Атомная блондинка

Анастасия Калманович рассказала свою историю беспокойных 1990-х

EsquireЗнаменитости

Атомная блондинка

В 16 лет Анастасия Калманович похоронила отца, в 19 – перегоняла машины через границу, в 20 – переехала в Москву, а в 28 – продюсировала многообещающую певицу Земфиру. Для этого номера она рассказала Роману Суперу свою историю беспокойных 1990-х.

Записал Роман Супер

Смокинг и брюки Calvin Klein, нижнее белье Calvin Klein Underwear; серьги и браслеты Cartier Juste un Clou; подвески здесь и далее собственность Анастасии

Эта история должна начаться с убийства.

Второго ноября 2009 года при съезде с Нового Арбата на Краснопресненскую и Смоленскую набережные автомобиль «Лада Приора» поравнялся с черным «мерседесом» S500. Из приоткрытого окна «Лады» неизвестный высунул пушку и изрешетил иномарку. На переднем пассажирском сиденье «мерседеса» сидел известный бизнесмен, близкий друг депутатов Госдумы, воров в законе и звезд шоу-бизнеса, влиятельный мафиози Шабтай Калманович. Той же ночью из его тела извлекли не меньше 20 пуль. В СМИ потом напишут, что у бизнесмена было примерно столько же причин быть убитым. Шабтая Генриховича было за что не любить. Но влюбиться в него было очень просто.

Шестнадцатью годами ранее сорокапятилетний Калманович в синем кримпленовом костюме и коричневых шелковых носках сидел на кожаном диване и обнимал сразу двух молоденьких блондинок. Диван этот стоял в офисе у его дражайшего друга – «спортивного функционера» Отари Витальевича Квантришвили (его обвиняли в разбоях, рэкете и изнасилованиях, в 1994 году он был убит тремя выстрелами из снайперской винтовки). Помощницей Квантришвили в ту пору работала двадцатилетняя девушка Настя, недавно переехавшая в Москву из Прибалтики. Настя смотрела на мужика с двумя дрессированными женщинами под мышками и думала про себя: «Господи, это какая-то карикатура из журнала «Крокодил», а не человек». В том же году Настя соберет вещи и переедет жить к Калмановичу. Еще через пять лет сама станет Калманович и родит ему дочь Даниэллу. Никогда не говори «никогда». Хотя здесь уместнее было бы сказать так:

За годы совместной жизни Настя узнает многое о человеке в шелковых носках. Родился в послевоенной Литве в еврейской семье, дома говорил на идише; его отец был директором завода резиновых изделий, а дед – раввином; в юности Шабтай несанкционированно влюбился в жену местного мясника и, спасаясь от гнева ее супруга, уехал учиться в Ленинград; в Ленинграде был завербован КГБ; в Израиль репатриировался уже «нашим человеком в Иерусалиме»; на земле обетованной был обвинен в военно-промышленном шпионаже в пользу СССР и отправлен в тюрьму; через пять с половиной лет под давлением чуть ли не Горбачева и Руцкого был освобожден и выслан в Россию, где его ждали безграничные бизнес-возможности, которые 2 ноября 2009 года, вероятно, и станут причиной двадцати выстрелов в упор. А еще он встретит Настю.

Пальто и брюки Fendi; ремень Gucci; туфли Prada

«Свадьба проходила в гостинице «Балчуг». Весь бомонд тогда собрался. Я была беременная, в таком положении порядочные дамы в свет уже не выходят. Гуляли два дня. Алла Борисовна с Филиппом Бедросовичем были почетными гостями. Во время этого брачного торжества от Пугачевой я получила погоняло «наследница». Бедная Настя тогда, конечно, не догадывалась, что именно она унаследует от этого брака.

В июле 2000 года Калмановичу делают сложную операцию на сердце. А уже через неделю у бизнесмена случается заворот кишок. Ему становится все хуже. Жена впадает в транс, бегает по кабинетам врачей и умоляет спасти мужа. Она сутками держит Калмановича за руку и умоляет жить: «Врачи сказали, что у него жесточайшая непроходимость, его надо срочно увозить, и пока не начнутся естественные физиологические процессы, говорить о каком-то восстановлении нельзя. Но как увозить? Он без сознания. Я звоню в Москву всем влиятельным людям из мединдустрии, которых только знаю, но слышу ото всех: «Ты кто такая?» Через какое-то время совершенно случайно мне звонит Миша Козырев, и я начинаю объяснять, рыдая, что Шабс умирает. Миша делает так, что через несколько часов за нами прилетает специальный самолет с реанимацией на борту». Так Калманович практически без признаков жизни оказался в родном Склифе: дома и стены помогают. Все, что происходило потом, легко может представить себе любой человек, лежавший в этой больнице. Бизнесмена доставили в палату в воскресенье: один дежурный врач на этаж, склад с лекарствами откроется только в понедельник, никакого лечения нет, губы Калмановича тем временем синеют. Жена снова носится по кабинетам, хватает за руку мужа и звонит Козыреву: «Миша, б***, тут все закрыто, нужны лекарства!» И Козырев их привозит.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

1995 год 1995 год

Пока страна встречает Новый год, на улицах Грозного происходят перестрелки

Esquire
Много ли вы пьете: 7 вопросов, которые стоит задать себе прямо сейчас Много ли вы пьете: 7 вопросов, которые стоит задать себе прямо сейчас

Многие из тех, у кого есть настоящие проблемы с алкоголем, не знают об этом

Популярная механика
Владислав Листьев Владислав Листьев

Правила жизни телеведущего и журналиста Владислава Листьева

Esquire
На пути к капсульному жилью На пути к капсульному жилью

На российском рынке жилья формируется новый сегмент малогабаритных квартир

Эксперт
Дети декабря Дети декабря

Декабристы — безумцы, герои, предатели или лучшие сыны нации?

Дилетант
Выдохни: отдых между упражнениями Выдохни: отдых между упражнениями

Нужен ли отдых между упражнениями и подходами?

Cosmopolitan
1999 год 1999 год

Девяностые – странные и жестокие – закончились навсегда

Esquire
Как полюбить спорт: 9 правил от спортсменов Как полюбить спорт: 9 правил от спортсменов

Как научиться находить внутреннюю силу — не только в спорте

Esquire
Гарик Сукачев Гарик Сукачев

Правила жизни Гарика Сукачева

Esquire
Бизнес по-соседски Бизнес по-соседски

Устойчивое развитие в России — веяние относительно новое

Эксперт
Андрей Лысиков (Дельфин) Андрей Лысиков (Дельфин)

Правила жизни Дельфина

Esquire
Фильм «1917» – это кино, которое вы не хотите увидеть Фильм «1917» – это кино, которое вы не хотите увидеть

Крысы, лес колючей проволоки, трупы, трупы, трупы

GQ
Эдди Мерфи Эдди Мерфи

Правила жизни актера Эдди Мерфи

Esquire
Как я живу с 30% зрения: рассказ девушки, почти ослепшей из-за простуды Как я живу с 30% зрения: рассказ девушки, почти ослепшей из-за простуды

Каково это - жить, когда видишь только половиной левого глаза

Cosmopolitan
В горе и в радости В горе и в радости

Одна из долин в итальянских Альпах принадлежит религиозной общине

Esquire
Филипп Генс подобрал «Код Безопасности» Филипп Генс подобрал «Код Безопасности»

Совладелец крупнейшей российской ИТ-группы выходит на рынок киберзащиты

РБК
Лайк и репост: вместо тысячи слов Лайк и репост: вместо тысячи слов

Что нас побуждает ставить лайки и делать репосты и как развивается зависимость

Naked Science
Грозная мать Грозная мать

Елена Глинская — мать Ивана IV — по грозности не уступала знаменитому сыну

Дилетант
Большая бухарская палатка Большая бухарская палатка

Палатка, подаренная императору Александру III эмиром Бухары Абдулахад-ханом

Дилетант
Рома Зверь Рома Зверь

Правила жизни Ромы Зверя

Esquire
Царь Иоанн Грозный показывает свои сокровища английскому послу Горсею Царь Иоанн Грозный показывает свои сокровища английскому послу Горсею

Картина Александра Литовченко изображает богатство русского царя Ивана Грозного

Дилетант
Покрас Лампас — о вандализме, визионерстве и любимой музыке Покрас Лампас — о вандализме, визионерстве и любимой музыке

Покрас Лампас рассказал о ценах на свои работы и спросе на каллиграфутуризм

РБК
Подделай сам Подделай сам

Как мокьюментари смеялся над жизнью, а жизнь посмеялась над мокьюментари

Weekend
Федор Бондарчук — о новом российском кино, технике и Александре Петрове Федор Бондарчук — о новом российском кино, технике и Александре Петрове

Каким было уходящее десятилетие и чего не хватает в российском кино?

РБК
«Я феминистка, но платить будешь ты»: о гендерных ожиданиях и реальности «Я феминистка, но платить будешь ты»: о гендерных ожиданиях и реальности

Формула «феминистки запрещают» уже стала классикой антифеминистической риторики

Psychologies
С большей пользой! С большей пользой!

Как готовить еду, чтобы в ней сохранилось всё полезное

Худеем правильно
«Шесть дней мы жили в изоляции». Монолог российской студентки, пережившей протестные акции в Иране «Шесть дней мы жили в изоляции». Монолог российской студентки, пережившей протестные акции в Иране

Как выглядели иранские протесты изнутри

СНОБ
Аутфит по-домашнему: как выбрать домашнюю одежду Аутфит по-домашнему: как выбрать домашнюю одежду

В чем ходить дома, чтобы выглядеть круто и чувствовать себя комфортно?

Cosmopolitan
16 «невинных фраз», которыми можно обидеть девушку (пора от них избавиться) 16 «невинных фраз», которыми можно обидеть девушку (пора от них избавиться)

Просто вычеркни эти фразы из своего обихода.

Playboy
Екатерина Решетникова: «Стыдно за то, что бываю несдержанной» Екатерина Решетникова: «Стыдно за то, что бываю несдержанной»

Хореограф шоу «Танцы» на ТНТ о сестре-близнеце и звонке Владимира Путина

StarHit
Открыть в приложении