Ирина Безрукова: «Я в полной мере прочувствовала, что Москва слезам не верит»

GALA БиографияЗнаменитости

Интервью месяца / Ирина Безрукова

«Хочу чувствовать себя свободной»

Глядя на Ирину Безрукову – красивую, элегантную, улыбчивую, – кажется, что более благополучную женщину найти трудно. На ее счету более двадцати фильмов, работа в известных театрах и на телевидении. И представить невозможно, что жизнь предложила Ирине испытания, которые выдержит не каждый. Она выдержала.

Беседовала Елена Владимирова

О потере единственного сына и разводе со своим знаменитым мужем Ирина предпочитает молчать. Но с удовольствием рассказывает о своем родном городе, Ростове-на-Дону, и о своей любимой работе.

– Ирина, до замужества у вас была несколько необычная фамилия – Бахтура. Каково ее происхождение?

– Это украинская фамилия. У меня и папа, и мама украинцы. Родилась я в Ростове-на-Дону. Папа был талантливым музыкантом. Он играл на гобое. Ему предлагали работу в симфонических оркестрах Москвы, Нижнего Новгорода и Ростова-на-Дону. Он выбрал Ростов-на-Дону. Там мама училась в медицинском институте. Они познакомились, поженились, потом появилась я, а через год и 2 месяца моя сестра Ольга. Я с детства чувствовала свою ответственность, потому что мне постоянно говорили, что я, как старшая, должна помогать сестре, показывать ей пример. Однажды лет в пять-шесть я взбунтовалась и сказала: «В прошлом году я была уже старшей. Хватит». Мне было обидно, что ей все сходит с рук, а я за все должна отвечать.

Свадьба родителей, Людмилы Ивановны и Владимира Трофимовича Бахтуры.

Папа рано начал приобщать меня к музыке. В четыре года я уже знала нотную грамоту. Папа сделал мне маленький детский альбомчик, и я уже учила нотки. А когда мне было шесть лет, меня отдали в музыкальную школу. Я хотела играть на пианино, но у меня была узкая ручка, и я не могла взять аккорд. И папа решил, что мне надо играть на скрипке. Он говорил, что пианистом быть просто – нажимай на нужные клавиши и все, а вот чтобы играть на скрипке, нужен абсолютный слух. Он считал, что он у меня есть. Так ли это – не знаю. Но папа был уверен твердо. Не могу сказать, что я училась с большим удовольствием. Каждый день надо было играть по два часа, а когда на улице солнце и все гуляют во дворе, не очень-то хочется разучивать какие-то упражнения. Хочется-то совсем другого – выбежать на залитую солнцем улицу и бегать, прыгать, играть с ребятами в мяч. Но четыре года я все-таки выдержала. Папа меня хвалил: «Ирочка такая умница, такая ответственная».

Ирине 5 лет. «Я очень сильно любила обоих родителей и переживала, чувствуя, что у них что-то не ладится, – рассказывала Ирина. – Разошлись мама с папой, когда я училась в первом классе».

– Но, кроме чувства ответственности, чем еще вам запомнилось детство?

– Каждое лето мы с сестрой отправлялись в деревню, где жила мамина мама. Бабушка была деревенская. Ходила в платочке, говорила часть слов по-русски, а часть по-украински. У нее был дом, хозяйство, огород, кролики, уточки, цыплятки, росли крыжовник, красная и черная смородина. Конечно, как городская девочка, я не могла вскопать огород, но помочь чем-то бабушке было мне по силам. К примеру, мы с ней вместе готовили очень вкусные пироги с маком, который она выращивала.

Анна Дмитриевна Ступакова, бабушка Ирины Безруковой, вырастившая и воспитавшая ее.

Помню бабушкину козочку по имени Звездочка. Она была невероятно красивая, чистенькая, белоснежная. У нее были два маленьких козленка. Мы с сестрой кормили их из соски. Со Звездочкой я очень дружила. Я ее пасла и доила. А она ходила за мной как послушная, верная собачка. Когда я шла на реку – там была небольшая узкая река и пруд, – брала с собой книжку, покрывало, чтобы загорать на нем, купальник и полотенце. Под деревом расстилала покрывало, купалась, читала, а козочка паслась рядом со мной. Потом мы вместе возвращались домой. От жизни в деревне я получала огромное удовольствие. Там была вольница. Но лето быстро пролетало, и мы вновь оказывались в городе. Жили мы трудно. Папа и мама очень много работали. Маме из-за нас с сестрой не удалось окончить институт. Чтобы заработать, она трудилась на нескольких работах – фельдшером, фармацевтом, операционной сестрой. Кажется, она умела все: великолепно готовила, прекрасно шила, вязала, запросто могла ремонт в квартире сделать – покрасить окна, обои поклеить… В день рождения накрывала стол, делала какие-то салаты, пекла торт. К тому же была красавицей с зелеными глазами. Папа тоже трудился в нескольких местах. Если не был занят в симфоническом оркестре, играл в театре музыкальной комедии, а ночами переписывал клавиры. У него были чернила и чернильница. А мама, когда могла, ночью дежурила в аптеке. Они вступили в жилищный кооператив, и надо было выплачивать деньги, вот они и работали не переставая. Мы с сестрой были либо в садике, либо с мамой в аптеке, либо с папой в театре. Никаких нянь не было. Можно сказать, я росла в театре, где все весело танцевали и пели. К сожалению, когда я училась в первом классе, родители расстались. У папы появилась слабость к алкоголю. А когда он выпивал, становился агрессивным. Трезвый он был одним человеком, а выпивший – другим. Мама пыталась с этим бороться, но у нее уже было мало сил, и они расстались. Папа уехал в свой родной город – Артемовск.

Людмила Ивановна с дочерьми. «Не знаю, как мама все успевала и спала ли она вообще, – вспоминает Ирина. – Бывало, проснусь ночью, смотрю, а мама шьет нам новый наряд».

– Он вам с мамой помогал?

– Нерегулярно. У него не всегда была работа. В Артемовске не было такого количества театров, как в Ростове.

– А зачем же он уехал из Ростова?

– У меня нет ответа. Я не знаю. А мама заболела и заболела очень серьезно. Болела долго и тяжело. Дома я часто слышала непонятные мне слова: «опухоль доброкачественная», «злокачественная». Она больше лежала. У нее оказался рак мозга. Мама была медиком и прекрасно понимала, насколько это серьезно. Ей сделали операцию, и она смогла вернуться к работе. Но потом ей стало хуже. Сделали вторую операцию. Не помогло. Когда мне было 11 лет, мамы не стало. Это самый страшный кошмар моего детства. Вот сестра как-то легче справилась с горем, но она по психофизике совсем другая – более земная, что ли, активная, смелая, всегда крепко стояла на ногах. А я была нежным домашним ребенком – романтичная, погруженная в мир книг. Все окружающие боялись, что со мной случится что-то непоправимое. Я вообще отказывалась принимать то событие, даже в комнату, где стоял гроб, не могла входить, только твердила: «Этого не может быть…» И если раньше, как и всякий ребенок, могла расплакаться по любому пустяку, то тут меня словно заклинило – ни слезинки. Совсем. И как ни уговаривали все вокруг: «Поплачь, девочка, нужно выплакаться», я не могла. Это был шок, и длился он очень долго. Бабушка говорила: «Запеклась от горя…» А мне было невыносимо страшно жить без мамы. Она являлась для меня всем – огромным, необъятным, волшебным миром. Нас стала воспитывать бабушка, Анна Дмитриевна Ступакова. Та самая, у которой мы так прекрасно проводили лето. Когда мама слегла, она продала свой дом и живность, оставила только маленький флигель с печкой и переехала к нам. Родственники предлагали отдать нас в детский дом. Они говорили: «Ты не справишься, а там они будут накормленные, напоенные», – но бабушка наотрез отказалась. Конечно, ей не нравилось жить в городе, она же была деревенским человеком, с рождения жила на земле. И любила все это. Ей хотелось вернуться обратно, но она понимала, что нам с сестрой лучше жить в большом городе. Но летом мы по-прежнему ездили в деревню. Покупали козу. Все лето пили молоко, а его излишки продавали. Перед отъездом козу тоже продавали.

«Бабушка наотрез отказалась отдать нас с сестрой в детский дом, – говорит Ирина. – Согласитесь, тяжкая ноша – одной растить двух девочек. Но бабушка ни разу не посетовала, не пожаловалась на судьбу».

– Выходит, у вас было не очень-то богатое детство.

– Конечно. Мы с бабушкой ездили только в сидячем плацкартном вагоне. Платья я шила себе сама. Но не могу сказать, что мы жили в нищете. Самое необходимое у нас было. Родня нас очень любила, какую-то одежду дарили. Соседки по дому тоже помогали. Что-то перешивалось. У нас была скромная жизнь, но в ней существовало много радостей. В школе у нас были занятия по труду. Мальчики делали табуретки, выпиливали лобзиком, а девочки учились шить и готовить. Я научилась печь печенье, шарлотку, омлеты. И когда к нам приходили гости, на столе появлялся большой чайник, и мы пили чай с печеньем, которое я пекла сама. Подружкам у нас нравилось.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Один дома Один дома

Интервью с лидером группировки «Ленинград»

Esquire
Надежда русского футбола Надежда русского футбола

Надя Карпова — умница, красавица и наш форвард на женском евро 2017

Tatler
Человек из Кемерова Человек из Кемерова

Андрей Панин: «Здравствуйте, меня зовут Андрей... Но я и на Ивана откликаюсь»

GALA Биография
Человек играющий Человек играющий

Сэр Пол Смит уверяет, что чувство юмора и самоирония помогают ему в работе

The Rake
«Мой дом называют клиникой неврозов» «Мой дом называют клиникой неврозов»

Для актрисы Марии Ароновой нет ничего невозможного

OK!
Анализ крови на ВИЧ, сифилис, гепатиты В и С Анализ крови на ВИЧ, сифилис, гепатиты В и С

Данные инфекции могут оказать большое негативное влияние на развитие плода

9 месяцев
Нас всех водят за нос Нас всех водят за нос

Каждый человек уязвим и может стать жертвой манипуляций

Psychologies
“У меня есть лучший друг. Это я сам” “У меня есть лучший друг. Это я сам”

Светлана Кривцова уверена: всегда есть тот, кто меня не бросит, и это – я сам

Psychologies
Мы исполняем только те песни, которые хотим исполнить Мы исполняем только те песни, которые хотим исполнить

Бессменный фронтмен Depeche Mode Дейв Гаан о том, кто в группе поет хуже всех

Playboy
Возвышение Возвышение

Кто сможет заменить человечество?

Мир Фантастики
Kia Picanto Kia Picanto

Хорош собой, доступен, преисполнен простого, но настоящего корейского качества

АвтоМир
Женщина в погонах Женщина в погонах

Узнай, как девушке поступить в высшее военно-учебное заведение

Лиза
Mazda3 Mazda3

На вторичном рынке решает не облик, а надежность и неприхотливость конструкции

АвтоМир
Шила я платье Шила я платье

Яна Рудковская готовит себе платье мечты к венчанию

Vogue
Как обрести гармонию: 6 японских ритуалов Как обрести гармонию: 6 японских ритуалов

Хотите очистить разум, снизить уровень стресса и обрести состояние покоя? Присмотритесь к традиционным ритуалам японской культуры, которая превыше всего ставит внутреннюю гармонию.

Psychologies
Про любовь Про любовь

Как небольшая мастерская превратилась в крупную промышленную компанию

AD
5 причин (не) любить молодых 5 причин (не) любить молодых

Какие (скрытые) достоинства есть у молодых?

Psychologies
Nissan Qashqai Nissan Qashqai

Qashqai первого поколения подкупает комфортом, универсальностью, умеренной ценой

АвтоМир
Чужой. Завет Чужой. Завет

Алан Дин Фостер пытается объяснить все логические нестыковки фильма

Playboy
«Любимые» грабли «Любимые» грабли

Почему-то мы не учимся на своем печальном опыте

Лиза
Виртуальный кайф Виртуальный кайф

Что происходит за кулисами многомиллиардной VR-индустрии, производящей порно

Playboy
Audi A4 Audi A4

Единодушия мнений по Audi A4 четвертого поколения (индекс В8) в сети не ищите

АвтоМир
Молодежь заплатит за всех Молодежь заплатит за всех

Примут ли страховщики новый порядок расчета стоимости ОСАГО

АвтоМир
Режиссер — София Коппола Режиссер — София Коппола

Что делает ее фильмы столь магически притягательными

Numéro
Как перестать кричать на детей Как перестать кричать на детей

Пошаговые рекомендации психолога Екатерины Сигитовой

Домашний Очаг
Ford Mondeo Ford Mondeo

Mondeo – автомобиль вполне перспективный даже в обилии различных его модификаций

АвтоМир
Пугачевский бунт Пугачевский бунт

Александра Толстая об отношениях с Сергеем Пугачевым

L’Officiel
Нарушая правила Нарушая правила

Шакира о любви, браке и уверенности в себе

Cosmopolitan
9 привычек, чтобы сохранить молодость кожи 9 привычек, чтобы сохранить молодость кожи

Как избежать морщин и темных кругов под глазами, изменения овала лица? Словом, как дольше выглядеть молодой? Этот вопрос волнует многих женщин. Ответом делится глава косметической компании Clarins, один из лучших специалистов в своей области доктор Оливье Куртен-Кларанс.

Psychologies
Кузнецова своего счастья Кузнецова своего счастья

Знаменитая теннисистка — о конкуренции вне корта, допинг-контроле и мопеде

Русский репортер
Открыть в приложении