: «Ты мне нравишься». Мне казалось, поступки сами говорят за человека. Как выяснилось позже, иногда все-таки нужно про это говорить.
Таисья: Конечно! (Смеется.) Если бы он тогда просто подарил мне цветы, я бы сразу все поняла. А так он приносил кофе, мороженое, постоянно спрашивал, чем помочь, заботился обо мне... И я думала: «Ну, наверное, он просто очень хороший человек. Наверное, он со всеми такой».
Тимофей: Сейчас вспоминаю это и понимаю, насколько мы оба были наивными. Я был абсолютно уверен, что давно все объяснил своими поступками. А оказалось — совсем нет.
— Что в итоге помогло вам выйти из этого круга недоговоренностей?
Таисья: Наверное, в какой-то момент я просто устала ждать. Подумала: «Раз я ему не нужна, значит, не буду больше мучиться». Перестала писать первой, почти перестала отвечать, фактически решила исчезнуть из его жизни.
Тимофей: А для меня это стало настоящим сигналом. Я вдруг понял: если сейчас ничего не предприму, просто потеряю Тасю. Помню, после съемок в Питере специально поехал к гостинице, где она жила. Купил клубнику, дождался, пока кто-нибудь откроет вход, поднялся на этаж и просто сел возле двери ждать. Даже написал ассистентке: «Пожалуйста, сообщите, когда Тася уедет со съемок». Очень хотелось сделать ей сюрприз.
Таисья: А мы в это время после ночной смены всей съемочной группой поехали есть кебаб. (Смеется.)
Тимофей: Да. Я, конечно, этого не знал. Просидел несколько часов возле двери, потом вообще уснул на ковре. Проснулся уже под утро, посмотрел на часы и понял, что пора ехать по делам, а Тася так и не появилась. Сейчас эта история кажется очень смешной. Тогда было совсем не до смеха.
Таисья: А я тем временем окончательно решила, что ничего не получится. Вернулась в Москву и честно написала Тимофею: «Максимум, что я могу тебе предложить, — дружбу».
Тимофей: И я ответил: «Нет. Я не готов быть для тебя просто другом».
Таисья: И знаете, именно эта уверенность меня тогда и подкупила. До этого были только намеки, догадки, бесконечные попытки понять друг друга. А тут человек впервые спокойно и честно сказал, чего хочет. И мне самой вдруг стало спокойно. Я поняла: наконец-то можно перестать гадать.
— Но даже после этого ваша история еще не стала идеальной?
Таисья: Конечно, нет. (Смеется.) У нас вообще все происходило через какие-то смешные недоразумения. Помню, предложила Тимофею выбрать место, где встретимся. Назвала три парка. И он выбрал самый дальний от моего дома. Я тогда даже написала: «Ты специально решил отправить меня через весь город?»
Тимофей: А я просто вообще не посмотрел карту. Увидел название и сразу сказал: «Давай туда!» Только потом понял, что сам себе все усложнил. Когда сильно влюблен, логика почему-то перестает работать. Ты думаешь только о том, что она согласилась встретиться. А где находится парк — это уже неважно.
Таисья: Сейчас мы над этим смеемся. А тогда меня это ужасно раздражало.
— Помните день, когда начали встречаться?
Таисья: Конечно.
Тимофей: Первое июня. Мы вообще любим отмечать такие даты.
Таисья: Нам просто нравится находить повод порадоваться. Можем вдруг сказать друг другу: «Помнишь, именно в этот день мы впервые вместе поехали в Петербург?» Или: «Сегодня ровно столько-то лет нашей первой прогулке».
— Каким был ваш конфетно-букетный период? Ведь вы оба тогда очень много снимались...
Тимофей: Мы оба постоянно были заняты, поэтому виделись гораздо реже, чем хотелось. Иногда не встречались целую неделю, а потом старались провести вместе хотя бы два-три дня и практически не расставались.