Большой эксклюзив ELLE — волшебная история Бориса Акунина

ElleКультура

Три феи: английская сказка

Сказка Бориса Акунина

Ах, если б у тетушки Бетти Рождались нормальные дети, И не тысяча в год, А хотя бы пятьсот. То-то славно жилось бы на свете!

В стародавние времена, когда Англия состояла из множества маленьких стран, в одной из них, самой славной и богатой, ожидалось радостное событие. В королевском семействе должен был появиться первенец. Живот ее величества день ото дня становился все больше и наконец сделался столь велик, что все заговорили: родится богатырь, новый Ланселот или Артур, и наконец объединит Британию в единую державу.

Желая будущему ребенку счастливой судьбы, отец с матерью призвали трех великих фей — Формозу, Сапиенцию и Беневолису. Они ведали всякая своим благом. Формоза одаряла красотой, Сапиенция умом, а Беневолиса добротой. При этом фея красоты была неописуемо уродлива, фея ума донельзя глупа, а фея добра злыдня злыдней, но лишь потому, что они были очень честные феи. Из дара, которым владела каждая, они ничего не оставляли себе, а все до капельки передавали своим избранникам. За это люди относились к волшебницам с глубочайшим почтением.

И вот, в час, когда королева готовилась разрешиться от бремени, три феи сели у порога августейшей опочивальни, чтобы облагодетельствовать новорожденного. У Формозы в руке было прекрасное павлинье перо, у Сапиенции серое перо мудрой совы, а у Беневолисы белое перышко ангела. Из-за двери неслись крики роженицы, а кудесницы шепотом спорили, какая из них первая осенит августейшего младенца своим невесомым прикосновением. Больше всех горячилась злющая фея доброты. «Чтоб вам повылазило! — шипела она, — моя доброта важнее ваших красоты и ума!» Остальные с ней не соглашались.

В конце концов порешили кинуть жребий, но не успели, потому что раздался детский писк. И во второй раз. А потом еще в третий.

Свершилось!

Вышла королевская повитуха. Вид у нее был растерянный, и феи спросили, здоров ли принц.

«Это не принц», — ответила повитуха.

«Принцесса?»

«Три принцессы... Ее величество родила тройню».

Волшебницы вошли и увидели трех сморщенных ревущих младенцев. Тогда фея ума, будучи дурой, воскликнула: «Сама судьба разрешит наш спор, что важнее: доброта, ум или красота! Пусть каждая выберет себе одну девочку, и мы посмотрим, какая из них проживет свою жизнь лучше».

Так и сделали. Формоза коснулась носика одной малютки павлиньим пером — и морщины разгладились, личико будто засияло. Беневолиса щекотнула ротик второй ангельским перышком — и девочка перестала плакать, губки раздвинулись в ласковой улыбке. Сапиенция погладила третью совиным пером по лбу. Принцесса тоже умолкла и подмигнула маленьким ясным глазом.

«Поглядим-поглядим», — прошептала Беневолиса. «Тут и глядеть нечего, моя возьмет», — пожала плечами Сапиенция. А Формоза лишь снисходительно усмехнулась.

***

Принцессы-тройняшки росли совсем непохожие одна на другую, будто и не сестры.

Беата была златокудрая, прелестная, глаз не отвести, но с пустой головой и пустым сердцем. С утра до вечера смеялась хрустальным смехом, а плакать не умела, потому что не ведала ни жалости, ни печали.

София была тускловолоса, крючконоса и щекаста, словно сова. Она блистала умом, острым, словно каленая стрела, и столь же больно разившим всякого, кто вызвал неудовольствие принцессы, а угодить ей было непросто.

Корделию любили за душевную щедрость, но жалели за густые рыжие конопушки, а слуги, кто без совести, охотно пользовались ее простодушием для своей корысти.

Королева-мать, женщина чувствительная, очень расстраивалась, что принцессы, каждая по-своему, в чем-то нехороши: одна пуста, другая злосердечна, третья мало что дурнушка, так еще и дурочка. Но король-отец был человек мудрый. Он радовался красоте светловолосой дочки, уму черноволосой и доброте рыжеволосой. С первой он любил танцевать на балах, со второй вести беседы, с третьей отдыхал душой. А супруге говорил: «Беате мы приищем выгодного мужа, который будет нашему королевству верным союзником. София сама себе выберет хорошего жениха и окрутит его вокруг пальца. Корделия же останется старой девой, и это прекрасно — будет тешить нашу старость».

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Литературный треугольник Литературный треугольник

Отношения писателя, читателя и критика можно изобразить в виде треугольника

Elle
Как Чаушеску однажды чуть не разбился на самолете под Москвой Как Чаушеску однажды чуть не разбился на самолете под Москвой

Случилось это возле аэропорта Внуково…

Maxim
Типток Типток

Зачем делить людей на типы, если вы не хостес ресторана «Большой»

Tatler
Скромный памятник Колумбу Скромный памятник Колумбу

Анна Толстова о судьбе Ильи Остроухова, оставшегося в тени

Weekend
«Искусство не терпит трафаретов» «Искусство не терпит трафаретов»

История жизни Ильи Репина в его картинах

Культура.РФ
Правила жизни Дэнни Де Вито Правила жизни Дэнни Де Вито

Правила жизни актера Дэнни Де Вито

Esquire
SK∞TERS SK∞TERS

Скейтер — это как знак зодиака или синдром: тоже 24/7, только full-time круто

Elle
Новая домашняя подъемная машина Новая домашняя подъемная машина

Наши города и здания часто напоминают полосу препятствий

Наука и жизнь
Круглая жизнь Круглая жизнь

Что дала миру «Рабыня Изаура»

Огонёк
Первый рыцарь. Памяти Шона Коннери Первый рыцарь. Памяти Шона Коннери

Егор Москвитин вспоминает, какими были фильмы самого мужественного человека

Esquire
Джона Хилл: «Я буду делать то, что мне нравится» Джона Хилл: «Я буду делать то, что мне нравится»

Джонна Хилл — как принять себя и почему парням сложнее развить чувство стиля

GQ
«Далеко не всегда тайм-менеджмент и йога помогают от выгорания» «Далеко не всегда тайм-менеджмент и йога помогают от выгорания»

Психолог объясняет, почему выгорание стало таким распространенным

Reminder
«Копирование — это не кража, а трансформация»: Уиллем Дефо — о своем провальном старте и новом фильме «Сибирь» «Копирование — это не кража, а трансформация»: Уиллем Дефо — о своем провальном старте и новом фильме «Сибирь»

Уиллем Дефо о том, почему увольнение может быть радостным событием

Forbes
Оглянись с любовью. К 60-летию Олега Меньшикова Оглянись с любовью. К 60-летию Олега Меньшикова

Блистательная и драматичная судьба Олега Меньшикова

СНОБ
«Лично я — очень зависимый человек» «Лично я — очень зависимый человек»

У Юлии Пересильд необыкновенная энергетика

OK!
Белка опьянела, наевшись перебродивших груш: видео Белка опьянела, наевшись перебродивших груш: видео

История белки, которая случайно поела перебродивших груш

National Geographic
Как пробежать марафон. Инструкция Как пробежать марафон. Инструкция

Бывший спецназовец рассказывает, что делать, если вы захотели пробежать марафон

РБК
9 актеров, у которых есть реквизит из знаменитых фильмов 9 актеров, у которых есть реквизит из знаменитых фильмов

Как говорится, мелочь, а потом можно продать за кучу денег!

Maxim
Нет неизвестных солдат Нет неизвестных солдат

Как вернуть из безвестности реальные имена

Огонёк
5 непростых историй: дочери знаменитостей с серьезными проблемами с наркотиками 5 непростых историй: дочери знаменитостей с серьезными проблемами с наркотиками

5 историй о наследницах известных фамилий, которые оказались на грани пропасти

Cosmopolitan
«Родовое поместье» барсука «Родовое поместье» барсука

Барсуки «передают» свои жилища из поколения в поколение.

National Geographic
Пора ли разочаровываться в выборах в США Пора ли разочаровываться в выборах в США

Раскол в обществе — это то, с чем может столкнуться не только Белоруссия

СНОБ
Интервью с художественным руководителем ЦИМа Дмитрием Волкостреловым Интервью с художественным руководителем ЦИМа Дмитрием Волкостреловым

Дмитрий Волкострелов — о феномене большой русской литературы

СНОБ
Лига чемпионов асов Второй мировой — кто сбивал больше всех Лига чемпионов асов Второй мировой — кто сбивал больше всех

Главные бомбардиры своих стран

Maxim
Наука требует жертв Наука требует жертв

Десятеро ученых и изобретателей, погибших при экспериментах

Популярная механика
“У больничного клоуна не бывает выходных” “У больничного клоуна не бывает выходных”

Константин Седов однажды поменял свою судьбу и стал больничным клоуном

Psychologies
Как сложилась личная жизнь выпускницы «Фабрики звезд» Юлии Михальчик? Как сложилась личная жизнь выпускницы «Фабрики звезд» Юлии Михальчик?

История личной жизни и карьеры Юлии Михальчик

Cosmopolitan
Портрет писателя с котиком Портрет писателя с котиком

Домашние животные, помогавшие писателям писать

Weekend
Почему черные дыры — самые страшные объекты во Вселенной Почему черные дыры — самые страшные объекты во Вселенной

В черных дырах нарушаются законы физики, но это не самое страшное

Популярная механика
«Нельзя лишить права на культуру военными методами» «Нельзя лишить права на культуру военными методами»

Археолог Гамлет Петросян — об уникальных раскопках в античном Тигранакерте

Огонёк
Открыть в приложении