Даниил Воробьев
Он победил бы в соревнованиях по завязыванию шнурков, он любит фильм «Привидение» и не любит повторяться в работе. Встречайте — Даниил Воробьев, почти сто работ в кино, восемь из которых вы сможете увидеть в этом году.
Три слова, которые лучше всего описывают меня, – это... Есть только одно — интуиция.
Мой самый бесполезный талант — умение завязывать по-разному шнурки. Я знаю пять или шесть комбинаций. Но это мне никогда не пригождалось, потому что обувь была в основном на липучках.
Я понял, что успешен, когда у меня появилась возможность выбирать сценарии.
Если бы я мог встретиться с любым человеком в мире, живым или ушедшим, я бы встретился с Есениным, Лермонтовым, Цоем, Николаем Чудотворцем и Олегом Далем — в дни их смерти.
Лучший совет в жизни я получил от своего мастера Александра Сергеевича Ленькова. Он мне сказал: «Главное — не скурвись».
Книга, которая лучше всего описывает мою философию жизни, — это «С папой буря не страшна» Пола Брайта.
Три фильма, которые стоит посмотреть каждому, — «Привидение» с Патриком Суэйзи, «Любить...» Михаила Калика и «Дикий, дикий пляж. Жар нежных» Александра Расторгуева.
Я бы отказался от роли, которую уже играл. Мне интересно открывать новые грани, исследовать, ставить эксперименты...
Самый безумный поступок, который я хотел бы совершить, но никогда не решусь, — начать сольную карьеру рок-певца. Я очень здорово кручу микрофон на ладони.
Когда у меня плохое настроение, я подношу калейдоскоп к правому глазу, направляю на свет и рассматриваю комбинации цветных хрусталиков внутри.
Максимальную радость мне сейчас приносит солнце и весенний воздух, запах свежей земли и жженой травы на окраинах города.
Лучшее решение в моей жизни — не искать смысл жизни.
Если бы я не стал актером, то ушел бы из жизни очень рано. Моя грудь была бы разорвана чувством вины о безвозвратно ушедшем времени.
Я завидую молодости и так же отчаянно ей восхищаюсь. Я вижу в ней себя, но уже со стороны. Знаете, человек ходит вокруг дома, а внутрь зайти не может, хотя есть и ключи, и гостинцы.
Моя самая странная привычка — поправлять одежду там, где ее вообще поправлять уже не надо.
Если бы всю жизнь можно было слушать только одну песню, это был бы Крис Айзек, Wicked Game.
Я жалею о бездействии.
— Даниил, сегодня ты один из самых востребованных актеров: 99 работ в фильмографии, восемь из них — премьеры только этого года. Тебя любят коллеги и режиссеры, а появление на светских мероприятиях всегда сопровождается женским придыханием. Быть в центре внимания — испытание, которое не каждый может выдержать...
— Все это, но в мини-формате я прошел больше 20 лет назад. Мне было 17, когда я стал хедлайнером клубной жизни Костромы. Я привозил популярных артистов — «Дискотеку «Авария», «Отпетых мошенников», Ирину Салтыкову, Алену Апину, группу Hi-Fi. На вечеринки, которые я придумывал, всегда собиралась огромная толпа. Клуб вмещал 300 человек, а прийти могло втрое больше. Со мной хотели работать все, как MC я был нарасхват. Я пользовался популярностью у девчонок — мог зайти в любую компанию. Меня узнавали на улицах, кричали из машин: «О, Солнышкин, привет!» Такой псевдоним мне дали ребята, к которым я пришел работать в ночной клуб «Старый Центр». Нас было трое: Петров, Васечкин и я, Солнышкин, — по фамилиям героев детских фильмов. К 18 годам я стал арт-директором целой корпорации, которая включала в себя три клуба, гостиничный комплекс и турфирму. А это уже был иной уровень: пока другие мечтали о пейджере, у меня уже был сотовый телефон — Ericsson с однострочным дисплеем. И вот тогда я в первый раз поймал себя на том, что становлюсь социофобом, который не хочет общаться с обычными людьми.
