Никита Калмыков о фаст-фешене, старинных кружевах и объемах продаж

СНОБДизайн

Дизайнер Никита Калмыков — про свой бренд ODOR, реализм и вдохновение — интервью на «Снобе»

«Сноб» продолжает разговоры о моде с русскими дизайнерами и владельцами модных брендов. Герой новой серии проекта — Никита Калмыков. Колумнист «Сноба» Анна Ендриховская встретилась с основателем бренда ODOR, чтобы обсудить фаст-фешен, старинные кружева, бренд Ulyana Sergeenko, объемы продаж и идолопоклонничество.

Анна Ендриховская и Никита Калмыков
Анна Ендриховская и Никита Калмыков. Фото здесь и далее: Мария Хавторина

Анна Ендриховская, профессиональный консьерж, отельер, директор по продукту MOSS Hospitality, колумнист «Сноба»: Никита, когда тебе приходится о себе говорить, что ты обычно рассказываешь?

Никита Калмыков, дизайнер, основатель бренда ODOR: Ох, не знаю, прямо сложный вопрос (смеется.). Когда мне приходится о себе рассказывать, говорю просто: «Я — Никита, дизайнер одежды».

Ендриховская: О! Какую одежду ты делаешь, Никита?

Калмыков: Делаю свой бренд ODOR и еще работаю на другие бренды в качестве креативного дизайнера.

Ендриховская: Расскажи об этом.

Калмыков: Я работаю на Ульяну Сергеенко и веду направление «Резорт» ее бренда. Резорт — это одежда для отдыха, развлечений, круизов, летние и зимние капсулы. А для своего бренда ODOR делаю мужскую и женскую одежду. Ну, на самом деле я ее не разделяю, естественно, на «мужскую» и «женскую», эта одежда для всех. Для ODOR я работаю с винтажными и антикварными материалами, тканями, фурнитурой, даю им новую жизнь.

Ендриховская: Невероятно круто, что ты это делаешь. Я когда готовилась к нашей встрече, почувствовала, как у меня просто сердце вспыхнуло от того, что я прочитала о твоей технике. Как ты пришел к концепции бренда ODOR? Как ты начал это делать?

Калмыков: Когда учился, делал периодически какие-то коллекции, смотрел, что делают другие. И я понимал, уже спустя шесть лет обучения, что происходит некий кризис жанра, накапливается общая усталость, что все у всех повторяется, и мне всегда было интересно найти что-то свое, уникальное. Именно в тот момент я как раз увидел у своей бабушки винтажные кружева ришелье, которые меня просто поразили своей красотой. Это были потрясающие ткани, которых я до того вживую не видел, не видел их примененными в моде. И поэтому мне захотелось как раз таки из них делать одежду. Мне показалось: почему они должны лежать в шкафу? Да, это наследство, это фамильные ценности, но будет классно, если они найдут себе применение, обретут новую жизнь. Я достаточно быстро сшил свою первую коллекцию и показал ее на Неделе моды в Тбилиси в 2018 году.

Ендриховская: А ты тогда где жил?

Калмыков: Сразу после учебы я поработал в нескольких компаниях в Москве, а потом стажировался в Берлине полгода. В Берлине я сделал одну из коллекций, она тоже была из остатков тканей, из каких-то стоков. Мы сделали большую съемку, ездили в Израиль и снимали эту коллекцию в нескольких локациях на пленку, был классный фотограф. После началась история с кружевами, я оперативно в таком каком-то просто дурмане сделал коллекцию из двадцати вещей. И после Недели моды в Тбилиси нас заметили здесь, в Москве, журналист и редактор Катя Федорова меня познакомила с изданием Blueprint. Обо мне написали большую статью, и все началось.

Ендриховская: А где ты, говоришь, учился эти шесть лет?

Калмыков: В Текстильном университете имени Косыгина, здесь в Москве.

Ендриховская: Понятно, а в Берлине как оказался?

Калмыков: Знаешь, есть такой сайт — Fashion United, там выкладывают вакансии, интернатуры и так далее. И я просто всем-всем-всем отправлял резюме, даже в Индию, в Пакистан, не знаю, на какие-то мелкие и крупные фабрики. Несколько человек откликнулись, и я сам выбрал Берлин. Это было частное ателье, в нем было интересно поработать. Они до меня просто шили одежду без каких-то концепций, без коллекций, и вот решили поработать с дизайнером. Я приехал, мы делали спортивную линейку для частной школы пилатеса в Лондоне, к нам приезжали ее представители. Или еще мы тогда делали костюмы для рекламы берлинского телекома, сами ездили на кинофабрику в Берлине.

Ендриховская: Интересно было бы посмотреть!

Калмыков: Для меня самым интересным было всю эту одежду шить самому, своими руками. То есть это не просто был какой-то дизайнерский надзор, это настоящее личное участие.

Ендриховская: Такой юный дизайнер из России… Как тебя принимали? Я понимаю, что это были еще годы положительной практики, но тем не менее, как тебя встречали, зная, что ты из России?

Калмыков: Встречали абсолютно положительно! Меня тогда поразил Берлин, насколько все дружные, насколько мультикультурный город, и все занимаются какими-то креативными штуками, делятся опытом. Вообще, тогда никаких вопросов не возникало: ни национальности, ни гражданства, ни всего остального.

Ендриховская: Я просто безумно скучаю по Берлину. Я там выросла, часть детства у меня прошла и вся юность в этом городе. Ты когда там был последний раз?

Калмыков: Последний раз я там был в мае в этом году.

Ендриховская: А, супер! И как ощущения сейчас?

Калмыков: Ну, сейчас мне показалось, что атмосфера достаточно холодная. Теперь как будто бы все боятся раскрепощаться и быть свободными, как раньше. И между собой, вообще, все стали такими словно стерильными.

Ендриховская: Я читала про твою кружевную коллекцию. И она же… ты изначально ее делал для мужчин, так?

Калмыков: Ну да. Всегда делаю то, что я бы сам надел. Мне легче работать с дизайном, когда я могу это перенести на себя.

Ендриховская: То есть можно вообще не разделять одежду на «это для мужчин, а это для женщин»?

Калмыков: Да-да-да. Я свой бренд и не позиционирую как чисто мужской или женский.

Одежда настоящая и ненастоящая

Калмыков: Вообще, когда я сделал эту первую коллекцию из кружев, в моде было таких несколько глобальных направлений и начинало уже развиваться «устойчивое развитие», то есть все начинали изобретать новые ткани, перерабатывать всякие апельсиновые корки.

Ендриховская: Но это не upcycling, ты не переделываешь старую одежду в новую?

Калмыков: Нет-нет, это не upcycling. Я к тому, что все вот эти модные направления в то время сильно развивались, и знаешь, эти все направления как бы давят на тебя. А, и еще же была диджитал-одежда, просто пик моды на нее, и меня это прямо пугало. Потому что мне казалось: вот, я только нашел какое-то свое направление, мне хочется что-то делать руками, что-то, чтобы приятно было трогать, и тут дизайнеры все начинают выпускать диджитал-коллекции. И все вокруг такие: «Да, за этим будущее, все там будут загружать свои фотографии и одеваться в ненастоящую одежду». Это было настолько модно, что меня просто окончательно повернуло к чему-то осязаемому. Мне хотелось, чтобы покупатель прямо очень хотел трогать мои вещи. Не просто что: да, у меня есть вещи, мне их надо надеть, чтобы прикрыть свою наготу. А чтобы ему интересно было за ней следить, как она трансформируется там, не знаю, после стирок, после носки, после дождя, и даже после того, как капнули на нее чем-то.

Ендриховская: Ой, у меня, знаешь, в этом плане очень забавный муж. Я когда-то открыла для него термин «ваби-саби». Это японская древняя наука о гостеприимстве, про увядающую красоту, про то, что стол может царапаться, стареть. Да, дорогой, красивый материал, и то, что он царапается, — это хорошо, это не изъян, а достоинство, следы жизни. И я его все время этому учу, потому что он у меня такой был очень метросексуальный, знаешь, правильный, предпочитал во всем только классический стиль. И сейчас так интересно, что, если вдруг у него какая-то помятина или пятнышко, которое не выводится, он такой: «Это ваби-саби!»… (Смеются.) Ну, и мы не идеальные, и хочется, чтобы и одежда жила, знаешь, как-то с нами, не была слишком правильной, что ли.

Калмыков: Мне кажется, человек себя комфортно чувствует, когда одежда как-то к тебе уже приросла, как-то адаптировалась. Всегда даже, когда покупаешь новую пару обуви, ты в ней идешь так странно, неуверенно.

Ендриховская: Что на тебе сейчас надето?

Калмыков: Ну, на мне сейчас просто базовые массмаркетовые вещи — Cos, Maje.

Ендриховская: Это что, рубашка Cos?

Калмыков: Рубашка Cos, да.

Ендриховская: Давно ты ее купил?

Калмыков: Где-то год назад.

Ендриховская: Классная рубашка! А майка какая?

Калмыков: Майка Diesel.

Ендриховская: О, а у Diesel сейчас новая молодость и новый рассвет, да?

Калмыков: Да, пожалуй. У него новая молодость, он снова в строю. Но такие остромодные вещи мне, как правило, не очень нравятся.

Марк Эйдельштейн в рубашке Odor
Марк Эйдельштейн в рубашке Odor

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Европейцы и потомки азиатов почти не смешались на западе Аварского каганата Европейцы и потомки азиатов почти не смешались на западе Аварского каганата

Авары господствовали над этнически и культурно неоднородным населением

N+1
Андрей Баранников: Сейчас нет «березок» и «балалаек» в национальной повестке, этот лубок остался позади Андрей Баранников: Сейчас нет «березок» и «балалаек» в национальной повестке, этот лубок остался позади

Что нельзя и что нужно доверять ИИ в сфере коммуникации

СНОБ
Памятка правильного хранения одежды: какие вещи нужно складывать, а какие — вешать Памятка правильного хранения одежды: какие вещи нужно складывать, а какие — вешать

Можно ли продлить сроки службы вашей одежды?

ТехИнсайдер
Витаминный десант Витаминный десант

Самые важные витамины и минералы для женщин, которые помогают не болеть

Лиза
45 способов изменить жизнь. Выберите для себя хотя бы 10 45 способов изменить жизнь. Выберите для себя хотя бы 10

Список привычек, которые помогают жить более полной, яркой и счастливой жизнью

Psychologies
Сочувствие господину Пингвину Сочувствие господину Пингвину

«Пингвин»: комикс, снятый по правилам Нового Голливуда

Weekend
«Не могу ни спать, ни работать, пока муж в командировке» — это уже созависимость? «Не могу ни спать, ни работать, пока муж в командировке» — это уже созависимость?

Где грань между привязанностью и созависимыми отношениями

Psychologies
Под охраной невидимых меток Под охраной невидимых меток

Как инновационный наномаркер поможет снизить количество подделок

Санкт-Петербургский университет
Убийство Джексона, причастность Бейонсе, насилие над Бибером: 6 главных теорий заговора вокруг дела Пи Дидди Убийство Джексона, причастность Бейонсе, насилие над Бибером: 6 главных теорий заговора вокруг дела Пи Дидди

В чем обвиняют рэпера Пи Дидди?

Psychologies
Пережил айсберги и военный конфликт, а утонул прямо в порту: странная история советского теплохода “Башкирия” Пережил айсберги и военный конфликт, а утонул прямо в порту: странная история советского теплохода “Башкирия”

«Башкирия» — что особенного было в этом советском теплоходе?

ТехИнсайдер
«Мы в ответе за тех, кого приручили»: что нужно учесть перед тем, как завести своего первого щенка «Мы в ответе за тех, кого приручили»: что нужно учесть перед тем, как завести своего первого щенка

Как подготовиться к появлению первого щенка в доме?

ТехИнсайдер
Пропала энергия? Какие продукты помогут зарядить вас Пропала энергия? Какие продукты помогут зарядить вас

Почему уже в середине дня вы умираете с голоду?

ТехИнсайдер
Совсем не «Круть»: почему Виктор Пелевин четвертый год пишет книги об одном и том же Совсем не «Круть»: почему Виктор Пелевин четвертый год пишет книги об одном и том же

«Круть»: почему эта книга Виктора Пелевина заставляет испытывать испанский стыд

Forbes
Доппельбоди-хоррор Доппельбоди-хоррор

«Другой человек»: проблема двойников в эпоху бодипозитива

Weekend
Алкоголик, мизогин, благородный узник ГУЛАГа: каким был поэт Николай Заболоцкий Алкоголик, мизогин, благородный узник ГУЛАГа: каким был поэт Николай Заболоцкий

О том, как Заболоцкий в ГУЛАГе стал примером человеческого достоинства

СНОБ
(Не)уязвимый лес (Не)уязвимый лес

Что грозит лесным массивам России

Санкт-Петербургский университет
Сила в слабости: как состарился самый критикуемый альбом Дрейка Сила в слабости: как состарился самый критикуемый альбом Дрейка

Почему Дрейк до сих пор остаётся на плаву?

Правила жизни
Российские дороги повернули на Восток Российские дороги повернули на Восток

Как будет развиваться транспортная инфраструктура страны

РБК
Операторы просят отложить вступление в силу новых правил продажи сим-карт иностранцам Операторы просят отложить вступление в силу новых правил продажи сим-карт иностранцам

Операторы попросили отложить новые требования по продаже сим-карт

Forbes
Плесень и заломы: какие вещи категорически нельзя хранить в вакуумных пакетах Плесень и заломы: какие вещи категорически нельзя хранить в вакуумных пакетах

Вакуумные пакеты подходят далеко не для всех типов одежды

ТехИнсайдер
Переславль-Залесский Переславль-Залесский

Славный городок, уютно расположившийся на берегу Плещеева озера

КАНТРИ Русская азбука
Нефтяные качели Нефтяные качели

Что происходит с ценой на углеводороды

Деньги
Групповая терапия помогла отцам с послеродовой депрессией Групповая терапия помогла отцам с послеродовой депрессией

Групповая терапия помогла отцам с послеродовой депрессией

N+1
Капризная особа Капризная особа

Мастопатия: когда надо беспокоиться

Лиза
Выслушать и предоставить выбор: как компании могут поддерживать сотрудниц Выслушать и предоставить выбор: как компании могут поддерживать сотрудниц

FWD.Woman Summit: о корпоративных мерах поддержки сотрудниц

Forbes
Траектория невозврата Траектория невозврата

Как «Бег» Михаила Булгакова показал необратимость эмиграции

Weekend
Палеонтологи нашли родственников европейских драконов-ольма в Казахстане Палеонтологи нашли родственников европейских драконов-ольма в Казахстане

У современных амфибий-драконов нашлись древние родственники

ТехИнсайдер
Необычная история изобретения тату-машинок: при чем тут Томас Эдисон? Необычная история изобретения тату-машинок: при чем тут Томас Эдисон?

Кто придумал тату-машинку?

ТехИнсайдер
Заглянуть за горизонт Заглянуть за горизонт

Тувинская музыка, в которой гармонично сочетаются фольклор и современные веяния

Men Today
Что делать, если выбрал не ту профессию: 3 рекомендации от профориентолога Что делать, если выбрал не ту профессию: 3 рекомендации от профориентолога

Как построить новую успешную карьеру, если со старой не сложилось?

Psychologies
Открыть в приложении