Интервью с хоккеистом Игорем Ларионовым

GALA БиографияСпорт

Игра в правду

Знаменитый советский и российский хоккеист Игорь Ларионов завершил спортивную карьеру двенадцать лет назад. Сегодня он успешный ресторатор, винодел и, конечно, легенда спорта. В интервью «Биографии» он рассказал о том, что, помимо силы и ловкости, в хоккее и вообще в жизни нужны трезвый ум, холодный расчет, братская сплоченность, а заодно честь и совесть.

Беседовал Андрей Захарьев

С прославленным хоккеистом, известным всему миру прозвищем Профессор, мы встречаемся в ресторане Larionov Grill & Bar, который он открыл в Москве минувшей осенью. Здесь просторно, большие столы, широкие диваны, однако размах и масштаб не мешают назвать это место уютным. Повсюду висят телеэкраны, на которых демонстрируются спортивные соревнования, в одном из углов расположен шкаф с вином, которое производит сам Ларионов. На стенах – черно-белые снимки хозяина заведения, который позирует то с клюшкой, то с бокалом, и по-английски подписано: «Хоккей – моя жизнь, вино – моя страсть».

– Можно теперь написать: Игорь Ларионов – хоккеист, ресторатор?

– Я не возражаю.

– Или лучше: ресторатор, хоккеист?

– Нет-нет, хоккеист, ресторатор. Начинающий ресторатор.

– Что в этом гриль-баре такого, чего вы не нашли у других, но сделали у себя?

– Главное, чем это место отличается от других, – сочетание хорошей кухни и атмосферы плюс адреналин, который ты можешь получить от просмотра матча или боя, поболеть, заодно попробовать хорошую еду.

– Что тут в меню?

– Я стараюсь в этом смысле подстраиваться под аудиторию. Это и спортбар, и upscale ресторан, где есть разное – начиная от простого бургера, который с помощью разных ингредиентов можно сделать довольно сложным, и заканчивая стейком, рыбой, ребрышками. Конечно, любимые мною супы. Здесь даже утренняя каша по моему рецепту – я попросил, чтобы ее делали на воде, с бананом и орехами. А омлет – с яйцом пашот и на рукколе. Это то, что я люблю.

– С детства?

– (Смеется.) Хороший вопрос. В Воскресенске, где я родился, особенно выбирать было не из чего. Была такая «Домовая кухня», рядом с хоккейной площадкой, – там пекли очень вкусные пончики по пять копеек. А еще нам давали талоны, чтобы мы могли пообедать, – тарелка супа, кусок мяса, правда, непонятно какого. Я больше любил то, что готовили дома.

«Мне девять лет. Родители много работали, – вспоминает Игорь Ларионов, – но все равно старались ходить ко мне на матчи – это меня очень вдохновляло». Воскресенск.

– И что готовили?

– Просто и вкусно. Суп, котлеты, картошка.

– Пироги?

– Пироги были маминым коронным блюдом. Я, правда, почему-то не любил пироги с капустой, предпочитал им пироги с повидлом.

– Сладенькое любили?

– Любил. Моя бабушка по папиной линии работала на местной пищевой фабрике и всегда приносила мне пряники.

– Вы, кстати, хорошо знаете своих предков?

– Род не изучал, но застал двух бабушек и деда. Дедушка по папиной линии был машинистом, его репрессировали в 1937 году, он вернулся в 1955-м и умер до моего рождения. Второй дед, по маминой линии, попал в плен в Норвегии, вернулся, тоже был сослан. Непростая судьба, в общем. А обе бабушки были добрые, отзывчивые. Мамина мама была женщина религиозная, без образования, я, маленький, у нее проводил лето. Бабушка жила в пригороде Воскресенска.

– Каким Воскресенск вам запомнился?

– Сам по себе город – это много труб и дыма. И люди, которые шли рано утром на химзавод и проводили там всю свою жизнь. Но большая и самая приятная часть воспоминаний у меня, естественно, связана с хоккеем – весь город им жил. Сначала я был в детской команде «Снежинка», потом – в «Химике», а это уже команда, которая играла в высшем дивизионе, то есть против ЦСКА, «Динамо», «Спартака»…

– Если я спрошу про то, как вы встали на коньки, то вы, наверное, расскажете про дворовую коробку?

– Конечно, классика. У меня и моего старшего брата, Евгения, была одна пара коньков на двоих. Пока брат был в школе, я брал эти коньки, которые мне были размера на четыре велики, надевал валенки, на них – сами коньки. Коробка у нас была рядом с домом, до нее можно было дойти прямо на коньках.

Потом мы переехали из поселка, где жили, в город, в новый дом, получили квартиру – и рядом с нами в сорока метрах была школа и тут же дворец спорта, метров двести пройти. В зимнее время там заливали каток, а в летнее мы в скверике посыпали асфальт песком, чтобы было трение, чтобы клюшки и мячик не скользили, и продолжали играть.

– Как вообще к вам пришло понимание, что хоккей – это не просто детское увлечение, а то, чем вы хотите заниматься дальше?

– Это сегодня родители видят в своих детях будущих Овечкиных и Малкиных, а тогда мои отец и мать все время проводили на работе, а я был увлечен хоккеем и ни о каком будущем не думал. Приходил из школы, делал уроки, а потом оставалось время пойти на каток. Мысли о будущем пришли позже, лет в четырнадцать, когда стали ясны и способности, и успехи, и перспективы. В этом возрасте меня стали привлекать к участию в матчах юношеской сборной Союза, начались первые сборы, просмотры. Позже, в шестнадцать лет, меня позвали тренироваться с командой мастеров «Химика». Я еще был школьником, поэтому было так: утром я шел в школу, днем – на базу «Химика», а вечером участвовал, допустим, в матче против ЦСКА, играл против настоящих «грандов» – Третьяка, Харламова, Петрова… Для такого мальчишки, как я, да вообще для такого городка, как наш, это было событие. На матче полный зал, все об этом говорят. А утром – опять в школу как обычный ученик.

Игорь (во втором ряду в центре) в составе юношеской команды воскресенского «Химика». «Карьера игрока начинается в детском хоккее, и очень многое зависит от того, попадаешь ли ты в тот момент в правильные руки».

– К вам какое-то особое отношение в школе было?

– Безусловно, меня отпускали с уроков на тренировки. Случались поездки на турниры, в Финляндию, Польшу, тогда приходилось отпрашиваться на пять-шесть дней. Но поблажек мне никто не делал.

– Вам не говорили: зачем хоккеисту алгебра? Поставим тебе троечку – и играй дальше.

– Тогда такого не позволялось. Хотя все старались войти в мое положение. Но приходилось самому все учить. Было сложно: пропустил объяснение какой-то темы – разбирайся сам. Я-то понимал, что не все мне пригодится, но без переживаний не обходилось.

– А в команде как к вам относились?

– Я был самый молодой игрок в «Химике», там были ребята в два раза старше. Меня некоторые звали «сынок».

Ларионов (на фото – третий справа в верхнем ряду) в составе команды «Химик», которая не раз за свою историю становилась бронзовым призером чемпионатов страны. Воскресенск. 1985 год.

– Обижали?

– Нет, но, как самый молодой, я собирал шайбы после тренировки, носил клюшки. Таскал станок, которым точат коньки, тяжелый. В общем, проходил школу молодого бойца. Понимал, что, тренируясь со старшими товарищами, я расту, набираюсь опыта, который в юношеском хоккее мне и не снился. Кроме того, играть за «Химик » в таком маленьком городе – это слава. Но отвлекаться на нее не надо. Слава пройдет, а одна заминка в твоем профессиональном росте – и тебя тут же задвинут. Я отыграл за «Химик» четыре сезона, с юношеской сборной дважды выиграл чемпионат мира, а в двадцать лет уехал играть за ЦСКА. Уже как взрослый хоккеист.

«Мне восемнадцать. Мой путь, – вспоминает Ларионов, – особенно поначалу, не был ровным – кочка за кочкой, падать и вставать, падать и вставать, но не ломаться, не прогибаться и двигаться дальше».

– Как поменялась ваша жизнь в ЦСКА?

– Тут надо понимать, что если «Химик» – команда, которая всегда боролась за «середку », за 4, 5, 6, 7-е места, то ЦСКА – это флагман. А значит, другие цели и задачи. Высокие шансы играть за сборную страны. Следовательно, другой уровень тренировок, конкуренция выше – вокруг тебя лучшие игроки, и показывать высококлассный хоккей надо стабильно. Здесь от тебя требуется только первое место.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Король невежд Король невежд

Адриано Челентано

GALA Биография
Шальные головы Шальные головы

Архитекторы из бюро Humbert & Poyet создали шале в Гштааде

AD
«Жар-птица» Арктики «Жар-птица» Арктики

Самая редкая птица Арктики — розовая чайка

Наука и жизнь
Больше чем любовь Больше чем любовь

Прекрасная семейная пара — Наталья Подольская и Владимир Пресняков

OK!
Пока играет Вальц Пока играет Вальц

«У жизни есть одна гарантия – она всегда может стать еще хуже»

Esquire
Берут огонь на себя Берут огонь на себя

На­ши спортс­ме­ны едут на Олим­пи­а­ду в Пхен­чхан под ней­траль­ным фла­гом

Glamour
А ты в игре? А ты в игре?

Верный способ освежить секс

Cosmopolitan
Осторожно, экзотика! Осторожно, экзотика!

Чтобы не испортить себе отдых, возьми на вооружение несколько наших советов

Лиза
Галия Нигметжанова, Светлана Кривцова: Без сердца и тормозов Галия Нигметжанова, Светлана Кривцова: Без сердца и тормозов

Как избежать появления бесчувственных монстров

СНОБ
Тимур Абузяров Тимур Абузяров

Шеф-повар московских ресторанов Cevicheria и Beer Happens

Esquire
Ворота в Поднебесную Ворота в Поднебесную

В чем секрет успеха и популярности группы компаний Alibaba?

CHIP
Птенец-задира Птенец-задира

Кукушата-разбойники

National Geographic
Обыкновенное чудо Обыкновенное чудо

Интервью с фигуристкой Ириной Слуцкой

GALA Биография
Идея! Идея!

Кататься на лыжах на юге, со­здать себе двойника, одевать­ся зимой по-летнему

Maxim
Sexting Sexting

Почему мне хватает секса по sms

Cosmopolitan
Со временем все проходит? Со временем все проходит?

Иногда прошлое преследует нас. Можем ли мы освободиться от него?

Psychologies
Лучше гор могут быть Лучше гор могут быть

На этих зимних курортах вы отлично проведете время

Glamour
Папа может Папа может

Как превратить основной инстинкт в бизнес

GQ
Honda Pilot Honda Pilot

Десять квадратных метров внутреннего пространства

АвтоМир
Ягуары Ягуары

Неуловимые хищники уже давно стали символом Северной и Южной Америки

National Geographic
Рио Рита Рио Рита

После двух лет молчания Рита Ора выпускает альбом

Vogue
Ритуальные танцы Ритуальные танцы

Чтобы облегчить переход на новый уровень, мы используем ритуалы

Psychologies
Мы можем переписать воспоминания Мы можем переписать воспоминания

После травмы некоторые образы, как кадры киноленты, неожиданно всплывают в памяти, причиняя нам боль. Как возникает это явление и можно ли с ним бороться, рассказывает невролог Лионель Наккаш.

Psychologies
Астрологический прогноз на новый год Астрологический прогноз на новый год

Лунный календарь на 2018 год и транзиты планет

Yoga Journal
Я соперничаю с женщинами Я соперничаю с женщинами

Если речь не о любовном треугольнике, казалось бы, зачем нам вступать в борьбу

Psychologies
Майкл Дуглас и Кэтрин Зета-Джонс. Проверка на прочность Майкл Дуглас и Кэтрин Зета-Джонс. Проверка на прочность

Ни одной звезде не приходило в голову столь откровенно делиться своими секретами

Караван историй
Лидия Сейфуллина Лидия Сейфуллина

Лидия Сейфуллина глазами Дмитрия Быкова

Дилетант
Острова-сокровища Острова-сокровища

Поездка в Индонезию

Cosmopolitan
Высокие отношения Высокие отношения

Где кататься зимой?

Добрые советы
Под крышей дома своего Под крышей дома своего

Старинный дом Клаудии Шиффер и Мэтью Вона в сельской Англии

Vogue
Открыть в приложении