GQ поговорил с теми, чьи мечты об отцовстве были разбиты

GQОбщество

Запретный плод

Когда речь заходит об абортах, мужчинам часто отводится неприглядная роль — они или настаивают на процедуре, или просто не мешают. Но что они чувствуют при этом? GQ поговорил с теми, чьи мечты об отцовстве были разбиты.

Текст: Мария Мартынова

Оверленд-Парк, штат Канзас, 2002 год. Молодой человек с черными, зачесанными назад волосами. Руки прижаты к бокам. Он улыбается и говорит, что все в порядке. Таким в последний раз видела его мать. Двадцать минут спустя он, мертвый, болтался на веревке. «Мой ребенок мог быть прекрасным человеком, любимым Богом и людьми, — такую записку оставил после себя молодой человек. — Мой маленький мальчик так и не почувствовал теплоту моих отцовских рук. Я не смог прижать его к себе и поцеловать в темечко, рассказать, как чудесна жизнь, которая его ожидает, и прочитать сказку на ночь. Я очень люблю тебя, Закари, и жду встречи с тобой на небесах».

Саутгемптон, графство Гэмпшир, Англия, 2012 год. Фитнес-тренер Марк Хорстед найден повешенным в собственном доме. Самоубийство — констатировала медицинская экспертиза. Сестра Хорстеда в разговоре с репортером призналась: «В последнее время брат часто упоминал о проблемах с девушкой. Он говорил, что ситуация вышла из-под контроля, когда та призналась, что собирается сделать аборт».

Село Терновка, Саратовская область, 2017 год. Молодой человек (26 лет) повесился в предбаннике своего дома. В предсмертной записке он просит у родителей прощения за то, что не приносил им радости, и пишет, что отправляется к своему нерожденному ребенку.

Первое крупное исследование о влиянии абортов на мужское психическое здоровье было опубликовано в 1984 году Артуром Шостаком, профессором социологии из Филадельфии. За десять лет до этого Шостак вместе со своей девушкой посещал клинику, чтобы прервать беременность на раннем сроке. Спустя какое-то время после этого пара поняла, что пребывает в состоянии тяжелейшего стресса. Это ощущение не покидало профессора, когда он смотрел по телевизору бейсбол, жарил стейки или принимал ванну. Шостак пробовал медитировать, читать книги о самогипнозе и отвлекаться на посторонние занятия вроде садоводства. Разумеется, он не делился мыслями со своей подругой: «Ей и без меня приходилось туго», — говорит он. Также Шостак не обращался за помощью к психологам. Законность абортов в США признали лишь за год до того, как профессор и его девушка посетили клинику. И хотя о процессе Роу против Уэйда (судебное разбирательство, результатом которого стала частичная легализация абортов в США. — Прим. GQ) продолжали трубить в газетах, искусственное прерывание беременности по желанию женщины все еще считалось варварством.

Следующие десять лет Шостак провел, общаясь с такими же, как он сам, мужчинами, ожидавшими своих подруг в холлах частных клиник. К 1984 году профессор опросил более тысячи человек. «Мужчины, с которыми я разговаривал, соглашались встретиться со мной снова спустя какое-то время. И большинство из них продолжали переживать из-за абортов, — пишет Шостак. — Им было грустно, страшно, они не понимали, что с ними происходит, но, как и я, боялись с кем-то этим поделиться. Это табу. Если ты мужчина и хочешь пролить слезу — тебе следует запереться в комнате. Если тебе кажется, что паршивое настроение связано с абортом твоей подружки, — это только твои проблемы, сиди разбирайся в чувствах. Все мужчины, которых я опросил, не делились своими переживаниями с родителями и, разумеется, не исповедовались в содеянном перед священниками. Они боялись показаться слабаками друзьям, поэтому молчали, даже изрядно поднабравшись в баре. Мужчины привыкли хранить эту тайну. А что бывает с тайнами? Они как небольшие дозировки шестивалентного хрома — день за днем уничтожают вас».

Когда текст Шостака попал мне в руки, я принялась изучать другие научные статьи, в которых исследуется психическое состояние мужчин, чьи подруги решили прервать беременность. Но столкнулась с тем, что вторая (и последняя) серьезная работа на эту тему была опубликована лишь в 2015 году. Мужчин словно вычеркнули из обсуждения. Решение — оставлять ребенка или нет — взвалили на плечи женщин. Возможно, в эпоху процветающего феминизма это позволило так называемому слабому полу чувствовать себя чуть более независимым.

Я обратилась в российские организации, которые поддерживают аборты, чтобы получить подтверждение гипотезы Шостака о постабортном синдроме мужчин. Сообщество «Мой аборт» насчитывает более десяти тысяч подписчиков в социальных сетях, там ежедневно публикуют монологи женщин, вернувшихся из абортариев. «У них точно есть данные», — решила я. «Не пишите нам, — вот что мне ответили. — Наша группа существует уже несколько лет. И за это время мы не припомним ни одной истории с участием благородного мужчины, во всем поддержавшего женщину и прошедшего вместе с ней весь этот путь мытарств. Мнение мужчин нам неинтересно. Большинству из них плевать на аборты. Меньшинство мешает совершать их».

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Рейтинг брендов Рейтинг брендов

Бренды, которые стали заметны на рынке за год

Forbes
Слава блогу! Слава блогу!

Grazia выбрала самые интересные тревел-блоги

Grazia
Разговор по ушам Разговор по ушам

Мир несовершенен: в нем есть страдания, комары и голосовые сообщения

GQ
Smart ЗОЖ: Мой путь к здоровью Smart ЗОЖ: Мой путь к здоровью

Алёна Мурлаева рассказывает свою историю болезни и создания системы питания

Домашний Очаг
100 самых сексуальных женщин страны: 52-1 100 самых сексуальных женщин страны: 52-1

Итоговый рейтинг «100 самых сексуальных женщин страны – 2019»

Maxim
История шрифта Comic Sans, который любят обычные люди и ненавидят дизайнеры История шрифта Comic Sans, который любят обычные люди и ненавидят дизайнеры

Винсент Коннер рассказал, как 20 лет назад случайно придумал шрифт Comis Sans

Esquire
Минный пол Минный пол

20 вещей, которых мы боимся в женщинах

Maxim
«Мы не ритейл, мы фуд-бренд и конкурируем с «Мы не ритейл, мы фуд-бренд и конкурируем с

Основатель «Вкусвилла» рассказал, как изменилась работа во время пандемии

VC.RU
20 способов остаться нормальным человеком 20 способов остаться нормальным человеком

Адекватность — самое стремительно исчезающее свойство современного мужчины

GQ
Замороженные. Что не так с идеей ограничить цены на продукты Замороженные. Что не так с идеей ограничить цены на продукты

Предлагая ограничить цены на продукты, «Единая Россия» повторяет ошибки СССР

Forbes
Смерть ей к лицу Смерть ей к лицу

Как Скарлетт Йоханссон стала самой высокооплачиваемой Вдовой в истории кино

GQ
Ровные, белые, свои Ровные, белые, свои

Зубы — конечно, самая крепкая кость в нашем организме, но иногда ломаются и они

Добрые советы
Жизнь в черно-белых тонах Жизнь в черно-белых тонах

Почему гений футбола Эдуард Стрельцов столкнулся с советским обвинением

GQ
Достучаться до небес Достучаться до небес

Заключенный концлагеря угоняет с их секретной военной базы бомбардировщик

Вокруг света
Нет такого слова Нет такого слова

Как пропадают из нашей жизни целые явления, а мы этого даже не замечаем

GQ
Сильно изменились! Как сейчас выглядят Хадид, Лохан и другие дети-модели Сильно изменились! Как сейчас выглядят Хадид, Лохан и другие дети-модели

Многие современные звезды начинали карьеру с модельного бизнес

Cosmopolitan
15 мыслей Александра Филиппенко 15 мыслей Александра Филиппенко

Зачем Александр Филиппенко возит в чемодане секатор и ждет нового XX съезда

GQ
8 бьюти-проблем, которые начнутся у тебя из-за карантина — ищем решение 8 бьюти-проблем, которые начнутся у тебя из-за карантина — ищем решение

Карантин повлиял на жизнь каждого человека и не прошел мимо нашей бьюти-рутины

Cosmopolitan
Больше не лезет Больше не лезет

Как вновь ощутить вкус к жизни?

GQ
Доверять ли теледокторам? Изучаем биографии Малышевой, Комаровского и других Доверять ли теледокторам? Изучаем биографии Малышевой, Комаровского и других

Мы решили выяснить, кто нас лечит с экрана

Cosmopolitan
Поле битвы — Facebook Поле битвы — Facebook

Как громить диванные войска?

GQ
От первого голоса От первого голоса

Елена Стафьева о фильме, где Мартин Марджела говорит о себе сам

Weekend
Петровский пассаж Петровский пассаж

Александр Петров — живой человек, который устает и злится

GQ
Во дворах штрафуют и эвакуируют. Как избежать проблем Во дворах штрафуют и эвакуируют. Как избежать проблем

Опасные места, где можно получить штраф

РБК
Подъем с переворотом Подъем с переворотом

И века, и десятилетия не всегда совпадают с показаниями календарей

GQ
Кому на Руси жить тяжело: какие испытания переживают родители и дети в изоляции Кому на Руси жить тяжело: какие испытания переживают родители и дети в изоляции

Тяжелее всех в самоизоляции приходится родителям младших школьников

Forbes
Джордж Оруэлл Джордж Оруэлл

Правила жизни Джорджа Оруэлла

Esquire
Выше моих сил Выше моих сил

Который год у тебя одна должность и зарплата – и перспектив не видно

Cosmopolitan
Как ухаживать за стиральной машинкой, чтобы она работала с максимальной отдачей Как ухаживать за стиральной машинкой, чтобы она работала с максимальной отдачей

Каждая стирка — очередное разочарование?

Cosmopolitan
Три шага, чтобы вернуться в ресурсное состояние Три шага, чтобы вернуться в ресурсное состояние

Если мы направляем внимание на собственную тревожность, она лишь усиливается

Psychologies
Открыть в приложении